Принц Дарий 2 (СИ), стр. 26

— Никто не знает, вода холодная?

Глава 11

Баронства, мы пришли

Соединение с войском происходило в злой, далеко не дружественной манере. Во-первых движение войска сопровождала такая пылевая завеса, что когда принц и его сопровождение в нее попало еще влажная от недавней стирки одежда не выдержала над собой такого надругания и начала превращаться в серую неприятно хрустящую корочку. Гвардейцы и тени с изумление наблюдали за группой грязно-серых статуй, которая обгоняла их по краю дороги. Если бы не прекращающаяся брань и громкие причитания Громилы о своей никчемной жизни, все бы приняли эту группу за големов. Поэтому все с облегчением выдыхали, узнав в этой странной группе своих соратников. Когда сопровождение принца выбралась в голову колонны, все вздохнули с облегчением. Но до границы с баронствами оставался еще час путь, поэтому привал с чисткой и приведением себя в порядок откладывался до намеченного там привала. Час, это мало. Но к сожалению не для Громилы.

— Я понимаю, что разрушения и Громила это понятия между которыми можно поставить знак равенство. Но можешь как-нибудь уменьшить количество разрушений в мирной жизни? — Гвардеец ехал рядом со своим принцем и не знал, что ответить.

— Чем тебе мосты не угодили? Ну упал ты с моста два раза, но ведь я же тоже пострадал. У меня нет желания их рушить. — Громила вздохнул и ответил.

— Ты с моста не падал. — Дарий хмыкнул.

— И что? Меня лошадь приложила так, что мог и к святому ветру отправиться. Но я же их не убиваю. Вот еду на них спокойно. Ты же похоже решил уничтожить мосты как класс. — Громила еще раз вздохнул.

— Это другое дело. Лошади не мосты. — Дарий укоризненно посмотрел на своего учителя.

— Ну вот скажи мне, кому я мщу за свои обиды, как ты мостам? Кого я так остервенело уничтожаю, как ты, эти весьма полезные сооружения. — Громила на полминуты задумался а потом ответил.

— Дворян и жопиков. — Принц поперхнулся и надолго замолчал.

— Ехай Громила колонну проверяй. — Гвардеец с радостью последовал этому совету, и вскоре скрылся в клубах пыли.

— Дворяне и жопики. А в словах Громилы, что-то есть… — И Дарий в глубокой задумчивости продолжил свое продвижение к так манившему его привалу.

Барон Вок с нетерпением наблюдал за медленно приближающимся к нему пыльному облаку. Стоящие за его спиной властители приграничных земель свободных баронств заворожено смотрели в туже сторону. Скоро им предстоит познакомиться с принцем Дарием. Небылицы о нем уже давно гуляли по баронствам, одна страшнее другой. Он и мысли читает, он и кровь пьет своих врагов. А его гвардейцы вообще звери. Мало того что неуязвимы, так еще и человечину любят. Все надеялись, что эта встреча развеет их опасения. Да и барон Вок уверял, что принц хоть и не простой человек, но в кровожадности замечен не был. Все согласно кивали в ответ, но червячок сомнения оставался. Они еще не знали, что их самые страшные подозрения, буквально через десять минут сбудутся.

Громила первым увидел встречающую их группу людей, и стоящие за ними шатры для отдыха. После молчаливого кивка от принца, он сорвался к ожидающим их людям. Чувствуя за собой вину, он пытался ее загладить ревностным исполнением своих обязанностей. А именно, за успешным проведением похода. Он уже трижды проезжал вдоль войсковой колонны, и от его взгляда ряды замолкали и выравнивали ряды. Слух о его приключение моментально облетел всю колонну, поэтому никто не хотел попасть под руку злого Громилы. Даже святые убийцы опасливо на него посматривали. Ревностный Громила мог сотворить все что угодно. Правда и желающих его останавливать, тоже не было. Никто не мог представить, что на уме у Громилы, они бы удивились узнав, что больше всего на свете тот мечтал об водяном душе и еде. Последние события и нервные переживания вызывали у него страшный голод, который грозил привести его в неадекватное состояние. Поэтому, его стремление быстрее добраться до лагеря имели под собой меркантильные интересы. Кто же знал что будут такие последствия!

Барон Вок увидев приближающуюся фигуру Громилы, уже хотел поднять руку для приветствия, но она застыла на полпути. Приближающийся всадник силуэтом был похож на учителя принца, но вот его внешний вид явно не соответствовал оригиналу. Скорее это было больше похоже на глиняную карикатуру известного силача. Сзади раздался приглушенный всхлип и панический вскрик.

— Голем! Он нас всех убъет! — Обернувшись, Вок увидел двух убегающих, и явно перепугавшихся остальных. Звук остановившегося рядом коня заставил его повернуться. Вблизи копия Громила выглядела еще ужаснее. Особенно поражали глаза. Глаза голодного зверя. Зверь оскалился и гулко произнес.

— Приветствую барон. Как вижу вы не одни. Прекрасно! Принц будет доволен. Я вас оставлю. Надеюсь в лагере есть, что перекусить? Я так голоден. Что готов съесть парочку баронов и запить все это свежей кровью. Только детей не предлагайте. Они костлявые. — Голем захохотал и махнув рукой сорвался в лагерь. Он уже не слышал звук падения бесчувственного тела одного из встречающих.

Принц был в радостном настроении. Во-первых, его в лагере ждал долгожданный отдых, и не менее желанная чистая одежда. Ему уже надоело чувствовать себя как пережаренный батон хлеба, который хрустит при малейшем движении. Во вторых он наконец-таки добрался до баронств и вступил на их землю. Это было знаменательное событие. А вот и торжественная встреча. Правда они себя как то странно ведут. Хотя, кто их знает этих приграничных баронов. Внезапно перед ним появились святые убийцы и загородили ему обзор. Принц не успел возмутиться, потому что услышал самое странное приветствие в своей жизни.

— Выходите на бой страшные големы! Посмотрим кто сильнее! — Принц все-таки нашел щелку между спинами своих телохранителей, через которую можно увидеть, что там происходит. А посмотреть там было на что. Во главе встречающей делегации, как и должно было быть стоял барон Вок. Правда по серому цвету лица, было видно что он наверное был нездоров. За ним стояли трое дворян с обнаженными мечами и продолжали выкрикивать разные угрозы окружившим их его гвардейцам. За их спинами стояли такие же больные дворяне в количестве четыре штуки. Рядом с ними лежало бесчувственное тело и свернувшийся в клубок скулящий человек державшийся за мягкое место. Эпидемия у них что ли? Вот и скулящий затих. Святые убийцы переглянулись, и один из них задал вопрос.

— Ты с больными когда-нибудь дрался?

— Я что, похож на Вараю! — Убийца скептически осмотрел своего напарника и произнес.

— Варая горааааздо симпатичнее! — И повернувшись к группе барона Вока выкрикнул.

— Психи! Сдавайтесь!

— И жопики тоже! Мы не Варая, мы и убить можем!

Временный лагерь бурлил. Настроение у всех явно повысилось. Когда ты можешь поесть, отдохнуть и твое начальство принимает человеческий облик, это воодушевляет. Особенно воодушевляет позор твоих противников. А встречу баронов с принцем по-другому и нельзя было назвать. Бароны говорят, до сих пор отойти не могут. Особенно пострадал один из встречающих, который испортил себе штаны. Похоже, прозвище «засранец» еще долго будет звучать в округе. Слава святому ветру нашли и убегших куда глаза глядят. Вроде и не сильно пострадавших, но когда их привезли нашедшие их гвардейцы, те от стыда готовы были под землю провалиться. Хорошо когда неприятель опозорился. Просто замечательно. По лагерю шастали полуголые гвардейцы. Срочно постиранная одежда требовала сушки, а сменная одежда это привилегия дворян, а не простых гвардейцев. Все в них тыкали пальцами и добродушно говорили «вон голем пошел». Похоже, это прозвище останется им на всю жизнь. И они им будут гордиться. Единственный полуголый гвардеец, который не хотел показываться на глаза, был Громила. После разъяснительной беседы по поводу его поведения, настроение отсутствовало. Слава святому ветру, он успел наестся до устроенной ему выволочки, а то бы с горю и кусок съестного в горло не полез. И теперь он сытый и печальный сидел в одном из шатров и предавался унынию. Как выразился последний его посетитель «женится тебе пора». Посетителем был Ветер, поэтому его пожелание было достаточно весомым. Плохого ему Ветер никогда не советовал. Еще раз горестно вздохнув и посмотрев на сохнувшую перед шатром одежду, им было принято решение вздремнуть. Сон все лечит. Тем более такое опасное заболевание, как мысли о женитьбе.