"Зарубежный детектив 2026-15". Компиляция. Книги 1-11 (СИ), стр. 816
– «Парагон»? – Его кустистые седые брови мгновенно поднялись. – «Парагон» владела «Даймонд хэд». Они купили завод как раз перед тем, как я ушел на пенсию. Потом с год назад они продали его какому-то парню. Я помню, читал об этом в «Сан-Таймс», но все это больше не имеет для меня никакого значения, поэтому я не обратил внимания на имена.
– Джейсон Фелитти, – механически проговорила я, но глаза мои сверкали от ярости. Они владели этой проклятой компанией, а Бен Лоринг не мог мне ничего рассказать о связях между «Парагон» и «Даймонд хэд»? В ярости я хлопнула по ручке кресла.
Мистер Контрерас с участием наблюдал за мной, поэтому я рассказала ему о своем бесплодном разговоре с главным ревизором компании по производству стали.
– Вы не знаете о каких-нибудь махинациях, в которых участвовали люди из «Даймонд хэд»? Я уверена, что рабочие разговаривают об этом между собой – может быть, вы что-то слышали.
Он с сожалением покачал головой:
– Знаете, дочка, это было давно. И как я уже сказал, «Парагон» появилась, когда я уходил с предприятия.
Несколько минут мы оба сидели молча. Пеппи вернулась к своим щенкам. Им уже было ровно две недели, и они начинали исследовать местность. Ей пришлось подобрать парочку, которая заползла в столовую, и она отнесла их назад в гнездо, нежно держа за шкирку своими крепкими зубами.
– Ох, дочка, забыл вам сказать. Я спрашивал у некоторых женщин про Крисси Пичи. Помните, о том, есть ли у нее работа.
Я переключилась с мыслей о Бене Лоринге и попыталась думать о Тодде и Крисси Пичи.
– Так она работает?
– Нет, насколько они знают. Но миссис Терц и миссис Ольсен говорят, что она была ужасно любезна, предлагала им помочь вложить деньги, поэтому они думают, что она занималась чем-то подобным до того, как вышла замуж.
Я уставилась на него широко раскрытыми глазами:
– Да что вы! Помочь им вложить деньги? Надеюсь, никто из них не поддался искушению.
Он пожал плечами:
– Ну, этого я не могу вам сказать. Но что, я думал, будет вам интересно, так это то, кто ходил вместе с ней разговаривать с ними. Угадайте.
Я покачала головой.
– Судя по вашему тону, ясно, что это был не ее муж, но – уж, конечно, и не первый мистер Варшавски.
– Первый? А, понятно, вы имеете в виду, ваш бывший муж. Нет. Это тот мальчик, который живет на одной лестничной площадке со мной, напротив. Винни Боттоне, который все время доставляет вам столько неприятностей.
Я снова села. Винни-банкир. Именно так я о нем всегда и думала. Я только никогда не интересовалась, какой это банк. Должно быть, это «Ю.С. Метрополитен-банк энд траст». Я тихонько присвистнула. Винни был связан с Тоддом и Крисси. Таким образом, это связывает их с банком.
Конечно, мне нужно было получить этому подтверждение. Но скажем, я права – «Ю.С. Метрополитен» был связан с «Даймонд хэд», владельцем которого был Джейсон Фелитти, который также входил в правление «Метрополитен». Я почти чувствовала, как две половинки у меня в мозгу начинают складываться, чтобы связать Крисси, Винни и миссис Фризелл с «Даймонд хэд моторс». Я никак не могла этого сделать.
Я поднялась на ноги.
– Куда вы уходите, дочка? Хотите поговорить с Винни? Вы думаете, что, может, он жулик и готовится их ограбить?
Я засмеялась. Винни был такой подтянутый, основательный, такой крепкий орешек, что было сложно представить его как мозговой центр преступного мира. Как бы то ни было, я не хотела встречаться с ним, пока не смогу предъявить ему неопровержимые факты. Мне уже надоело терпеть неудачу, выдвигая обвинения против людей, но не имея средств, чтобы заставить их говорить.
Я объяснила все это мистеру Контрерасу.
– Я направляюсь в О'Хару. Мне нужно уехать из города.
– Куда вы едете? Опять в Питтсбург?
– Не знаю. В эти выходные «Кабс» будет играть в Атланте. Может быть, я просто отправлюсь на юг и посмотрю, нельзя ли достать билет.
Ему это не понравилось. Он терпеть не мог выпускать меня из своего поля зрения. Но если я останусь в городе, то в конце концов в полицейских сводках будет фигурировать еще одно мертвое тело, а может быть, и не одно.
Глава 36
Последняя воля и завещание
Стадион округа Фултон был огромным сооружением, сравнимым с Ригли-Филд, но далеко не так много болельщиков пришло подбодрить «Брейвс». Я совершенно спокойно купила билет на воскресенье. «Кабс» выиграл, что само по себе было чудом. Ребята никак не могли решить, как им лучше играть этим летом.
Я сочла своим долгом совершить паломничество на родину Мартина Лютера Кинга и выпила шипучки с джином «Рэмос» в баре Бреннана. Одно то, что я две ночи провела вдали от Чикаго, уже помогло мне, но я никак не могла побороть в себе тупую боль, вызванную страданиями Лотти: находиться далеко от нее было для меня все равно что потерять часть моего собственного тела.
В понедельник я прилетела в Чикаго дневным рейсом. Пока я ехала в электричке в город, я пыталась настроиться на предстоящую мне работу.
Я постучала в дверь мистера Контрераса, чтобы дать ему знать, что я вернулась, но его не было – он копался в огороде со своими помидорами, как мне было видно из окна кухни. Я забыла про вызванного мною стекольщика, но мой великодушный сосед проглотил обиду и впустил стекольщика в квартиру, как сообщала записка, прикрепленная к новому окну.
Я бесцельно мяла в пальцах оставшийся кусочек замазки. Единственный известный мне способ не поддаваться депрессии – это взяться за работу. Мне нужно было посетить банк «Лейк вью» и попытаться выяснить, почему миссис Фризелл закрыла у них свой счет. Я также хотела слегка надавить на Бена Лоринга из «Парагон стил». Все же сначала я позвонила в охранную фирму. Я попала туда как раз перед закрытием, но смогла сделать заказ на следующее утро.
Сейчас было уже слишком поздно идти в банк, но Бен Лоринг, вне всякого сомнения, все еще боролся с финансовыми документами «Парагон стил» в Линкольнвуде. Я набрала их номер и услышала глубокий, мягкий голос Сьюки. Я вспомнила, что не узнала ее фамилии.
– Это Виктория Варшавски. Я была у вас в пятницу днем, чтобы побеседовать с Беном Лорингом и его коллегами.
– О да, мисс Варшавски. Я хорошо вас помню.
– У меня есть к нему еще один вопрос. О том, что я узнала уже после визита к вам.
– Мне очень жаль, но он специально сказал мне, что не хочет разговаривать с вами, если вы позвоните. – В ее глубоком голосе звучало личное сожаление. Кто-то должен все-таки вывести ее на сцену.
– Хорошо, я не буду пытаться прорваться через вас. Но не могли бы вы передать ему вот что: я знаю, как кое-кто из «Даймонд хэд» вывозил катушки с парагонской медью посреди ночи. Спросите его, не думает ли он, что это любопытно, или это просто самая обыкновенная деталь их бизнеса.
Она оставила меня на связи. Через пять минут Бен Лоринг рычал на меня, требуя ответить, что за чушь я говорю, на кого я работаю, чего мне, черт бы меня побрал, надо.
– Поделиться с вами информацией. Вы не удивлены, услышав это?
Он не счел нужным мне отвечать.
– Откуда вы это знаете? У вас есть фотографии? Какие-нибудь доказательства?
– Я видела это своими собственными глазами. Я цеплялась за одну из ваших катушек, когда она висела на тросе подъемного крана. Строго говоря, она, вероятно, спасла мне жизнь. Так что на самом деле я звоню вам из благодарности.
– Не валяйте со мной дурака, Варшавски, этим вы меня не удивите. Дайте мне подробности. И скажите, зачем вы звоните.
Я кратко обрисовала ему картину того, что видела.
– Мне начинает надоедать все время получать пинки от людей, связанных с «Даймонд хэд». Если в скором времени кто-нибудь не начнет со мной разговаривать, то я поделюсь своей информацией с федеральными властями. Может быть, даже и с газетами.
Я услышала, как он прошептал: «О черт», но больше он ничего не говорил.
– Нам нужно побеседовать, Варшавски. Но сначала я должен поговорить со своими управляющими. Когда вы сможете сюда приехать? Завтра утром?