"Зарубежный детектив 2026-18". Компиляция. Книги 1-11 (СИ), стр. 8

Готовясь к последнему, беспощадному вторжению в тело женщины, Бойс осмотрел хирургические инструменты, разложенные перед ним на столе. Старый сельский врач сделал Y-образный разрез, начинавшийся от обоих плеч, соединявшийся над грудиной и продолжавшийся до лобковой кости. При осмотре желудка было обнаружено незначительное количество частиц непереваренной пищи, собрать которые можно было бы в чайную ложку.

Убрав кожу и ткани, они удалили переднюю часть грудной клетки, чтобы обнажить внутренние органы, каждый из которых был затем извлечен из трупа и исследован. Затем они сделали надрез на затылке от уха до уха, убрали кожу и с помощью вибрирующей пилы удалили верхнюю часть черепа.

Внутреннее обследование показало, что все органы находятся в нормальном состоянии, за исключением головного мозга, в котором были обнаружены признаки сгустка крови, вероятно вызванного повреждением тканей размером с серебряный доллар. Повреждение было обнаружено в верхней затылочной доле или задней части коры головного мозга, чуть выше линии роста волос. Врачи полагали, что оно было вызвано ударом тупым предметом, ударом достаточно сильным для того, чтобы оставить синяк, но не проломившим череп. Этот удар, возможно, был нанесен дубинкой или камнем, которые имелись возле пруда в изобилии, хотя ни один из них не был идентифицирован как орудие убийства. Нанесенный в точке между макушкой и основанием черепа удар лишил жертву сознания и, по всей вероятности, привел к мгновенной смерти. Как выразился Фейрвезер, она «потом и пальцем не пошевелила». При этом, что примечательно, гребни на затылке остались на месте, если, конечно, жертва на самом деле носила их в момент удара.

Врачи отметили, что легкие были наполнены воздухом, благодаря чему тело некоторое время держалось на плаву после того, как его бросили в пруд. Отсутствие воды в легких и желудке указывало на то, что «девушка была мертва, когда ее поместили в воду, и в этом не может быть ошибки», как указывал Фейрвезер.

Такой вывод исключал самоубийство или утопление в качестве причины смерти и в сочетании с тяжелой травмой головы заставил врачей исключить также и возможность удара головой после прыжка или падения в пруд, глубина которого составляла три метра в самом глубоком месте.

– Определенно нет, – ответил Фейрвезер, когда позже его спросили о смерти в результате несчастного случая. – Те травмы, которые мы обнаружили, получить при падении невозможно. Скорее, – добавил он, – такие травмы могли быть нанесены кем-то, кто взял ее за голову и ударил о камень. Если бы она поранилась сама, то ни в коем случае не смогла бы добраться до того места, где ее нашли одну.

Все присутствовавшие при вскрытии врачи согласились с тем, что основной причиной смерти был удар по голове.

Бойс, однако, не мог отказаться от своей теории о том, что жертва также была задушена – хотя и после удара по голове. Он был убежден, что гротескно искаженное лицо в сочетании с лентой, которую, по его мнению, вырвали из корсета и несколько раз обернули вокруг шеи, убедительно доказывают, что убийца пытался получить двойную гарантию, что жертва мертва.

– Весь внешний вид тела указывает на удушение, – сказал он.

Фейрвезер и Рейхард выразили несогласие, причем Фейрвезер энергично: он утверждал, что выпученные глаза и высунутый язык легко можно объяснить длительным воздействием воды и солнца на тело. Что касается ленты, то они полагали, что это обычная деталь женского платья или декоративный предмет, который она повязала на шее и который вре́зался в горло в результате вздутия. В подтверждение своего мнения они указали на отсутствие латунных эглетов, которыми обычно заканчиваются шнуры корсета.

– Девушка не была задушена. Ее забили до смерти. Лицо и тело от талии и выше были черны как полночь, когда мы ее увидели, – предположил Фейрвезер.

В помещении витал призрак, и четверо мужчин не могли об этом не думать: двумя годами ранее, 11 июля 1906 года, северную часть штата Нью-Йорк потрясло убийство двадцатилетней Грейс Мэй Браун на озере Биг-Муз в Адирондаке, примерно в двухстах километрах к северо-западу от Троя. Грейс Мэй – известная как Билли из-за ее любви к песне «Билл Бейли, не будешь ли ты так добр… вернуться домой?» – была избита, предположительно теннисной ракеткой, ее бойфрендом Честером Джилетом, после того как сообщила ему, что беременна, во время лодочной прогулки по озеру. Затем она либо упала в воду, либо была утоплена Джилетом, который перевернул лодку и благополучно доплыл до берега. (Убийство Билли послужит вдохновением для романа Теодора Драйзера «Американская трагедия» 1925 года, ставшего основой для фильма 1951 года «Место под солнцем» с Элизабет Тейлор и Монтгомери Клифтом в главных ролях.)

В свете убийства Билли все знали, какой вопрос будет интересовать репортеров в первую очередь: была ли жертва беременна в момент смерти? Здесь, по крайней мере, врачи были единодушны: ответ – отрицательный.

Но была ли она беременна когда-либо ранее? Или же была девственницей? Подверглась ли сексуальному насилию в ночь убийства? Вопросы довольно мрачные, и есть все основания полагать, что врачи намеренно уклонялись от ответа, чтобы защитить честь жертвы.

Рейхард был семейным врачом, который приобрел репутацию сверхъестественного диагноста. Однажды его вызвали лечить то, что считалось оспой, но он бросил лишь один взгляд на пациента и заявил, что на самом деле это ветрянка и скарлатина и что мальчик будет в порядке через пару дней. Прогноз сбылся. Осматривая лежащее перед ним тело, он отметил «небольшой разрыв женских органов», но сказал, что тело изуродовано и определить, насколько свежи разрывы, невозможно. Фейрвезер и Строп также отметили признаки «нападения», но туманно добавили, что «такие травмы могли быть получены и иным способом».

Газета «Мэрион Стар» (Огайо) сообщила, что, по мнению врачей, над жертвой до того, как ее убили, был совершен «акт насилия».

В издании «Роли таймс» (Северная Каролина) написали, что врачи не обнаружили признаков «грубого обращения» с девушкой перед ее смертью. В чем они, похоже, были согласны, так это в том, что состояние тела исключало вынесение какого-либо определенного решения в ту или иную сторону. Фейрвезер, однако, до самого конца настаивал на отсутствии указаний на то, что «покойная не была хорошей девочкой». Заявление это настолько туманное, что никто и никогда не заставлял доктора объяснять его, а если объяснение и было дано, то оказалось слишком деликатным для печати.

В последующие дни, когда расследование наберет обороты, часы, проведенные четырьмя врачами в подвале похоронного бюро братьев Ларкин в ночь на 11 июля, окажутся одним из самых спорных аспектов всего дела. Врачи из Троя, по слухам, критически оценили действия своих «деревенских» коллег, спровоцировав появление в газетах требований эксгумации тела, для того чтобы определить, могла ли жертва, подобно Билли Браун, «шагнуть судьбе навстречу», потому что ее возлюбленный, как Честер Джилет, «счел ее обузой», как выразился нью-йоркский таблоид «Ивнинг уорлд». Суть претензий сводилась к тому, что проводившие вскрытие врачи были небрежны и чрезмерно деликатны, слишком много внимания уделив причине смерти и недостаточно – мотиву. Но газеты из Нью-Йорка и других мест за пределами Троя также намекали на то, что доктора защищали репутацию жертвы и не были до конца откровенны в своих выводах.

Фейрвезер – единственный из трех врачей родом из Троя – бросился на защиту своих коллег, несмотря на разногласия с Бойсом.

– Процедура была проведена тщательно, был исследован каждый орган, – сказал он. – Хотя состояние тела не способствовало принятию безошибочного решения, я считаю, что мотив ее смерти по типу убийства «Билли Браун» отсутствует. Однако, – добавил он, – вполне вероятно, что девушка была убита после нападения. Большего я сказать не могу.

В конечном счете решение о том, следует ли эксгумировать тело, будет оставлено за человеком, ответственным за расследование: окружным прокурором Джарвисом О’Брайеном. Сможет ли О’Брайен, избранный чиновник с глубокими связями в Республиканской партии, достойно принять вызов и ответить на него?