Последний звонок. call центр, стр. 2
Судя по одежде — совсем недавно.
Он отлично помнил тот день.
Он выходил из круглосуточной аптеки возле своего дома.
— Откуда снимок?
— Из анкеты.
— В анкете не было фотографии.
Девушка посмотрела на карточку так, словно видела её впервые.
— Тогда… наверное, отдел кадров использовал открытые источники.
Ответ прозвучал правдоподобно.
Но произнесён был слишком быстро.
Артём убрал пропуск в карман.
— Седьмой этаж?
— Да.
К Дмитрию Сергеевичу Орлову.
Он поблагодарил и направился к лифту.
Уже заходя в кабину, случайно взглянул на стойку регистрации через отражение в зеркальной двери.
Девушка больше не печатала.
Она смотрела ему вслед.
И очень медленно перекрестилась.
Лифт оказался неожиданно старым.
Кнопки были металлическими, с заметными следами многолетнего использования.
Артём нажал цифру «7».
Двери закрылись.
Кабина плавно тронулась вверх.
Второй этаж.
Третий.
Четвёртый.
На пятом лифт неожиданно остановился.
Двери открылись.
За ними оказался пустой коридор.
Белые стены.
Закрытые двери.
Тишина.
Артём уже потянулся к кнопке закрытия, когда услышал голос.
Негромкий.
Спокойный.
Совсем рядом.
— Не выходите.
Он резко обернулся.
В лифте никого не было.
Несколько секунд стояла полная тишина.
Потом двери закрылись сами.
Лифт продолжил подъём.
Когда кабина остановилась на седьмом этаже, Артём ещё несколько мгновений не двигался.
Рациональное объяснение существовало всегда.
Он привык так думать.
Вопрос был лишь в том, сумеет ли он найти его и на этот раз.
Лифт остановился мягко, почти бесшумно.
Раздался короткий сигнал.
Двери разошлись в стороны.
Первое, что услышал Артём, — голоса.
Десятки спокойных, вежливых голосов, говорящих одновременно.
— Добрый день, меня зовут Ольга…
— Спасибо за ожидание…
— Сейчас уточню информацию…
Ничего необычного.
Обычный рабочий шум любого крупного контакт-центра.
Именно эта нормальность немного успокоила Артёма.
Он вышел из лифта.
Перед ним раскинулся огромный операторский зал.
Ровные ряды столов уходили почти до панорамных окон. На каждом рабочем месте стояли два монитора, телефонная станция, гарнитура и небольшое растение в одинаковом белом горшке.
Идеальный порядок.
Слишком идеальный.
Ни одной кружки не на своём месте.
Ни одной куртки, брошенной на спинку кресла.
Ни одной фотографии семьи.
Будто здесь работали люди, которые никогда не приносили на работу частицу собственной жизни.
У дальней стены висели электронные часы.
08:59.
Секундная точка мигала размеренно.
Тик.
Тик.
Тик.
Странно.
Электронные часы не должны были звучать.
— Артём Власов?
Он обернулся.
К нему быстрым шагом приближался высокий мужчина лет пятидесяти пяти.
Светлая рубашка.
Тёмные брюки.
Никакого пиджака.
Никакого галстука.
Только бейдж с именем:
Дмитрий Орлов
Он остановился на расстоянии вытянутой руки.
Несколько секунд молча изучал Артёма.
Не оценивающе.
Скорее… внимательно.
Как врач перед сложной операцией.
— Дмитрий Сергеевич Орлов.
Он протянул руку.
Рукопожатие оказалось крепким.
И неожиданно холодным.
— Добро пожаловать в «Омегу».
— Спасибо.
Орлов не отпускал его ладонь ещё мгновение.
Потом едва заметно кивнул самому себе.
Словно получил ответ на вопрос, который не задавал вслух.
— Пройдёмте.
Они пошли между рядами операторов.
Никто не прекращал работать.
Но Артём чувствовал взгляды.
Люди поднимали глаза всего на секунду.
Этого было достаточно.
В каждом взгляде читалось одно и то же чувство.
Не любопытство.
Не раздражение.
Осторожность.
Словно все пытались понять, сколько он здесь продержится.
Орлов, не оборачиваясь, спокойно сказал:
— Не обращайте внимания.
— На что?
— На взгляды.
— Они всегда так встречают новичков?
— Нет.
— Тогда почему меня?
Орлов ответил не сразу.
— Потому что в нашей работе опыт показывает: первое впечатление редко бывает ошибочным.
— И какое впечатление произвёл я?
— Пока не знаю.
Но очень надеюсь, что ошибаюсь.
Они остановились возле стеклянного кабинета.
На двери не было таблички.
Только маленькая чёрная цифра.
7.
— Почему кабинет без фамилии? — спросил Артём.
— Потому что руководители меняются.
— А номер остаётся?
— Да.
— Почему именно семь?
Орлов посмотрел на дверь.
— Хороший вопрос.
Когда-нибудь расскажу.
Он открыл кабинет.
Внутри было неожиданно уютно.
Большой деревянный стол.
Книжный шкаф.
Кофемашина.
Несколько папок с маркировкой по годам.
На подоконнике стоял старый ламповый радиоприёмник.
Он выглядел рабочим.
Хотя подобную технику Артём видел только в музеях.
Орлов заметил его взгляд.
— Любите старые вещи?
— Скорее удивляюсь.
— Почему?
— Они обычно появляются там, где люди не любят что-то выбрасывать.
Орлов едва улыбнулся.
— Или там, где некоторые вещи нельзя выбрасывать.
Он снял очки, аккуратно положил их на стол и сел.
— Итак…
Давайте поговорим не о вашем резюме.
Я его уже изучил.
Лучше расскажите мне… почему бывший следователь решил стать оператором колл-центра?
Артём ожидал этого вопроса.
Но всё равно почувствовал, как внутри неприятно сжалось.
— Потому что мне нужна работа.
— Это ответ.
Но не причина.
Несколько секунд они молчали.
За стеклом продолжали звучать десятки спокойных голосов операторов.
Наконец Артём произнёс:
— Иногда расследование заканчивается.
А чувство, что ты что-то не успел… остаётся.
Орлов внимательно посмотрел на него.
И впервые за всё время в его взгляде появилось нечто похожее на сочувствие.
— Да.
— Именно поэтому бывшие следователи редко становятся бывшими.
Они просто перестают носить удостоверение.
Он поднялся из-за стола.
— Пойдёмте.
Я познакомлю вас с человеком, который научит вас всему, что действительно важно.
— Инструктора зовут Марина Белова.
Она лучший оператор «Омеги».
И если однажды Марина скажет вам что-то сделать… даже если это покажется бессмысленным… сделайте это сразу.
— Почему?
Орлов задержался у двери.
Его рука уже лежала на ручке.
— Потому что некоторые правила пишутся после несчастных случаев.
А некоторые… после похорон.
Он открыл дверь.
За соседним столом женщина с тёмными волосами медленно сняла гарнитуру и посмотрела прямо на Артёма.
Она не улыбнулась.
Не удивилась.
Только тихо сказала:
— Дмитрий Сергеевич…
Это ведь он?
Орлов ответил не сразу.
— Да.
Он.
И в этой короткой паузе Артём впервые почувствовал, что его появление в «Омеге» не было неожиданностью ни для Орлова, ни для Марины.
Марина Белова выглядела совсем не так, как представлял себе Артём.
После слов Орлова он ожидал увидеть строгого наставника, человека с безупречной осанкой и холодным взглядом.
Вместо этого перед ним сидела женщина в тёмно-зелёном свитере с закатанными рукавами.
Перед ней лежала раскрытая книга.
Не телефон.
Не планшет.
Настоящая бумажная книга.
Между страницами торчал простой карандаш.
Она аккуратно закрыла книгу, сняла гарнитуру и поднялась.
— Доброе утро.
Голос оказался удивительно спокойным.
Без показной доброжелательности.
Без официоза.
Так разговаривают люди, которым не нужно производить впечатление.