"Зарубежный детектив 2026-18". Компиляция. Книги 1-11 (СИ), стр. 481

Это казалось невероятным. Кэл являлся для них идеальной мишенью. У него были светлые волосы, голубые глаза, очки и такие тощие руки и ноги, каких я раньше не видел. Но он курил «Кэмел», жевал табак, пил виски и имел доступ к оружию: кастетам, пистолетам и ножам.

— Я порезал кучу народу и перестрелял еще больше, — похвалялся Кэл на школьном дворе. — И перетрахал большинство девчонок из восьмого класса за их хоганами.

Очень скоро он прознал, что у нас, Кроу, нет матери, а отец редко бывает дома. Как-то вечером, после ухода Эвелин, до нас с улицы донесся его голос:

— Открывайте, или я надеру вам задницы!

Мы с Сэмом и Салли смотрели телевизор в гостиной. Я подбежал к входной двери, за которой стоял Кэл. С самого переезда в Болотный поселок мы не запирали дверей, возвращаясь из школы. Он прошел в кухню, за несколько секунд отыскал отцовский бурбон «Олд Крау» в шкафчике под раковиной и сделал большой глоток.

— Эй! — начал было Сэм, но я положил руку ему на плечо и покачал головой. Кэл был злющий, как наш отец, и обожал драться, причем с применением оружия. Отцовская выпивка не стоила того, чтобы получить ножом в живот.

Кэл поставил бутылку на стол и двинулся по комнатам. В отцовской спальне он заметил мелочь, лежавшую на комоде. Я шел за ним, но боялся произнести хоть слово. Он сунул монеты себе в карман и ушел. На следующее утро отец выпорол нас с Сэмом за пропавшие деньги. Если бы мы рассказали ему про Кэла, он избил бы нас еще сильнее за то, что мы позволили чужому человеку хозяйничать у нас дома.

В школе Кэл зажал меня в углу уборной.

— Где твой старик держит деньги? Я зайду вечером, и ты мне дашь десятку, а то тебе не поздоровится.

Отец не хранил дома наличные, но я знал, что Кэл может позариться на его винтовку, кольца, хорошую одежду и бутылки с бурбоном. Когда Эвелин тем вечером ушла, я запер дверь, чувствуя себя ужасным трусом.

Вскоре Кэл явился к нам под окна и стал стучать, но я его не впустил. Он колотил в дверь и дергал за ручку.

— Только попробуй мне не открыть! — орал он.

Я приложил палец к губам, приказывая Сэму молчать. В тишине мы трое смотрели друг на друга и ждали. Кэл выкрикнул еще что-то, пару раз ударил в дверь ногой и ушел.

На следующее утро на перемене он схватил меня за ворот рубашки и подтянул к себе.

— Сегодня я к тебе приду. Смотри открой, не то пожалеешь!

Он вытащил из ботинка выкидной нож и прижал лезвие к моему горлу.

— Я разделаюсь и с тобой, и с твоим стариком.

Придя домой из школы, мы с Сэмом рассказали о нем Эвелин.

— Скажите отцу, — посоветовала она. — Он знает, что делать.

Я поморщился и покачал головой.

— Нельзя. Отец прикажет вернуть назад деньги и виски — да еще и выпорет меня. Он скажет, я должен дать отпор Кэлу.

Когда Эвелин ушла, я уселся в гостиной, едва дыша от страха. Услышав, как Кэл колотит в дверь, Сэм и Салли разбежались по своим спальням. Я медленно приоткрыл дверь, пытаясь помешать ему проникнуть внутрь, но он прошел мимо, как будто меня там не было. Из кармана его куртки торчала пачка сигарет и зажигалка, в остальных карманах тоже что-то бугрилось.

— Ну и где у твоего старика деньжата? Только не эта паршивая мелочь!

Я последовал за ним в отцовскую спальню, не говоря ни слова. Я не представлял, как его остановить. Никакие мои проделки и розыгрыши не готовили меня к встречам с людьми вроде Кэла.

— Он держит мелочь на комоде, — продолжал тот, — но где-то же должны быть и настоящие деньги. Давай их мне, сейчас же!

— Убирайся, Кэл!

Я постарался, чтобы голос мой звучал твердо. Мне пришлось встать между ним и шкафом, где отец хранил оружие.

— Скоро вернутся папа и Лонни, тебе лучше уйти.

Он сунул руку в карман и вытащил оттуда пистолет 22-го калибра.

Я застыл на месте.

Улыбаясь, он приставил дуло к моему лбу и спустил курок.

Я повалился на пол, весь дрожа и представляя себе, как мои мозги брызгами разлетаются по всей спальне. Кэл расхохотался и сунул пистолет обратно в карман.

— В следующий раз он будет заряжен. Скажи своему старику, моя банда и с ним разделается.

Кэл вышел за дверь, и я из окна гостиной смотрел, как он шагает по дороге. Даже собаки его не трогали.

— Что ты станешь делать? — спросила Салли. — В следующий раз он может тебя убить, а что будет с нами?

Я не знал, что ей ответить. Я дрожал всем телом, вспоминая щелчок курка возле своей головы.

Пару минут спустя в дом вошла Лонни, и Салли разразилась слезами.

— Кэл пытался застрелить Дэвида из пистолета. Он украл папины деньги и виски, — бормотала она между всхлипами. — Он приходит каждый день и пугает нас.

— Идите-ка все сюда, — сказала Лонни, и мы пошли следом за ней в гостиную.

— Когда папа приедет домой, мы расскажем ему про Кэла.

Она села на диван, и Салли прижалась к ней.

— Отец поедет к Кэлу и переговорит с его матерью. Она ему прикажет оставить тебя в покое, Дэвид. Если это не поможет, отец обратится в школу, к мистеру Мартину, и тот все уладит.

Лонни просто не было дома во время визитов Кэла. Она не представляла, с кем имеет дело.

— Это худшая идея, какую мне приходилось слышать, — ответил я.

— Отец убьет или Кэла, или меня за то, что не справился с ним. И меньше всего я хотел бы втягивать в это школу. Не говори никому!

Мне пришла в голову дельная мысль, и я горел желанием скорей ее осуществить.

— У меня есть план получше.

Собравшись с духом, я пошел к трейлеру Томми. Когда его мать открыла дверь, ее миндалевидные глаза расширились от выражения ужаса на моем лице.

Она мне улыбнулась, но я не смог ответить тем же.

— Томми дома? — спросил я. — Мне очень надо с ним поговорить.

Мгновение она молча смотрела на меня.

— Подожди здесь, — сказала она наконец.

Я услышал, как она что-то шепчет на языке навахо.

Тут же на крыльце показался Томми.

— Гаагии, что случилось?

— Кэл… он наставил на меня пистолет… прямо у нас дома, — заторопился я. — Прижал мне ко лбу… и… спустил курок. Сказал, в следующий раз там будет пуля.

— Я с ним разберусь.

Томми улыбнулся и обнял меня за плечи.

— Все будет хорошо.

Он уже собрался вернуться в трейлер, но вдруг оглянулся, стоя на пороге.

— Не волнуйся, Гаагии. Я все решу.

Идя домой, я впервые после встречи с Кэлом чувствовал себя спокойно. Как отец, Кэл умел угрожать и внушать страх, но Томми был куда круче, сильнее и жестче его. Наконец-то в Болотном поселке у меня появился человек, готовый прийти на помощь — хоть и непонятно почему.

На следующий день, после ухода Эвелин, мы с Сэмом и Салли спрятались в гостиной под окном и стали осторожно выглядывать наружу, ожидая появления Кэла. Долго ждать не пришлось — через пару минут он уже стоял у нас на крыльце. Тут из-за дома появился Томми, тоже оказавшись в поле нашего зрения.

— Ты пристаешь к Гаагии, — заявил Томми Кэлу.

— Не твое дело.

Томми сжал кулаки.

— Гаагии — мое дело.

Кэл схватился за нож, но Томми его опередил, ударив прямо в лицо. Кэл завалился на спину, из носа у него потекла кровь. Томми поставил ногу в ботинке ему на горло. Когда Кэл попытался вырваться, Томми тем же ботинком заехал ему по ребрам. Кэл согнулся пополам и застонал.

— Только попробуй еще раз тронуть Гаагии, и мы тебя прикончим, — сказал Томми. — А теперь убирайся отсюда!

Кэл поспешно вскочил на ноги и, не оглядываясь, побежал по дороге. Мы с Сэмом и Салли в полном восторге смотрели на Томми. Когда Кэл скрылся, я отпер дверь, и Томми мне улыбнулся, сверкая белоснежными зубами и влажными карими глазами на широком, мужественном лице.

— Ни о чем не волнуйся, Гаагии.

Назавтра на школьном дворе Кэл сложил пальцы в подобие пистолета и наставил его на меня.

— Пах! — воскликнул он. Но к нам домой он больше не приходил.