Протяни мне руку, ангел, стр. 13

– Удачи, – одними губами произнесла Альбина.

– Спасибо, – так же тихо ответил Мирослав и бросился догонять Дана.

– Санитар… – сказала Наташа, глядя ему вслед. – Ого.

– Не то слово, – усмехнулась Альбина. – Я бы даже сказала: ого-го.

– Доброе утро, Сонечка! – разбудил её бодрый голос Ольги.

Соня вздрогнула, подняла голову и растерянно заморгала. Надо же – когда она успела отрубиться? Монитор насмешливо подмигивал недописанным отчётом. Ольга уже скрылась за шкафчиками – зашуршала куртка, звякнула вешалка.

– Ты, я смотрю, сегодня не только Соня, но и соня, – донёсся оттуда её голос.

– А ты прямо лучишься энергией, – парировала Соня, лихорадочно добивая отчёт. – Видимо, выходной прошёл с пользой.

– Ох, София Кирилловна… – Ольга выплыла из-за шкафчиков уже в униформе. – Вы и представить не можете, душенька. Когда подъём в пять, чтобы на работе быть в восемь, выходной – единственная возможность выспаться.

– Ну так нашла бы место поближе к дому.

– Девочка моя, поближе к дому я могу устроиться только жокеем или конюхом.

– Тогда в центре! Там полно всяких фирм. С твоей внешностью работу влёт найдёшь.

– Какую? – насмешливо бросила Ольга, усаживаясь в кресло с видом герцогини на светском рауте. – С моей внешностью? Опять помощником руководителя? Плавали, знаем. Липкие взгляды и руки на талии я готова терпеть только от наших постояльцев. По крайней мере, они в этом действительно нуждаются.

Соня усмехнулась: у красавиц – свои трудности. Она встала, потянулась и направилась переодеваться.

– Устала, – бросила мимоходом. – Не люблю дежурить одна.

Ольга хмыкнула.

– Разумеется, – в её голосе прозвучал неприкрытый сарказм. – Тебе ведь куда приятнее, когда под рукой милый ручной Глеб, что прибегает по первому зову.

– Да что вы взялись меня воспитывать! – вскипела Соня, в сердцах хлопнув дверцей шкафчика. – То Римма отчитывает, то Наташка, теперь ты.

– А то, Сонечка, – назидательным тоном ответила Ольга, – что Глеб вообще-то тоже человек. У него есть чувства, даже если он с виду солнечный зайчик. И тебе пора бы определиться: нужен он тебе или нет. А не делать из парня игрушку.

– Игрушку? – взбеленилась Соня.

Дверь дежурки распахнулась, но она не обратила на это внимания. Последняя капля терпения перелилась через край.

– Да, игрушку! – выкрикнула она.

– Сонь… – предостерегающе окликнула Ольга.

– Между прочим, Глебу это нравится – быть моей игрушкой! Не веришь – спроси у него сама!

– Соня! – Ольга повысила голос.

Дверь хлопнула. И тут же распахнулась снова. Соня, так и не переодевшись, раздражённо вышла из-за шкафчиков, нацепив на лицо гордое выражение. На пороге стоял Мирослав и стаскивал с ног кроссовки.

– Что за шум, а драки нет? – поинтересовался он. – И что вы сделали с Глебом? Он только что вылетел отсюда, как ошпаренный.

У Сони внутри что-то оборвалось. Взгляд остановился на знакомой куртке, небрежно брошенной на диване.

– Что?.. – растерянно прошептала она, стремительно бледнея.

– Я пыталась тебя предупредить, – сочувственно сказала Ольга. – Но ты слишком разошлась.

Соня бессильно сползла в кресло.

Обычно, вернувшись с ночной смены, Соня падала в кровать и беспробудно спала до вечера. Но сегодня сон не шёл.

В это утро Глеба она так и не увидела. Передавая смену, она то и дело переводила взгляд с Ольги на Римму, с Риммы на дверь дежурки – и снова на Ольгу. Отчёт закончила, а дверь так и не открылась. Хотя Глеб явно был в усадьбе: его куртка, словно угрызение совести, валялась на диване, отвлекала, сбивала с мысли. Наконец Мирослав, заметив её взгляд, встал и повесил куртку в шкафчик.

Теперь она ворочалась в постели, не находя покоя. Хваталась за телефон – позвонить Глебу – но в последний момент малодушно откладывала. Он на дежурстве. Звонок может быть не ко времени. Да и что она скажет?

Отчаявшись заснуть, Соня встала, пошла на кухню и поставила чайник. Может, поговорить с Ольгой? После утренней стычки – не хотелось…

Чайник закипел и щёлкнул выключателем. Она наполнила кружку кипятком, бросила чайный пакетик и задумчиво уставилась на струйки пара. Вздохнула. Нет. Надо что-то делать. Иначе с ума сойти можно.

Взяв телефон, нашла нужный контакт – и нажала вызов.

– Соня? – удивлённо отозвалась Римма. – Ты же должна сейчас дрыхнуть без задних ног. Что-то случилось?

– Не спится, Рим… – Соня замялась. – Не отвлекаю?

– Нормально, завтрак уже закончили. Пять минут есть. Говори, в чём дело?

Соня зажмурилась, глубоко вдохнула – как перед прыжком в ледяную воду – и выпалила:

– Рим, как там Глеб?

– Глеб? – переспросила Римма с недоумением. – На месте, работает. А что, с ним что-то не так?

– А… тебе Ольга ничего не рассказывала?

– Да говори толком! – рассердилась Римма. – Я на дежурстве, а ты ходишь вокруг да около.

Соня подтянула к себе кружку, глянула на перезаваренный чай – и выложила всё как на духу. В трубке повисла тишина.

– Доигралась, – беззлобно хмыкнула Римма после долгого молчания. – Ну и поделом. Предупреждали же.

– Не грызи меня, пожалуйста, – взмолилась Соня. – Я ведь не хотела, чтобы так вышло…

– Не сомневаюсь. Только… Сама кашу заварила – самой и расхлёбывать.

Соня с ненавистью посмотрела на кружку, встала и решительно выплеснула чай в раковину.

– Скажи только одно: он в порядке? – спросила она севшим голосом.

– Внешне – да. А в душу я к нему не полезу.

– Ладно, – тихо сказала Соня. – Спасибо. Извини, что оторвала.

Глава 8

– Вы устали? – вкрадчиво вещал рекламный ролик. – Вас мучает бессонница? Или одолела головная боль? Возможно, вам поможет Егор Крутицкий. Маг в пятом поколении! Опыт, многолетняя практика, сотни благодарных клиентов…

Синеглазый брутальный красавец – по всей видимости, Крутицкий собственной персоной – смотрел с экрана проникновенным взглядом и снисходительно улыбался.

– Да выключи ты эту ерунду, – сказал Дан, ставя перед Риммой кружку с горячим чаем. – Маг, гляди-ка. Да ещё и в пятом поколении.

Римма взяла пульт и нажала кнопку. Телевизор умолк.

– Дан, – задумчиво спросила она, – ты Глеба когда видел?

– Вчера, – с лёгким удивлением отозвался он. – На пересменке. А что?

– А теперь когда увидишь?

Дан посмотрел на неё долгим взглядом, потом дотянулся до телефона и открыл график.

– Послезавтра.

– Опять на пересменке?

– Так я его только на пересменках и вижу! – Он закинул руку на спинку дивана и обнял её за плечи. – Ты же сама знаешь.

С тех пор как в усадьбе появился Мирослав, как-то сами собой сложились пары: Дан дежурил с Димой, а Глеб – с Миреком. График всё ещё был далёк от идеала: иногда в нём попадались утренние смены сразу после вечерних – всего восемь часов на отдых и снова на работу. Но, по крайней мере, теперь у парней появились полноценные выходные. Римме особенно нравились такие вечера: когда она возвращалась домой со смены, в доме царила атмосфера уюта, а с кухни доносились умопомрачительные запахи.

Римма Замоленская не была сплетницей. Просто после сытного ужина, за чашкой чая, прижавшись щекой к плечу любимого мужчины, она вдруг подумала, что не всем в жизни так повезло, как ей.

– Так в чём дело-то? – продолжал допытываться Дан. – Вообще-то, ты сама его послезавтра увидишь. У вас утренняя у обоих.

– Я женщина, – вздохнула Римма. – Со мной он откровенничать не станет.

– А с чего ты взяла, что со мной станет? – хмыкнул Дан. – Он у нас вообще… вещь в себе.

Он мягко развернул её и заглянул в глаза.

– Давай-ка, расскажи толком: что случилось? Там и разберёмся.

– Да ничего выдающегося, – она устало махнула рукой. – Просто Сонька сегодня… наконец допрыгалась.

– Понятно, – протянул Дан. – Не буду даже спрашивать, что она отмочила. Ты же понимаешь, Рим, это был вопрос времени.