Хозяин Хаоса IV (СИ), стр. 35

— Конечно, государь, — Семен Семенович поклонился, мысленно усмехаясь.

Все же проняло Романова, еще как проняло. Впрочем, оно было ожидаемо, то, что сделал молодой Воронов, выходит за рамки разумного. Такие артефакты позволят магам оказаться там, где им не удавалось до этого бывать, и не просто на пять минут, а полноценно посетить зоны. Обычные старатели — это хорошо, но старатели-маги, что ж, это совсем другое.

— И что хочет Воронов за свои артефакты? — император откинулся на спинку стула и сцепил руки, — зная их род, наверняка сопляк много запросил.

— Леонид предоставил мне право решить, сколько империя готова заплатить за такое, — дипломатично ответил граф, — государь, на вашем месте я бы не стал экономить с такими вещами. Если империя получит в свое распоряжение такого рода артефакты, мы сможем очень быстро взять под контроль все зоны на нашей территории. Старатели среди обычных людей исследовали не больше двадцати процентов аномальных территорий, глубже они не могут зайти из-за агрессии со стороны флоры и фауны.

— Да всё я понимаю, — император поморщился, — но уж больно этот молодой вороненок дерзко себя ведет. До меня дошли слухи, что в академии он схлестнулся с молодым Румянцевым и унизил парня. А мне не хочется, чтобы князь Румянцев вместо дела занимался непонятно чем.

— В той ситуации княжич Румянцев был провокатором, — Михеев нахмурился, — Багратион дал предельно ясную оценку этому инциденту.

Император отмахнулся и, встав, начал ходить по кабинету из стороны в сторону. Семен Семенович, глядя на него, понимал одно: Романов не хочет давать справедливую цену, но в этой ситуации у него нет вариантов, кроме как заплатить, никаких.

— Империя готова заплатить по десять тысяч рублей за один артефакт, при условии, что в месяц мы получим не меньше ста единиц. Если количество артефактов в месяц будет превышать две сотни, империя готова заплатить пятнадцать тысяч рублей за единицу, — император глянул на Михеева, — что скажешь, граф, достаточно щедрое предложение?

— Думаю, да, государь, — Михеев вновь поклонился, — уверен, Леонид будет благодарен за такую справедливую цену.

— Ты свободен, граф, — император усмехнулся, — и надеюсь, что первую сотню артефактов я получу через месяц. Хотя желательно сразу двести, такие цифры мне нравятся больше.

Михеев еще раз поклонился и, попрощавшись с государем, покинул кабинет. Теперь остается самое сложное — убедить Леонида сделать двести артефактов за месяц. Вряд ли молодой Воронов откажется от дополнительных трех миллионов прибыли, но всякое может быть. Тем более что вопрос количества они не обсуждали, и может оказаться так, что сам Леонид физически не способен сделать столько артефактов за месяц…

Одна из небольших зон Подмосковья.

— Ну что, Иван Иванович, готовы? — я вопросительно глянул на Кондратьева, и старик медленно кивнул.

Было видно, что он немного мандражирует, но старается этого не показывать.

— Тогда садитесь, — я кивнул на небольшой камень, — всё, что будет происходить дальше, может показаться вам бредом, но не пугайтесь. Сегодня вы вернетесь домой с даром, с тем самым огненным даром, что когда-то обладали, плюс парочка небольших бонусов, — усмехнувшись, я потянулся нитями Хаоса к его заблокированному источнику.

На этот раз мне пришлось знатно поработать, видимо, чем дольше человек ходит без дара, тем сложнее потом убрать последствия. Минут десять я аккуратно вытягивал из него всё лишнее, параллельно наблюдая за тем, как огонь внутри Кондратьева вновь начинает пылать. Было что-то в этом, вот так смотреть на то, как магия возвращается туда, где ее долго не было.

Долго рассматривать это не получилось, Кондратьева вдруг начало корежить так, что я аж испугался. Однако длилось всё это недолго, буквально несколько секунд, после чего аура старика наполнилась силой, а сам Кондратьев вдохнул и расплылся в улыбке.

— Я снова чувствую его, снова чувствую свой огонь, — тихо произнес он, — как такое вообще возможно, ваше благородие?

— Как-то так, — я усмехнулся, — Иван Иванович, сейчас мы вернемся обратно в город, а дальше ты поедешь в Вийск, к моему деду, где и будешь дальше жить и служить нашему роду.

— Я согласен, — Кондратьев кивнул, — теперь я вам жизнью обязан, ваше благородие, без магии ты словно калека, особенно если смог добиться хоть каких-то результатов в магическом искусстве.

— Я прекрасно понимаю, о чем вы, Иван Иванович, можете не сомневаться. Но теперь магия снова с вами. Однако показывать ее кому-либо до попадания в Вийск не стоит. Да и там нужно быть аккуратным, впрочем, мой дед вам всё объяснит, — я покачал головой, — а теперь пойдемте, а то на улице уже ночь, а у меня еще куча дел.

Старик закивал, и мы направились к выходу из зоны. Место для меня подобрали и правда отличное, среди лесных массивов, рядом никаких деревень, а значит, и грибников или любителей погулять перед сном тут тоже нет. И это просто отлично, потому что мне не сильно хочется, чтобы кто-то видел, как я завожу в чащу непонятных людей, сделают из меня еще какого-нибудь маньяка, а оно мне надо?

Добравшись до автомобиля, я сел за руль, а Кондратьева усадил на заднее сидение, и через минуту внедорожник уже ехал в сторону Москвы. Надеюсь, Михеев еще на работе, по идее, он должен был вернуться от императора, даже интересно, что сказал Романов и какие меня теперь ждут условия…

Москва. Императорский дворец.

— Дорогая, — император вошел в спальню и застал жену на кровати с книгой в руках, — у меня для тебя есть интересные новости.

— Леша, если ты опять начнешь говорить о моих родичах, мы поссоримся, — императрица отложила в сторону книгу и глянула на мужа строгим взглядом, — я тебя внимательно слушаю.

— О нет, жена, речь пойдет об одном молодом птенце, — император хмыкнул и протянул жене листы с докладом Михеева, — на вот, почитай, уверен, что ты оценишь.

Императрица сразу же поняла, о ком речь, поэтому демонстративно медленно взяла в руки листы. Однако чем дальше она читала, тем больше маска безразличия сползала с ее лица. Закончив, императрица подняла голову и глянула на мужа прищуренным взглядом.

— Хочешь сказать, это правда?

— Хочу сказать, что у нас появилась возможность поднять империю на новый уровень, — император кивнул, — так что у меня к тебе просьба. Оставь в покое Вороновых. Даже если они каким-то образом причастны к смерти твоего братца, мне плевать. Во-первых, он и правда зарвался, а во-вторых, эти артефакты нам нужны, они мне нужны. Ты меня поняла.

— Поняла, дорогой муж, — императрица кивнула с задумчивым видом, — пожалуй, на этот раз я с тобой соглашусь, дорогой. Но с небольшой ремаркой. Если все же окажется, что Вороновы стоят за смертью брата, мы дождемся, пока наш род получит в свои руки производство артефактов, а потом ты позволишь мне отомстить. Такой вариант тебя устраивает?

— Устраивает, — император медленно кивнул и усмехнулся, — ну и змея же ты у меня.

— Именно поэтому ты меня и выбрал, дорогой, — императрица тоже улыбнулась, — именно поэтому ты меня и выбрал…

Главное управление ГБ. Два часа спустя.

Несмотря на позднее время, Михеев все же был на работе. Молчаливый опричник провел меня прямиком в кабинет графа, где я увидел Семен Семеныча, который что-то усердно писал. Заметив меня, граф отложил в сторону бумаги и улыбнулся.

— Ну что, Леонид, как все прошло?

— Восхитительно, — я усмехнулся, — Кондратьев теперь вновь может вдыхать полной грудью. А как у вас прошло, что говорят в высоких кабинетах?

— В высоких кабинетах тебе готовы предложить пятнадцать тысяч рублей за единицу артефакта, если ты будешь выдавать по двести штук в месяц, или же по десять, если выдашь сотню, — Михеев хмыкнул, — и как по мне, три миллиона это лучше одного.