Служанка ректора Академии военных драконов 2 (СИ), стр. 75

— Да, в этой магии есть и ментальный элемент, чтобы вы не проговорились, например, под давлением. Для вашей же безопасности.

— Как ее снять?

Мужчина приблизился — я увидела его глаза, похожие на песчаную бурю так близко.

Внезапно он взял мою руку, и провел большим пальцем по моим пальцам, по ногтям. Прикоснулся к шее, затем к моей щеке.

Это было похоже на интимное прикосновение. Может быть, даже на ласку.

— Вас совсем не пугают мои глаза. Не вижу омерзения или испуга. Занятно.

— А что, люди обычно пугаются?

— Женщины. Обычно женщины испытывают отвращение. Знаете, нет ничего глупее, чем заниматься любовью в очках…

Мужчина дотронулся до пряди моих волос.

Я хотела отпрянуть, но интуиция запретила мне это делать.

— Никак, — наконец сказал Локвист, но при этом почему-то не отодвинулся. — Магия стеклянного искажения спадет с вас сама. Совсем скоро. Но я горжусь, что удалось выиграть вам время и подготовить к обороту. Я наблюдал за вашими занятиями с майором Уинфордом. Вы схватываете на лету и уже очень многому научились. Из вас выйдет великолепная золотая дракайна, леди Тесса Кук. Сильная, гордая, и неимоверно прекрасная. Думаю, уже вышла.

Я слушала с замиранием сердца.

Значит, держать маску или сорвать ее, от меня не зависит. И никогда не зависело.

Скоро она спадет сама.

— Как жаль, что вы не послушались моего совета, Тесса. Жаль, что вы полюбили майора и выбрали остаться с ним. Впрочем, еще не поздно передумать. Вы еще молоды и не понимаете — страсть со временем проходит. Впрочем, страсть во мне тоже есть. Не такая, как в черном драконе, но я уверен, вы та, кто сможет оценить по достоинству.

Еще один его шаг вперед.

Сухой запах сандала и нагретых солнцем камней, соли, горячей амбры…

Где то на переферии моего сознания зазвучал трек Стинга…

— Вы предлагаете… мне быть с вами?

— Золото и песок — это же почти одно и то же.

— Поэтому мне помогли? Увидели в качестве своей потенциальной пары?

— Изначально из чисто альтруистических побуждений. Вы были так трогательно не осведомлены о своем состоянии, — усмехнулся Локвист. — Но позже я вас разглядел.

Я сглотнула. Откровения песчаного дракона стали для меня полной неожиданностью.

— Ваши слова о том, что я захочу убить свой катализатор, если сближусь с ним, если заведу отношения — правда или ложь?

— Нет, Тесса. Я бы никогда не стал вводить вас в подобное заблуждение. Такая вероятность действительно существует. Что вы испытаете ненависть и непреодолимое желание его смерти.

— От этого можно как-то уберечься? Избежать? Какой-то амулет или защитная магия? Если существует стекло, которое способно замаскировать золотую дракайну в стеклянную, я не верю, что не существует выхода из этой ситуации!

Мужчина вздохнул.

— Значит, все-таки черный дракон? Подумайте. Я могу дать вам то, чего не даст никто.

Я чуть не усмехнулась.

И усмехнулась бы, если не была сбита с толку.

Ну надо же, а ведь уже не первый мужчина говорит мне это!

— Желанный секрет песчаных драконов, ради которого вы затеяли с нами войну. Время, Тесса. Долголетие. Разве вы не хотите, не старясь, прожить тысячу лет вместо ста? Оставаясь такой же молодой и прекрасной…

То, что он сказал, прозвучало, как сказка. Очень красивая, но не моя сказка.

Я улыбнулась, не испытывая ни капли сомнения.

— Все-таки черный дракон.

Еще пару мгновений он держал прядь моих волос, пропуская ее через пальцы…

Потом отодвинулся.

— Нападите на него.

— Что?

— Сразитесь с ним. По-настоящему. До первой крови. Если вид его крови вызовет в вас безграничный ужас, значит, вы никогда в своей жизни не захотите его убить. Но если нет — вам не суждено быть вместе.

Пораженная, я отступила к доске, задела какую-то родословную, но вовремя успела подхватить и прижать к груди.

— И тогда — мое предложение в силе, — песчаный дракон усмехнулся и надел свои зеленые очки.

А я на негнущихся ногах вышла из аудитории, ошарашенная информацией, которую получила от Локвиста.

Впрочем, наверное, это уже стало нашей с ним традицией.

Пожалуй, в прошлый раз я была ошарашена не меньше.

Успела дойти до конца коридора, и тут до меня дошло, что я все так же прижимаю к груди лист с родословной.

Глава 72

Это была одна из разновидностей родословных правящей династии. Не такая роскошная, как гобелен. Попроще. И поновее.

Судя по последним датам, двадцатилетней давности.

Впрочем, было в ней кое-что интересное — от некоторых фамилий отходили какие-то непонятные ответвления, там, судя по всему, тоже когда-то были имена, но все они были затерты чем-то острым.

Возвращаться в аудиторию мне не особо хотелось, но чувство ответственности все-таки победило.

— Простите, я случайно утащила один из экспонатов вашей коллекции.

Локвист глянул мельком.

— А, она не особо ценная… Тем более, видите, испорчена.

Я хотела поскорее ретироваться, но зачем-то спросила:

— А что это на ней за потертости такие, профессор?

— Это… Это имена официальных и неофициальных любовниц и бастардов от них.

— Ни в одной родословной не видела, чтобы указывались побочные связи, кроме официальных жен.

— Лет тридцать-двадцать назад такое было принято, но сейчас любовниц в родословные не вписывают, — заметил Локвист.

— Но почему все имена затерты?

— Сейчас это считается дурным тоном. Возможно, поэтому родословную и… хм… Подправили.

Я кивнула, рассматривая лист будто бы под новым углом.

И тут увидела рядом с именем прошлого императора как раз такую неясную линию и две потертости.

Отдельно от императрицы Сульпиции и их сына Радиона.

— У Веспассиана, что, была любовница и бастард? Кто они?

— Такой информацией я не обладаю. В официальных источниках, во всех известных мне родословных Алайев упоминаний о них нет. Не знаю, сколь точно можно доверять этой родословной. Неизвестно даже имя герольда, который ее составил. Веспасиан вообще был довольно замкнутым драконом. Его правление было совсем иным, нежели у Радиона. Никаких вечеринок и балов. В отличие от своего сына, который почти безвылазно сидит в Четырехграннике, Вес катался по границам, частенько бывал на линии фронта. А Сульпиция часто его сопровождала. Собственно, потому они и попали в засаду и были схвачены химерами. Потому и Радион так не любит покидать столицу. Кстати, при Веспасиане Драковия не воевала с Зар Хатаром. Эту войну развязал Радион.

Я знала, что Зар Хатаром называется страна песчаных драконов, поэтому переспрашивать не стала.

Меня заинтересовало кое-что другое.

— Профессор, а по закону Драковии… Бастард имеет право унаследовать трон?

— Весьма маловероятно. Однако теоретически, имея рубиновую кровь, при одобрении Правящего совета бастард имеет право занять трон Драковии и назваться государем императором.

Я поблагодарила Локвиста, который явно был настроен еще поболтать, за столь обширную лекцию и наконец-то удалилась из его гостеприимной аудитории в состоянии глубокой задумчивости.

Бастард прошлого императора.

Получается, у Радиона есть брат?

Есть…

Или был?

Меня буквально потряхивало от осознания того, насколько я близка к разгадке происхождения Тессы Кук.

Которая никакой Кук, возможно, и не была.

После генеалогии у нас по расписанию шло шифрование, но перед этим был большой перерыв, и я отправилась в Музей воинской славы АВД.

В отличие от слов Ченинга Паджета, полы я там ни разу не мыла — с таким заданием в бытность служанки Жупело меня как-то обошла.

Кстати, о Паджете — после так бесславно закончившейся вечеринки рубиновый дракон на пару дней пропал из АВД, а его дружки, которых я обыграла в покер, ходили по Академии притихшие и не с такими высокомерными рожами, как обычно.

Особенно Гарланд Ньюмарк и Айзек-бобер. Рубиновые печати помогли им избежать слухов, и все-таки, встречаясь со мной в коридоре, мальчики отводили глаза и спешили перейти на другую сторону.