"Зарубежный детектив 2026-18". Компиляция. Книги 1-11 (СИ), стр. 386

Они испробовали все, что могли придумать: Ландверу, например, поручили проверить теорию о том, что BTK мертв. Для этого он составил список всех белых мужчин, умерших в Уичито с 1980 года, и проверил их биографию. Это была нудная работа. Оперативная группа «Охотников за привидениями» потратила тысячи часов и сотни тысяч долларов федерального бюджета, при этом в постоянном нервном напряжении находились и они сами, и их родные.

Пол Дотсон никогда не скрывал своего разочарования.

– Когда я размышляю об «Охотниках за привидениями», я думаю только о том, какой это был провал, и о том, что мог бы сделать больше, будь я умнее.

Стоило ли оно того, спросил Хиршман.

Вероятно, да, сказал ему Ландвер. Если BTK когда-нибудь объявится, Ландвер многое о нем узнает. Он обратил внимание на серьезный недостаток BTK – высокомерие. Это может сыграть им на руку.

«Охотники за привидениями» вычеркнули сотни потенциальных подозреваемых, так что, если BTK появится снова, копы начнут не на пустом месте.

– Что заставляет вас заниматься этим делом? – спросил Хиршман.

– Я все еще верю, что его можно поймать, – сказал Ландвер. – Я все еще верю, что он где-то там.

Он предположил, что BTK может оказаться в тюрьме за незначительное преступление, и если это так, то «он, вероятно, рано или поздно выйдет, и я полагаю, что когда он выйдет, то продолжит убивать». Дотсон, разделявший с Ландвером разочарование по поводу их неудачи, был удивлен ответом своего друга.

– Не беспокойся об этом, – мрачно сказал Ландвер.

– Но почему?

– Потому что мы все еще можем его поймать.

Ландвер отметил, что теперь у них есть план, который они отшлифовали в дни тщетных поисков: если BTK когда-нибудь снова даст знать о себе, они намеренно используют средства массовой информации, чтобы сыграть на его эго и заставлять его посылать сообщения, пока он не допустит роковую ошибку. Ландвер также напомнил Дотсону, что изучение ДНК продолжается, а BTK оставил образцы своей ДНК на всех трех местах преступления.

Но за всеми оптимистичными разговорами Ландвера о поисках BTK Дотсон замечал, что расследование сбавляет обороты. Ландвера терзала неуверенность в себе; Дотсон видел напряжение и усталость на лице друга. Они пытались шутками вывести друг друга из этого состояния. Но у Ландвера начались проблемы со сном. Он начал еще больше пить.

Незадолго до конца 1987 года полицейское управление Уичито, которое год назад повысило его до детектива, назначило Ландвера в отдел по расследованию убийств – об этой работе он мечтал последние десять лет.

«Охотники за привидениями» никогда не распадались по-настоящему. Ламуньон сказал, что они не распустят отряд, пока не отработают все версии. Поэтому, даже когда Ландвер взялся за другие дела, он продолжал каждый день думать о BTK.

В последний день 1987 года женщина по имени Мэри Фэгер, вернувшаяся от родственников, приехала к себе домой по адресу: 7015 по 14-й Восточной улице и обнаружила, что ее муж и дочери мертвы.

Шестнадцатилетняя Шерри утонула в горячей ванне. Девятилетнюю Келли задушили несколько часов спустя и бросили в ванну к сестре. Их отец, Филипп, был убит выстрелом в спину.

Ландверу поручили помогать главному детективу, Джиму Бишопу, расследовать дело. Тела девочек больше суток находились в воде. Когда Ландвер вернулся домой и разделся после работы на месте преступления, запах вареной плоти уже пропитал его одежду. Всю оставшуюся жизнь запах горячей ванны с теплой водой и хлоркой будет напоминать ему о доме Фэгеров.

Через несколько дней в Стюарте, штат Флорида, полиция разыскала Уильяма Т. Баттерворта, тридцатитрехлетнего подрядчика, который только что закончил строительство солярия, где размещалась гидромассажная ванна.

Полицейские были уверены, что убийца – Билл Баттерворт. Он уехал из дома Фэгеров на семейном автомобиле, остановился в торговом центре «Таун Ист», чтобы купить новую одежду, а затем направился во Флориду. Баттерворт сказал полиции, что он был настолько травмирован, когда обнаружил тела, что сбежал в полном беспамятстве. Ему не поверили.

Поиск улик, которые Ландвер собрал против Баттерворта, чем-то напомнил ему решающий прыжок перед трехочковым броском в баскетбольное кольцо.

Через несколько дней после убийства мужа и дочерей вдова Мэри Фэгер вскрыла почту и прочла первую строчку бессвязного, насмешливого стихотворения анонимного отправителя: «ЕЩЕ ОДИН КРАДЕТСЯ В БЕЗДНЕ ПОХОТЛИВЫХ МЫСЛЕЙ И ПОСТУПКОВ».

В сообщении был рисунок молодой девушки со связанными за спиной руками, лежащей рядом с ванной с выражением страха на лице. В правом нижнем углу рисунка находился символ. Полиция отметила, что он был похож на символ, которым BTK подписал изображение Анны Уильямс: буква B, повернутая набок. На этот раз, однако, ножки буквы К напоминали сдвинутые брови. Пишущий не утверждал, что убил Фэгеров. Вместо этого он выражал восхищение убийцей:

Ландвер увидел, что набросок, в отличие от рисунка Нэнси Фокс, сделанного BTK, был неточным – его нарисовал кто-то, кто не был на месте убийства.

Никто ничего не слышал о BTK с тех пор, как в 1979 году, более восьми лет назад, он написал письмо жертве ограбления Анне Уильямс. BTK, насколько им было известно, никого не убивал со времен Нэнси Фокс в 1977 году.

На самом деле полицейские не были уверены, что это письмо отправил именно BTK. Но адвокат Баттерворта, Ричард Ней, подал ходатайство, утверждая, что убийства семьи Фэгер были похожи на семь убийств BTK 1970-х годов. Возможно, BTK и убил Фэгеров, заявил Ней.

Судья постановил, что Ней не имеет права использовать это письмо во время суда, потому что он не может доказать связь с предыдущими убийствами. Ландвер вздохнул с облегчением. Но газеты и телеканалы активно освещали это дело и связь с BTK еще до суда. Поэтому, хотя BTK и не упоминался на суде, о нем думали все, включая присяжных.

Присяжные признали Баттерворта невиновным, и полиция сочла дело закрытым.

В том же 1988 году Нетта Зауэр приехала на своей машине «Скорой помощи» в дом, где кого-то укусила собака. Над этим делом работал коп, который ее рассмешил.

Нетта была совсем молодым фельдшером в тот день два года назад, когда пыталась спасти Вики Вегерле. Теперь она стала более опытной и видела еще несколько сцен убийства.

В доме, где находилась кусачая собака, молодой полицейский начал флиртовать с ней в дразнящей, саркастической манере. Она не оставалась в долгу. Его звали Келли Отис.

Они встречались еще несколько раз, оба работали на несчастных случаях или местах преступлений. Со временем это привело к встрече за завтраком, потом к свиданиям, потом к разговорам о браке. Нетта считала остроумных парней очень смышлеными, а Отис был необычайно остроумен. Она видела за его язвительностью твердый характер. Он вырос сыном трудолюбивой матери-одиночки. Как и Нетта, он был адреналиновым наркоманом, поэтому и стал копом.

Она не стала рассказывать ему о том дне в доме Вики Вегерле. Убийство Вегерле было делом нераскрытым, интересным только для детективов, а Отис не собирался становиться детективом. Он любил патрулировать улицы.

Нетта познакомилась с ближайшим другом Отиса, патрульным офицером с бесстрастным лицом, широкими плечами и резкими манерами. Отец Даны Гауга служил в армии. Его мать была японкой и владела магазином тканей в маленьком городке Тонганокси, штат Канзас. У Гауга были сдержанные манеры, но Нетта видела, что это всего лишь маска: Гауг был добросердечным, застенчивым – и одним из немногих людей, достаточно забавных, чтобы развеселить Отиса.