Лекарка для дракона (СИ), стр. 16

Глава 16

Кайл

Я стоял перед домом и смотрел на плотно задернутые шторы. Внутри мелькали смутные тени. Меня разрывало на части.

Яся сбежала. От меня. Сюда. Зачем?

Она знала, как опасно. Знала о двоедушнике. Но что-то заставило ее выйти одной, в сумерках, с жаром, в это место. Что-то такое, что она хотела скрыть.

И я не верил, что это просто «лечение». Лечение не требует такой тайны, не заставляет прятать глаза и сбегать без слов. Здесь было что-то личное.

Я выпустил магию, тонким щупом проверяя территорию. Я не стал лезть внутрь дома — следов было достаточно и снаружи.

Моя магия тут же считала следы: здесь жили двое. Мужчина и женщина. Муж и жена? От этой мысли на миг стало чуть легче, но… я не чувствовал между ними родственной связи. Это было что-то другое. Моя магия не умела читать тонкости отношений, просто фиксировала: связь есть, но она другая. Господин и служанка? Покровитель и подопечная?

От следов мужчины исходило тепло, знакомая аура… Может, кто-то из бывших коллег по службе или Академии? Годы связали меня со многими. А мужчина… из дома он выходил редко. И если я его видел, то очень давно. Какие-то слабые, знакомые отголоски. Наверняка кто-то со службы.

Внутри заскребло неприятно, гадко.

Я стоял как дурак и смотрел на этот дом, а в груди что-то темное и горячее требовало просто взять и вышибить дверь. Это было бы глупо. И Яся… Яся точно не обрадовалась бы.

Какое я имел право вламываться? Кто я ей такой? Обещавший накормить супом столяр-дракон, которому она из жалости дала кров? Я пообещал себе: узнаю, что она в порядке, и на этом все. На большее я не имел права.

Она имеет полное право ходить, куда хочет. К кому хочет. Эта мысль заставила стиснуть зубы.

Она в порядке. Вот и все, что должно меня волновать, — снова напомнил я себе.

Но дракон внутри, тот самый, что я годами приучал к дисциплине, рычал и рвался наружу. Он хотел знать. Хотел увидеть.

Я начал глубоко вдыхать холодный воздух.

Тень Яси спокойно расхаживала по дому. Она не была в плену. Она пришла сюда по доброй воле. И находилась здесь по собственному желанию. Она не хотела, чтобы я был здесь с ней.

Еще раз бросил взгляд на запертый дом, развернулся и пошел прочь, пытаясь задавить в себе кипевшую ярость. Но мне чертовски хотелось ей… высказать. Что? Что она должна сидеть дома и не ходить «непонятно к кому»? На это, увы, я не имел права.

Но я скажу ей, что на улице опасно. Что у нее жар. Что там двоедушник. Что ходить одной — безрассудство. Это же правильно? Да. Я обязан это сказать. Просто призвать к голосу разума. Это не обязывает ее ни к чему.

Если у Яси кто-то есть, разве не разумнее ходить к нему днем?

«Кто-то есть». Буря внутри поднялась с новой силой. Она имела право на выбор. На свою жизнь. Я могу лишь пытаться заслужить ее внимание, а не диктовать условия.

Может, она и правда ушла лечиться. Могут быть десятки причин.

Но если у нее кто-то есть… то где он был, когда ее травила вся деревня? Где он был, когда она осталась одна? Ревность, острая и ядовитая, застилала глаза, выжигая логику. Я вел диалог сам с собой, пытаясь убедить, что все не так. Но больше всего меня волновал один вопрос: кто этот мужчина?

Я вышел на площадь. Базар уже кончился, только ребятня носилась между домами. Они застывали при виде «дракона», забыв про снежки и ледяные горки.

— Господин дракон, вы… — окликнул знакомый голос.

— Михаил, — кивнул я. Паренек тащил через плечо увесистый мешок.

— Поздновато вы на базар-то, — присвистнул он. — Как конь?

— В порядке, — отрезал я, стараясь говорить ровно. Конь действительно был в полном порядке. Должно быть, подействовали мази Яси. Хотя… Выздоровел он слишком уж быстро. Но это и хорошо. В отличие от сбежавшей Яси. Второе мучило меня гораздо сильнее. — Я… письмо хочу отправить. А ты что так поздно?

Несмотря на его открытое лицо, внутри меня грызло подозрение. Сейчас нельзя быть уверенным ни в ком.

А Михаил… Как-то он слишком подозрительно появлялся везде, где был я.

— В конюшню иду, моя смена, — просто ответил Михаил.

Да, он там подрабатывал. Весьма логично.

— Почта уже не работает, — покачал головой парень. — Тетя Маня рано закрывается. Вечером у нее разборка — что пришло, что ушло. Тяжелая работа.

— Понятно. А ящик есть? Просто опустить письмо.

— Сбоку висит. Ржавый, но работает.

Мы шли в одном направлении, и я не выдержал. Вопрос вырвался сам, хотя я старался придать голосу равнодушие:

— А кто в том доме у самого подгорья живет?

— У подгорья? — Михаил нахмурился, явно удивившись смене разговора. — А, это… Сумасшедший тот.

— Сумасшедший? — я почувствовал, как сжимаются кулаки в карманах.

— Ага. С ним мало кто общается. Из дому не выходит. Слухи, конечно, ходят… Кто его знает.

— А женщина? С ним женщина живет?

Михаил пожал плечами, потом спохватился:

— А, Марфа наша! Да, она там при нем служкой живет. Говорят, он барином каким-то был, пока… — парень крутанул пальцем у виска.

Служанка. Значит, не жена. От этого знания стало хуже. Что за «барин»? Что за история?

Внутри все продолжало бушевать.

— А что, вам интересно стало? — спросил Михаил, глядя на меня с любопытством. — Я не очень много знаю, не люблю слухи. Но могу у брата спросить, он…

— Не надо, — резко перебил я. — Просто… так, интересно было.

Мы застыли возле почты.

— Иди… на конюшню. А то опоздаешь, — кинул я, наверное, слишком резко, поэтому, смягчившись, добавил. – Спасибо, что проводил.

Михаил кивнул.

— Доброго вам вечера, господин дракон, и до завтра.

— До завтра, — кивнул ему я.

Парень отдал честь, как это делают на фронте. А после ускорил шаг в сторону конюшни.

А я остался стоять возле покосившегося ящика. Это было не просто письмо, а очень важное письмо. Часть моего плана.

Но вместо этого я думал только о Ясе. И внутри меня было настолько неприятное, сильное чувство, что я никак не мог взять его под контроль.

Глава 17

Яся

Он был большим и очень сильным. Даже болезнь и инвалидное кресло не смогли скрыть той мощи, что исходила от этого… дракона.

Мне было страшно. Я старалась держать спину прямо, не смотреть на него напрямую и делать свое дело. Но внутри я готова была убежать от любого шороха. Даже Тео притих. Кажется, мой страх передавался и ему.

— Значит, по-вашему, я проклят? — первым заговорил дракон. От его жесткого голоса захотелось спрятаться. — Я думаю, что на этом жетоне лежит проклятие, — как можно спокойнее выдавила я. — Думаете, — хмыкнул Яр.

Выражение его лица изменилось. Я пришла ему помочь, но он вел себя так, словно я сама напросилась в гости. Несмотря на весь страх, внутри закипела обида. Зря я пришла… Просто зря.

— Яр, я тоже чувствую черную магию, — вступила Анна. В отличие от дракона-грубияна, она была обеспокоена и… добра. Анна действительно была очень доброй.

— И как жетон оказался у вас? — проигнорировав Анну, спросил меня дракон. Страх начал отступать перед раздражением. Внутри поднималась злоба. Возможно, это и была моя реакция на страх, такая защита. Ведь больше меня защищать было некому.

Дракон не обращался со мной как с желанным гостем или лекарем. Он обращался со мной… как с нечистью? Нет, иначе он бы уже убил. Значит, как с незваным гостем.

Возможно, нужно было развернуться и уйти, но… Анна выглядела такой расстроенной. А она очень мне помогла. Она спасла моих котиков. Мою семью. И я очень хотела помочь ей.

— Я раньше собирала здесь травы. Когда вы еще не жили в этих краях… Рядом с горами растут редкие растения. И в один из дней я увидела, как красивая женщина что-то закапывала. Она сильно нервничала, постоянно оглядывалась… Я… была без оберега и почувствовала исходящую от этого места черноту. Поэтому я забрала этот жетон. Я не была уверена, для чего он, но от него исходила черная магия. Я не хотела, чтобы черный ритуал был завершен.