Служанка ректора Академии военных драконов 2 (СИ), стр. 93
А я вдруг поняла.
— Ты что, и их убить собиралась? — кивнула на ее любовников, обнаженных и жалких, старающихся как можно больше отдалиться от Кристы под сетью. Оно и немудрено, даже втроем они были гораздо слабее, чем сапфировая дракайна.
Вадэмон шикнула на них, замахнувшись рукой с когтями, и они упали на колени.
— Чем больше расколотых тел и душ, тем лучше. Тем более, это не драконы, а просто мелкие мошки — их жизни ничто. Но для Раскола сгодились бы.
— Ты стала настоящей фанатичкой, Криста, — я покачала головой.
— Просто я выбрала сильную сторону.
Я чуть ослабила магию на золотой сетке, позволив слугам выскочить из капкана, и велела им убираться, чтоб не путались под ногами. Одурманенные воздействием химер, они все равно далеко не уйдут.
Я чувствовала напряжение, повисшее в воздухе. Мускусный запах, витающий в этом месте, кажется, стал явственнее.
Чудовища приникли к светящимся бирюзовым прутьям решеток. Я видела их светящиеся в темноте глаза, оскаленные змеиные пасти…
Чувствовала, что они пытаются на меня воздействовать — навести свой морок, пошатнуть ясное сознание.
Моя защита была крепка, и все-таки самоуверенность никого еще до добра не доводила.
Не зря Криста избрала местом своего чудовищного ритуала логово химер. И не зря на нем не было охраны.
Я узнала все, что хотела, а теперь следовало убраться отсюда как можно скорее.
Удерживая капкан на сапфировой дракайне, я освободила Густу и привела ее в чувство.
Слава богу, она могла лететь — отправила ее в лазарет, на поруки нового военного врача Мейсона, который, в отличие от Халида, был гораздо более приятным малым, а главное, не состоял в кровожадной секте.
Что, несомненно, было плюсом к его портфолио.
Конечно, по-хорошему мне надо было сопроводить освобожденную дракайну, она все-таки была слаба, но я не хотела ни на миг оставлять синюю бестию. Я должна была лично доставить ее на гаупвахту и убедиться, что эта тварь надежно заперта.
Ухватила сетку и поволокла ее к выходу, заставляя Кристу в путах мелко перебирать ногами по полу.
Она рычала, бесилась, пыталась применить магию, била синими молниями, и цепочки сети звякали, выдерживая ее напор.
А потом вдруг враз успокоилась.
Мы были почти у самого выхода из этого чертового питомника. Лейтон сказал, что когда все будет кончено, он значительно сократит количество химер, или вовсе закроет питомник к драконовой матери.
Слишком опасно было содержание таких опасных существ в месте, где обучаются еще зеленые, по сути, кадеты.
Он вообще планировал в АВД реформы.
Когда все будет кончено.
Если оно будет кончено.
Я мотнула головой, отгоняя навязчивый образ, возникший в моем сознании — черный дракон с оторванной головой, валяющийся в луже крови.
Это все они, двухголовые монстры!
Пялятся голодными, жадными глазами.
Будто гипнотизируют.
А Криста внезапно опустила лицо, завесив его платиновыми прядями волос.
Она стала спокойна. Абсолютно спокойна.
— Видишь ли, низкокровная… Твоя заносчивость сыграла с тобой злую шутку, — послышался ее мелодичный голос. — Дело в том, что изначально про ритуал фертильности мне рассказал вовсе не офицер Халид…
Лишь только интуиция и быстрота реакции помогли мне не дать застать себя врасплох.
Почувствовала позади себя движение и, перекатившись по полу, ушла вправо, с усилием продолжая удерживать магическую цепь, пленяющую Кристу.
Но давалось мне это с трудом, потому как почувствовала на эту цепь мощнейшее воздействие.
Магия была незнакомой, неотработанной и очень сильной.
В состоянии полного шока я смотрела на того, от кого она исходила…
Такого мы с Лейтоном предположить не могли.
Да такого в жизни бы никто не предположил!
Глава 92
Передо мной стояла комендант Хозяйственной башни — старшина Маруха Старховяк.
Но в каком она была виде!
Я настолько привыкла к ее комичному образу — к лицу в слоях тонального крема, мохнатым ресницам, жирным стрелкам, ярко-голубым теням и оранжевой помаде, что, узрев сейчас ее без всей этой боевой раскраски, никак не могла прийти в себя.
Без всей этой боевой раскраски старшина Старховяк выглядела гораздо моложе своего возраста.
Да она лет на десять помолодела!
Оказалось, что у нее красивое и даже благородное лицо.
Весь ее облик, ранее представляющий из себя не человека, а какую-то карикатуру, сейчас выглядел сдержанным и…
Настоящим.
На Старховяк было красивое и стильное черное платье со стоячим воротником и янтарной брошкой в виде химеры. Оказалось, и фигура у старшины на самом деле очень даже пропорциональная. Она как будто нарочно ее уродовала своей одеждой, а сейчас — сейчас показалась той, кто она есть.
Назвать эту леди Жупело не повернулся бы язык!
У нее даже голос изменился до неузнаваемости, вместо ее обычного рыка — низкое бархатистое контральто с завораживающими, гипнотизирующими интонациями.
— Что ж, Тесса Кук, кажется, тебе все-таки придется расстаться со своими роскошными волосами. Давно мечтала заполучить их для ритуала.
С этими словами Маруха Старховяк ударила по цепи и разбила мою магию, высвобождая Кристу.
Она была стеклянной дракайной и ловко маскировалась под нее, но в ее плетении я уловила эти вихляющие, стихийные, животные химерьи потоки.
— Волосами мы тут точно не обойдемся, госпожа Магистр! — гнусаво вставила сапфировая. — Я живьем сдеру с нее шкуру, а потом буду вырезать ее органы по одному!
— Благодатная жертва, чтобы навсегда присушить к себе черного дракона, моя милая, — мягко кивнула Старховяк. — Раскол будет доволен!
Я смотрела на нее, не в силах поверить.
Все это время она притворялась Жупело, мелочной, склочной, злобной Жупело, для которой не было в жизни ничего важнее, чем чтобы шторы в Алом зале АВД были постираны, отглажены и аккуратно развешаны.
Она талантливо, нет, гениально притворялась Жупело. Всегда была в Академии, та, на кого невозможно было подумать, а на самом деле Старховяк являлась…
— Верховный магистр Жнецов Раскола! — коротко рыкнула я.
Сколько я в свое время не перерыла информации об этих Жнецах для доклада Лейтону, ни в одном источнике не упоминалось об их глубинной организации и верхушке.
Лишь в застенках, на одном из допросов один из пойманных жнецов выкрикнул про Верховного магистра, а потом сразу умер, будто сраженный каким-то неизвестным заклятием.
В меня полетел блок на оборот, но я отразила его и мгновенно деформировала свое тело, покрываясь золотистой чешуей.
Химеры завыли в своих клетках.
Это было на дикую песнь со своим особенным ритмом.
Я бросилась на Старховяк — она была стеклянной и в любом случае, даже с их чудной, вывороченной магией химер была слабее меня, но одним прыжком, от которого затрясся пол, путь мне преградила сапфировая дракайна, в которую обратилась Криста.
Ее синяя чешуя отливала блеском сапфиров, а глаза горели зловещим, но каким-то искусственным огнем.
Зарычала и ринулась на нее — синюшная ответила глубоким горловым шипением, извергая потоки синих молний, обрушивающихся на мою золотую броню.
Удары когтей, похожих на кинжалы…
Боевые заклятия, обрушивающиеся на чешую.
Удар и снова удар!
Белые до синеты клыки Вадэмон — как же их много было в ее пасти, мелких, но невообразимо острых!
Болезненный скрежет, от которого закладывало уши.
Скрип железа по стеклу рядом с этим — ничто!
Сапфировая дралась яростнее, изощреннее, чем химера.
Коварная, верткая, скользкая, как змея — с кучей обманных выпадов, замысловатых движений, постоянно меняющейся тактикой.
Она вилась ужом, нападала, кидала боевые связки, и все норовила впиться, ужалить, парализовать, отвлечь…
Отвлечь мое внимание от госпожи Старховяк, которая явно что-то задумала…
Вытянув руки, она нараспев читала какое-то заклинание, и кончики ее пальцев наливались бирюзовым…