Ловушка для мастера (СИ), стр. 64

Ничего вообще.

Даже найниитовый чип на поверку оказался совершенно целым. Поверхностная диагностика никаких внешних или внутренних повреждений, нарушений нейронных связей, системных ошибок не выявила. Да и управляющее поле функционировало исправно, поэтому по окончании первой проверки я сразу же запустил вторую, углубленную, однако до ее окончания надо было немного подождать.

По поводу случайной травмы, аварии или еще каких-то внезапных повреждений я, едва подумав, тут же забыл. О них мы бы точно знали: лэн Даорн в последние недели ни на сэн не оставался один, так что тут сомнений у меня не имелось.

Но тогда что с ним произошло?

Почему он умер?

Почему так внезапно?

Если это не болезнь, не травма и не отравление, то, получается, виновата магия?

Однако состояние магического дара отца оказалось более чем в порядке и никаких опасений не вызывало. Никаких признаков дестабилизации. Ни сейчас, ни накануне. Никаких признаков нарушения ментальной защиты. Никаких следов ментального воздействия. В настоящий момент, когда мы не давали его телу окончательно умереть, у него даже аура еще не погасла. И я, когда внимательно ее изучил, не нашел в ней явных изменений, которые подсказали бы причину смерти — его аура осталась совершенно обычной, без лишних меток, без разрывов. Ну разве что побледнела немного, однако для сложившейся ситуации это было как раз нормально.

Получается, работу менталиста мы тоже исключаем.

Магию времени и пространства тем более — рядом с отцом ни вчера, ни сегодня, ни в последнюю неделю никаких заметных изменений в пространственно-временном плане не было.

Про стихийную речь даже не велась — результаты ее работы невозможно было пропустить.

Оставалась только магия крови, магия проклятий и магия сна… ну и воздействие целителей, если уж на то пошло, потому что, если кто забыл, целители прекрасно умели не только лечить, но и убивать.

Проблема в том, что проклятийники… живые и здоровые… явление для Норлаэна чрезвычайно редкое. Я, собственно, знал только одного человека, кому в качестве исключения не стали блокировать дар — лэнну Иэ. И было крайне маловероятно, чтобы в Таэрине открыто разгуливал еще один маг с такими способностями.

По целителям вопрос пока оставался открытым. В принципе такое было возможно, да, но опять же — хоть какие-то следы воздействия я бы сейчас увидел. К тому же это не дело одного-двух сэнов. Даже на поверхностное воздействие нужно время. Что для целителей, что для менталистов. И мои горлы, неусыпно следящие за отцом, непременно обратили бы внимание, если бы рядом с ним кто-то надолго задержался.

Плюс защитные артефакты… отец, выходя из дома, нигде их не снимал. И в опере они тоже на нем были.

Быть может, кто-то воздействовал сначала на них, а уже потом на него?

Но нет.

Я их сейчас по-быстрому проверил — рабочие. Причем оба. Поэтому даже если кто-то обманул магические арки и все-таки пронес в оперу запрещенные артефакты, то чисто теоретически, пока работали защитные, остальным тут ловить было нечего.

И в то же время что-то там все-таки было. Артефакт, магия, какая-то неведомая фигня… Просто не могло не быть, потому что у здоровых людей вот так в одночасье остановка сердца не происходит, и в кому они не впадают.

Ясно было одно — все это как-то связано со вчерашним мероприятием. С этой треклятой оперой, где на отца все-таки было оказано непонятное воздействие, хотя ничто этого явно не подтверждало.

Что это за воздействие, я тоже, хоть убей, не понимал. Но, скорее, оно было магическим, нежели физическим. Причем сильным. Отсроченным, раз все случилось не прямо в здании театра, а только ночью, когда отец крепко уснул.

А еще оно могло быть не точечным, то есть действовать более масштабно. Поэтому в процессе обследования лэна Даорна я на всякий случай активировал магическую печать мастера Даэ. А когда получил ответ, то скинул через модуль сообщение недовольному побудкой учителю, чтобы тот на всякий случай проверил и самочувствие лэнны Оми.

Раз они были с отцом вместе, то, может, и ее тоже зацепило?

И пока времени прошло не слишком много… пока все было обратимо, ее хотя бы в медицинский модуль можно было поместить. В режим жизнеобеспечения. А уже потом мы все вместе будем разбираться, что конкретно произошло.

Одно хорошо — реанимационные мероприятия прошли успешно. Спустя полтора мэна интенсивной работы нам с Эммой все-таки удалось запустить сердце лэна Даорна. Он снова задышал. Его органы и системы тоже заработали как надо. Однако в себя он так и не пришел. Более того, даже позы не поменял, когда мы его наконец откачали. Как если бы просто спал и как если бы ничего плохого с ним не происходило.

При этом, что необычно, часть ментальных параметров лэна Даорна действительно имели типичные для глубокого сна характеристики. Однако аура оставалась блеклой. Облачко сознания тоже едва просматривалось. Зато общая ментальная активность, напротив, резко повысилась. Раза этак в три от нормальных значений. И по совокупности признаков я сделал вывод, что это был все-таки сон.

Вернее, сон-ловушка, в котором отец только что самым настоящим образом умер. Затем благодаря нам с Эммой снова воскрес. Но при этом его разум по-прежнему оставался заперт в ловушке чужого сна, и в случае, если тот окажется заточен на убийство, остановка сердца и дыхания могли в самое ближайшее время повториться. Более того, будут повторяться до тех пор, пока отец окончательно не умрет. Или пока его дар не истощится, а разум не состарится в безуспешных попытках выбраться на свободу. Или же пока лэн Даорн не сойдет с ума, будучи не в силах покинуть чужой сон самостоятельно.

Дайнова бездна…

Придя к неутешительным выводам, я на пару мгновений прикрыл глаза, продолжая неусыпно следить за состоянием отца и с бешеной скоростью анализируя данные в попытке найти выход из непростой ситуации. Но тут на мой идентификатор поступило сразу два сообщения, и я волей-неволей был вынужден отвлечься.

«Оми тоже без сознания, — кратко написал мастер Даэ, заставив меня хмуро кивнуть. — И не только она. Похоже, это магия сна. Вызвал сюда Майэ и Рао, Иэ отправилась во дворец».

Правильно.

Среди всех моих учителей только эти двое досконально разбирались в магии сна. Не считая Лимо, конечно, но, учитывая обстоятельства, сейчас мертвый маг нам вряд ли захочет помочь. Так что, если бы мастер Даэ не поспешил, я бы тоже вызвал на помощь именно их. А вот беспокоить тэрнэ посреди ночи…

Впрочем, если пострадал кто-то еще, то, скорее всего, это оправдано.

«Сними защиту, ученик, — было написано во втором сообщении, которое я прочел чуть позже. Сообщение оказалось от мастера Майэ. — Я у твоей двери».

Я молча встал и пошел открывать, попутно снимая с квартиры часть магической защиты. Однако когда открыл дверь, наскоро проверил гостя и уже собрался было сделать приглашающий жест, предлагая войти старому мастеру в традиционном белом таоми, пространство возле лифта ощутимо заволновалось. Задрожало. Задергалось, словно припадочное. А мгновением позже оттуда буквально вывалилась растрепанная, одетая в школьную форму, бледная до синевы и откровенно взбудораженная Арли. Которая при виде нас с учителем на мгновение замерла, а потом шумно выдохнула:

— Уф, успела! Хвала тэрнэ, вы еще не начинали!

— Ты как тут оказалась? — несказанно удивился мастер Майэ. — Ты ведь Арлиза Хатхэ, верно?

Арли в ответ только дернула щекой.

— Да. Здравствуйте, мастер. Здравствуй, Адрэа. Я из школы сбежала, а сюда по субреальности прошла. Меня предки научили. Но это неважно. Я знаю, что произошло и что вы задумали. И пришла сказать, что без меня вы не справитесь.

Мы с ней ненадолго пересеклись взглядами, и я неожиданно понял, прямо-таки нутром ощутил — она права, без нее мы действительно не справимся. Поэтому вместо того, чтобы задавать вопросы, просто молча протянул ей руку. А когда Арли с облегчением за нее схватилась, так же молча отвел ее в квартиру, откуда-то точно зная, что все делаю правильно.