В тени рябины (СИ), стр. 59
— Дериан! — Фиалка вновь вскинула руку, и та засветилась белым.
— Фиалка, не подходи! — прорычал Дериан, отталкивая морхайра, уворачиваясь от другого и ударяя по ноге третьего.
Он кружился с четырьмя морхайрами в страшном танце и хоть был силён, Фиалка понимала, что тут даже он не справится. Он успешно отбивался от двоих, но двое других всегда успевали задеть Дериана, и на его коже начали появляться кровавые полосы.
Фиалка снова сконцентрировала в своей руке желание убить, но снова не успела выстрелить.
— Не смей! — прохрипел Дериан, отбивая очередную атаку. — Стой и не двигайся! Я справлюсь.
Фиалка поджала губы и чуть не застонала. Упрямец! Болван! Идиот! Что он сейчас пытается сделать? Показать ей, что фейри лучше людей? Впечатлить девушку? Чем? Героически погибнув?
Нет, этого она не могла позволить.
В следующую секунду Дериан ошибся. Оступился, и когти морхайра царапнули по его правой кисти. От боли Дериан выронил меч и упал на колено. Над ним тут же пролетели ещё когти.
Фиалка не могла больше стоять в стороне.
— Отойдите от него! — со всей скопившейся злостью крикнула она и направила ладонь прямо на двоих, склонившихся над Дерианом морхайров. Те, видимо, уже праздновали победу и не успели среагировать вовремя. Так же, как в южной галерее, Фиалка прибила их к стене и испепелила в считанные секунды, оставив только пепел.
Двое других перегруппировались, меняя тактику. Фиалка подбежала к Дериану и помогла ему встать. Он подхватил меч левой рукой и так уверенно, словно с рождения был левшой.
— Я сказал: не вмешиваться! — пророкотал он. И Фиалка впервые увидела его таким разъярённым.
— Да что с тобой?! — вспылила Фиалка и даже ударила его в грудь кулаком, заставив морхайров на мгновение замереть, словно они не понимали, почему эти двое сражаются друг с другом. — Я могу помочь! Позволь мне помочь!
— Тебя могут убить!
— Тебя тоже!
— Я могу за себя постоять, а ты должна оставаться в безопасности!
Злость, которую, казалось, Фиалка выплеснула на морхайров, снова накатила волной.
— Да хватит уже! — крикнула она. — Я не такой нежный цветок, каким ты меня считаешь!
Дериан замер. Удивлённо посмотрел на неё, и в его взгляде что-то изменилось. Нахмурился, словно пытался разглядеть в ней что-то новое, что-то, чего не замечал раньше. И Фиалка не поняла: увидел он или нет. Но её громкие слова точно возымели действие.
Когда они только встретились, она видела только холодную вежливость Короля, принимающего гостью. После разговора на террасе Эль-шиар ей показалось, что его взгляд потеплел, но оставался всё таким же отстранённым. А сейчас… сейчас он смотрел на неё так, словно видел впервые.
Рядом взвыл один из морхайров.
— Цветок, — пробормотал Дериан. Покачал головой, словно отгоняя наваждение. Затем развернулся, поднимая меч. — Тогда, лю́сан, держи правый фланг.
Фиалка тоже развернулась к морхайрам и испуганно пискнула:
— Что такое правый фланг?
Тут же на неё прыгнул правый морхайр и она рефлекторно выставила перед собой щит, не давая ему прикоснуться к себе.
— Ты правильно поняла, лю́сан, — улыбнувшись, Дериан отбил атаку левого морхайра.
В его голосе прозвучал смех, и Фиалка сама улыбнулась, чувствуя, как внутри разливается странное тепло.
Они сражались вдвоём. Она не стояла позади — стояла рядом. Они были отличной командой: она выставляла щит, а Дериан разил чудовищ. Ей снова показалось, что они на балу вальсируют среди фейри. Только теперь рядом была лишь одна пара. И не самого приятного вида.
И это было так прекрасно. Так красиво…
Что Фиалка расслабилась.
— Фиалка!
Она как раз выставила щит, чтобы защитить Дериана, и упустила «своего» морхайра. Позади послышался рёв. Она обернулась и успела увидеть разинутую пасть.
По плечу прошлись раскалённые ножи, и боль распространилась по всему телу, захлёстывая сознание горячей волной. Фиалка упала, вскрикнув. Рука повисла безжизненной плетью. Фиалка не смогла бы, даже если бы её не сковало страхом, поднять её, чтобы защититься. Морхайр, попробовавший на вкус её кровь, ухмыльнулся и замахнулся для нового удара.
Она не могла крикнуть. Не могла пошевелиться. Только смотрела, как когти летят к её лицу, а Дериан отбивает атаку другого морхайра, который не даёт Королю приблизиться к ней, и понимала, что не успеет ничего.
Ни Фиалка, ни Дериан не смогли бы отразить эту атаку. Это было ясно с первого взгляда — когти приближались неотвратимо. Поэтому, когда стрела вошла в кисть морхайра, Фиалка даже не сразу поняла, что произошло. Когти, которые только то были в миллиметрах от её глаз, дёрнулись в сторону. Фиалка только и успела, что почувствовать сладковатый запах спарнаган, смешанный с металлическим привкусом крови.
Морхайр грозно зарычал и пошатнулся, недоумённо уставившись на свою пронзённую руку.
Не теряя неожиданно возникшего преимущества, Фиалка откатилась в сторону. Действовала на рефлексах: её тело понимало лучше её самой, что если не сдвинешься, то погибнешь. Она ударилась о стену раненой рукой, зашипев от боли, прислонилась к холодной шершавой стене и попыталась вдохнуть.
Воздух не шёл, словно лёгкие сдавила невидимая рука. Боль пронзила всё тело, сковывая. Будто не здесь, она наблюдала, как стрелы снова входят в тело морхайра одна за другой. Сначала — в глаз. Затем — в горло. И последняя — туда, где должно было биться его сердце.
Чудесное спасение вселило в Фиалку надежду, но спустя несколько секунд ужас снова сковал её. Пронзённый в жизненно важные точки морхайр всё ещё стоял перед ней. Рычал, озирался в гневе, выискивая того, кто посмел напасть на него. Ослеплённый на один глаз, он не заметил возникшего рядом Дериана, который одним ударом отрубил ему голову.
— Ты цела? — запыхавшись, прошептал Дериан, склоняясь к ней.
Он подхватил Фиалку под локоть, поднял. В тот же миг он развернулся, и она услышала, как его меч встретился с когтями нового врага. Выпрямившись и оглянувшись, Фиалка заметила, что из четырёх морхайров остался только один.
В глазах на миг потемнело и она пошатнулась. Нет. Она не была цела. Она поняла это, когда попыталась поднять правую руку, чтобы помочь ему. И не смогла.
Фиалка до сих пор чувствовала когти, будто боль обрела физическую форму и сжимала её плечо. Рука висела плетью. Каждое движение отдавалось в плече жидкой болью, растекающейся по венам. Было невероятно больно. Она никогда раньше не испытывала настолько сильной боли, не подозревала, что такая вообще существует. Ей казалось, что все раны в фильмах — это пустяки, как удариться коленкой. Или как ежемесячно отлынивать от домашних обязанностей под одеялом с грелкой. Нет, эту боль Фиалка не могла сравнить ни с чем, что ощущала за свою жизнь.
Поборов дурноту, Фиалка посмотрела вниз. И ей стало ещё хуже. Под разорванной тканью платья зияла глубокая рана. Кровь выходила толчками, а в свете тусклого неба Фиалке показалось, что среди алого она видела и нечто белое в глубине. Она видела свою кость.
Невидимые руки сдавили желудок, к горлу подкатила желчь.
— Цела, — ответила она, заплетающимся языком.
Дериан кивнул и снова бросился в бой. Поверил, что она в порядке.
Фейри не могут врать. Как хорошо, что она не фейри.
Фиалка опёрлась о стену, прижимая здоровую руку к раненой. По всему двору разносились крики, лязг металла и рёв чудищ. Но она слышала это как сквозь толщу воды.
И в друг снова стрела! Попала в морхайра, с которым кружил Дериан.
Фиалка подняла голову, разглядывая лучника. И увидела его. На балконе третьего этажа, почти прямо над ними, стоял Кайден. Он пускал стрелу за стрелой, постоянно поворачиваясь в разные стороны, почти не останавливаясь. Взглянув на поле битвы — Фиалка поняла почему.
Стрелы — как уже поняла Фиалка — не могли убить морхайра, но отлично отвлекали. Со своей обзорной точки Кайден и другие лучники помогали тем, кто сражался на земле, хоть немного перевесить сражение на свою сторону.