Ловушка для мастера (СИ), стр. 44

— Я слышал о нем, — задумчиво проговорил тан Альнбар Расхэ, когда я явился в его кабинет и вкратце обрисовал ситуацию. — Лично, правда, знаком не был, но репутация у мастера мастеров достойная.

Тан Горус согласно кивнул.

— Согласен. Если нам удастся завоевать доверие этого человека, лучшего и пожелать будет нельзя.

— Пусть приходит, — подвел итог короткому совещанию тан Урос.

После чего я вышел за дверь, в общий сон, куда, почти не сомневаясь, что Расхэ правильно меня поймут, заблаговременно привел мастера Майэ. А потом вежливо пригласил учителя зайти в кабинет.

Процедура представления вышла короткой и достаточно неофициальной. Я посчитал, что пустые формальности будут сейчас не к месту, поэтому некоторыми правилами этикета попросту пренебрег. Да и мастер Майэ, насколько мне было известно, не любил пустых разговоров, поэтому, когда я познакомил его с родственниками, без особых церемоний уселся на предложенное ему кресло и сразу же приступил к делу.

Больше всего его, конечно, интересовал проект «Гибрид», в том числе его подоплека и особенно результаты, так как о семейных трудностях Расхэ я просветил его достаточно подробно. Однако тан Альнбар, когда услышал первые вопросы, все же предпочел начать с самого начала, так что историю падения рода Расхэ учителю, можно сказать, пришлось сегодня выслушать дважды. Но он, как вежливый человек, ничего по этому поводу не сказал.

Само собой, еще до начала этого разговора я успел сообщить танам, какой объем информации передал мастеру мастеров, поэтому в большинстве своем тан Альнбар был достаточно краток. Однако при этом он решил, что скрывать истинную суть моего Таланта больше нет необходимости, поэтому о найниите, опытах с модулем и об остальных важных вещах рассказал совершенно открыто. Хотя и не более того, что уже знали Хатхэ, конечно.

Я в процесс разговора практически не вмешивался.

Политика для меня — дело все еще достаточно темное, скользкое и далеко не всегда понятное. Поэтому, когда тан Альнбар решил, что мастеру Майэ следует знать обо мне все, ну или почти все, я возражать не стал. В том числе и потому, что наши с Эммой общие прогнозы, а также психологический профиль мастера мастеров позволяли с высокой долей вероятности утверждать, что учитель правильно поймет, почему я не стал посвящать его в некоторые вещи самостоятельно. И, напротив, по достоинству оценит откровенность тана Альнбара, чья репутация, как и репутация всего рода, во многом зависели именно от этого разговора. В том числе от того, какое мнение по его итогам составит один из приближенных его величества. И особенно от того, согласится ли он поддержать нас перед лицом тэрнэ так же, как это были готовы сделать Хатхэ.

Именно поэтому разговор между мастером мастеров и танами Расхэ вышел достаточно долгим. Изобиловал большим количеством технических терминов. Таким же большим количеством схем и всевозможных бумаг, в которых мастер Майэ, к моему удивлению, очень даже неплохо разбирался. В нем оказалось немало подводных камней и психологических уловок, призванных вывести обоих собеседников на чистую воду в случае, если один из них что-то вдруг утаил или надумал исказить информацию. Но в конечном итоге учитель, разобрав весь проект чуть ли не по косточкам, пришел к совершенно правильным выводам. Убедился, что «Гибрид» с самого начала создавался не как средство мятежа и не как техническая поддержка для некоего гипотетического заговора, а являлся всего лишь способом уберечь род Расхэ от неминуемого вымирания. Последней надеждой отчаявшегося тана, который после стольких лет напряженных раздумий и неудачных попыток отыскать у своих сыновей родовой Талант был вынужден пойти на крайние меры.

Кто тогда мог знать, что у его незаконнорожденного мальчишки и впрямь появится полноценный Талант?

Кто мог предсказать, что этим Талантом окажется способность управлять найниитовым полем?

В то же время оставить без внимания уникальную особенность сына тан Альнбар по определению не мог, поэтому «Гибрид» с животных и птиц излишне быстро перешел в стадию экспериментов над человеком. И одновременно стал суперсекретным, местами довольно двусмысленным проектом, итогов которого не мог до конца предсказать даже сам тан Расхэ.

К счастью, у мастера Майэ хватило мудрости, чтобы не задавать моему биологическому отцу провокационных вопросов и не интересоваться этической стороной процесса. К примеру, он не стал спрашивать про моральную составляющую, которой руководствовался тан, когда ставил над родным сыном опасные эксперименты. Ни в чем его ни разу не обвинил и не стал напоминать о том, что вообще-то привлечение малолетних детей к подобным экспериментам в тэрнии откровенно не одобряется.

Вместо этого он уточнил лишь те детали, которые были нужны ему для лучшего понимания ситуации. В частности, задал-таки вопрос по поводу того мальца с пулей в груди. А когда узнал, что тем мальцом был я, а причиной моего воскрешения — самый обычный найт, с облегчением кивнул и больше к этой теме не возвращался.

Вместо этого он, едва выяснил все по интересующей его теме, попросил дать ему возможность пообщаться с Алоизей Норасхэ. Искренне удивился, когда выяснилось, что бывшая супруга тана Альнбара, оказывается, находится буквально в двух шагах. После чего деликатно поинтересовался, каким именно образом она здесь оказалась. Терпеливо выслушал мои пояснения. И только после этого принялся расспрашивать мертвую лэнну о ее прошлой жизни.

Алоиза, как во время допроса таном Альнбаром, ничего от него не утаила. И заодно ответила на несколько дополнительных вопросов, которые не так давно вызвали у меня некоторое затруднение. И вот как только лэнна во всеуслышание, до последнего словечка подтвердила мой недавний рассказ и заодно призналась, что долгие годы обрабатывала не только свекра и мужа, но и своих собственных слуг… ей действительно нужно было на ком-то обкатать свои навыки, прежде чем приступить к ликвидации свекра… мастер Майэ удовлетворенно кивнул: судя по всему, картинка в его голове полностью сложилась.

Когда Алоиза так же откровенно призналась, что долгие годы работала на тана Эранда Босхо, а род Расхэ уничтожила по его приказу, в глазах у мастера мастеров промелькнул нехороший огонек.

Когда она сообщила, что именно благодаря ее последнему приказу охрана поместья обрекла себя на вооруженное противостояние с представителями ТСБ, он опасно прищурился. А когда она добавила, что ни о чем не жалеет, а к гибели собственных детей относится как к неизбежным военным потерям, у него закаменело лицо.

— Уберите ее, — наконец сказал мастер мастеров, когда выяснил все, что хотел. — У меня больше нет вопросов к этой… женщине.

Тан Альнбар молча вернул душу Алоизы обратно в туман.

— А вот у меня есть один, — произнес я, мгновенно притянув к себе все без исключения взгляды. — Правда, не к ней, а уже к вам, лэны.

Таны Расхэ на это ничего не сказали. Тан Горус лишь вопросительно приподнял одну бровь, тан Урос просто устроился за столом поудобнее, тогда как мой биологический отец жестом показал, что внимательно меня слушает.

Когда же я озвучил тот самый вопрос, который беспокоил меня на протяжении последних нескольких рэйнов, реакция танов оказалась довольно своеобразной.

— Нет, — покачал головой тан Альнбар, когда я поинтересовался, знает ли он о клятве, которую Расхэ некогда дали первому роду.

— Да! — почти одновременно воскликнули его отец и дед, заставив тана Альнбара с удивлением обернуться.

— Это что еще за новости? — замедленно спросил он после довольно-таки продолжительной паузы. — Кто из вас давал тэрнэ клятву на смерть, о которой я не в курсе?

Тан Урос после этого явственно нахмурился, а вот тан Горус тяжело вздохнул.

— Прости, сын. Полагаю, это все-таки моя вина.

— Хочешь сказать, ты умышленно оставил меня без информации? Ты что-то успел пообещать тэрнэ? Где? Когда?

— Да нет же, — с досадой отозвался мой вроде как дед. — Не злись, Альнбар. Никто из нас… вернее, никто из последних танов никаких дополнительных клятв его величеству не давал. Тем более клятв на смерть. Это очень старая история. Все старшие рода в ней участвовали и участвуют до сих пор. Такова цена за доверие и привилегии от первого рода.