Губернатор мусорного острова 2 (СИ), стр. 13
Правда, все три линии в грузовик не вошли. Решили сперва перевезти часть, а потом сделать еще одну ходку. Мы с Аристотелем сели в кабину к водителю, пятеро работников залезли в кузов.
На пропускном пункте у въездных ворот комбината я сказал охране, что на меня должен быть выписан пропуск от Малинославского.
— Вы от Вика? — спросил меня охранник.
— Я и есть Вик.
— Вик — это что: название фирмы, аббревиатура?
— Вик — это имя.
Охранник посмотрел на меня недоверчиво, но дальше допрашивать не стал.
— Проезжайте.
Откатные ворота поехали в сторону, открывая для нас проезд. С одной стороны, рад, что охрана не потребовала от меня документов. Мне бы просто нечего было им предъявить. С другой стороны, немного напрягает, что все договоренности существуют только на словах. Никакого реального договора аренды нет и не будет, я заезжаю на птичьих правах.
Территория комбината оказалась больше, чем я себе представлял. В несколько раз больше нашего трущобного поселка. И он не был таким заброшенным, как я думал. Сновали грузовики, на пандусах шла разгрузка. Где-то даже стояли очереди из машин.
— Комбинат что-то производит? — спросил я водителя.
— Только холод, — усмехнулся водитель.
— В смысле?
— Здесь остались промышленные холодильники, — пояснил водитель, — В них хранят продовольствие: мясо, рыбу, яйца, молоко, — все, что нужно держать в холоде.
Я попросил водителя подогнать грузовик к тому складу, в котором Соломоновские наемники устраивали засаду. Дыру в стене никто, конечно же, не заделал, и ворота по-прежнему залиты полиэтиленом. Я испортил, мне и чинить.
Дал команду выгружать линии, а сам занялся восстановлением. Аристотель пошел включать свет и включить не смог.
— Вик, света нет.
— Там кабель оборван, — вспомнил я.
Через полчаса кабель был восстановлен, ворота освобождены, а дыру в стене я заделал тем же самым пластиком. Рабочие затащили в склад поточные линии и поехали за остатками. Мы с Аристотелем остались осматривать новые владения.
Склад был построен давно, но видно, что за ним следили. Стены и фермы выкрашены относительно свежей краской. У входа имелась из досок сколоченная теплушка с топчаном и столиком, видимо для сторожа.
— Триста восемьдесят вольт, Вик, — сообщил Аристотель.
— Это хорошо? — уточнил я.
— Двести двадцать тоже есть, но триста восемьдесят лучше… если ты, конечно, знаешь, как запитать твои линии.
Я вызвал системную справку и открыл вкладку поточных линий: «предоставьте системе схему разъема для подключения к внешнему источнику питания», — затребовала система.
— Аристотель, где розетка, к которой будем подключаться? — переадресовал я вопрос своему прорабу.
— Вот она, — Аристотель ткнул пальцем в массивную розетку с четырьмя отверстиями.
— Я не понял, почему четыре отверстия? Обычно в розетках только два.
— Сеть трехфазная плюс заземление, — пояснил он.
Ну пусть будет трехфазная, хотя лично мне это ни о чем не говорит. Отсканировал три-дэ модель розетки на триста восемьдесят вольт и скормил системе. Поскрипев системными шестеренками, она нарисовала модель электрической вилки на проводе и выкатила список химических элементов, которые ей нужны для создания подключения.
Благо, свалка в двух шагах. Сходил, набрал все необходимое, запустил процесс. Через несколько минут поточная линия обзавелась проводом с вилкой на конце, которую я воткнул в розетку: «внешний источник питания успешно подключен, расчетная производительность поточной линии повышена в 3,424 раза» — отчиталась система.
Со второй ходкой работники привезли остальное, и я подключил все три линии.
— Нам понадобятся еще работники, — сообщил я Аристотелю, — Деньги есть… пока. Но больших заработков не обещай.
— Две тысячи в день будет?
— Будет.
— Еще пять человек найду, — пообещал Аристотель.
Пока обживались на новом месте, к воротам нашего цеха подгребли двое типов, по виду которых я пришел к заключению, что предлагать им работу бессмысленно. Типы были из разряда мутных. Прежде, чем заговорить, они некоторое время топтались перед воротами и озирались, не решаясь войти.
— Вы склад арендовали? — набрался смелости один из них.
Вопрос показался риторическим, но я все же ответил.
— Арендовали, — подтвердил я.
— Через кого арендовали? — задал он следующий вопрос уже увереннее.
— Через мэрию, — я не стал называть фамилию Малинославского, вид мутных типов к откровенности не располагал.
— А с лаборантом согласовали?
Я решил, что ослышался.
— С кем согласовали?
— С лаборантом.
— Вот это новость. Не знал, что надо с лаборантом согласовывать, — искренне поразился я.
— Напрасно, — попенял мутный тип, — Без согласия лаборанта вам ничего делать не дадут.
Мутные типы ушли, мы с Аристотелем проводили их недоумевающими взглядами.
— Аристотель, ты что-то понял?
— Ничего не понял.
На наше счастье грузовик еще не уехал. Я подошел к водителю, сидящему в кабине.
— Вы часом не знаете, о каком лаборанте говорили эти парни?
— Вы правда не в курсе? — удивился водитель, — Лаборант — это прозвище. Он местный авторитет. Все поставки продовольствия идут через Лаборанта. Он тут всем заправляет на пару с Соломоном. Вернее, теперь уже без Соломона.
Похоже, у меня наметилась очередная проблема. Какой-то Лаборант решает, можно мне арендовать склад, принадлежащей мэрии, или нельзя.
Глава 10
— Аристотель, — обратился я к своему прорабу, — Доедешь с водителем до Ривьеры, отпускай грузовик. Новых работников веди не через проходную, а тут по берегу.
— Там забор, — напомнил Аристотель.
— В заборе дыру я еще раньше проделал. Наш склад на отшибе, почти у моря. Воспользуемся этим. Будем ходить здесь. Этот проволочный забор так и так придется убирать, чтобы собирать мусор с побережья.
— Понял, Вик. Постараемся поменьше попадаться на глаза всяким мутным типам.
— Ага. Ползаем у берега, мусор собираем, к поставкам продовольствия отношения не имеем. Авось, Лаборант на нас внимания не обратит.
— Хорошо, Вик, только время уже — третий час дня. Пока наберу людей, настанет вечер.
— Ты прав. Тогда людей приводи завтра с утра.
Аристотель укатил на грузовике, а я остался. На всякий случай. Плохо верится, что этот пресловутый Лаборант нас оставит в покое. Мутные типы наверняка о нас уже доложили. Не из пустого любопытства они здесь крутились.
Чтобы время даром не терять, взялся делать мебель для столовки в «монументальном стиле». Эскиз с Кусей согласован. Толстые столешницы и толстые сидушки на толстых ногах. Экономить пластик не нужно, а мебели такой сносу не будет.
Ближе к концу рабочего дня к нашему складу подошел пожилой дядечка в поношенной жилеточке и круглых очках.
— Здравствуйте, — вежливо поздоровался он, — Это вы склад арендовали?
— Я, — подтвердил я, — А вы Лаборант?
Дядечка засмеялся.
— Смешная шутка, — сказал он.
— То есть вы не Лаборант?
— Нет. Меня зовут Григорий Васильевич Волохов. Но все зовут дядя Гриша. Скажите, вам нужен кладовщик?
— Вы работу что ли ищете?
— Увы, — погрустнел дядя Гриша, — С того склада меня попросили…
— А чего так?
— На мое место взяли родственницу завсклада. Вот так бывает, молодой человек. Служишь годами верой-правдой, а тебя вышвыривают как старого пса.
— Вы извините, дядя Гриша. Но наш складской учет отдельного работника не требует. У нас всего три вида изделий. Пересчитать не сложно.
— Жаль, — дядечка расстроился, — А бухгалтер нужен? Я пятнадцать лет бухгалтером проработал.
Не сказать, что мне позарез нужен бухгалтер, но дядю Гришу стало жаль. К тому же хозяйство расширяется. Сейчас не нужен, потом понадобится.
— Где вы работали? В какой сфере?
— Так здесь на комбинате, — дядя Гриша заулыбался, — Почитай, с самого его основания здесь работал. Был свидетелем расцвета и упадка. Одно время даже возглавлял службу снабжения. Но это было недолго. Потом как раз начался упадок.