На дальних берегах. Том второй (СИ), стр. 83

— Потому что я есть думкопф и идиотен! Я есть сам рассказывайт про то, что в Древний Империя эти совы дрессировайт для поиск сбежавший рабы, а потом есть удивляйтся, как он находийть Ур после тот взрыв!

— Погодите, вы хотите сказать, что его можно использовать как ищейку?

— Йа! Вы сами надрессировывайт его на поиск суда! У них гут интеллект и они есть быстро схватывайт.

— Суда, это одно… Людей он как ищет? Не по запаху же?

— Этот вопрос есть нуждайтся в исследований.

— Просто с воздуха он меня засечь не мог. Да и Бардью тоже. Хотя его он полетел искать после того, как вы сказали, что жрать будем только когда найдем… Интересно, а он кого угодно может найти? Или только тех, кого знает?

— Я предлагайт откладывайт данный вопрос до момент, как появляйтся возможнойсть проводийть тесты.

— Хорошая мысль… — Боцман, пытавшийся привлечь их внимание, согласно покивал, — можно сперва мне попить и пожрать? Мне же можно?

— Желудок нихт задейт, так что можно, но мелкий порций.

— Камушек это сделает! — подскочив, островитянка замахала руками. — Камушек его покормит! Дайте Камушку тоже помочь!

— На, допомоги… — достав из мешка банку консервов и воду, Михай расставил их на земле возле шалаша, — и якись подушку под голову ему собрази, а то так лежати не сподручно…

— Камушек сейчас все сделает!

— Она че, — Боцман прищурился, глядя её в след, — голая?

— Ну якись гола? Дывись скильке бус всяких! Ще скажи, шо не нравится… Ща будешь як барин куманский — лежати, а гола девка тя потчует…

— Да не… я просто… Вы спрашивали, помню ли я её? А я лицо не помню… Зато другое помню… — попытавшись хохотнуть, Бардья скривился от боли, — она надо мной стояла… над головой… я смотрю вверх, а там…

— Чудна картина, я представив…

— Ага… а мне хреново-хреново… И мысль в башке: «Так вот что, значит, Капитан имел ввиду, когда говорил: 'Пизда пришла»?

— Та ни… — Михай от души заржал, — Ще не пришла. Ще так… Трохи привидилася… Но шоб ты знав, вона на тя планы мае…

— Какие⁈

— Приручите тебя хоче, глянь як старается!

— Зачем?

— Та известно зачем!

— Да ну нахер! Шутишь же?

— Знамо шуткую! Не боися! — снова заржав, Михай успокаивающе похлопал Боцмана по плечу, затем вытер выступившие от смеха слезы. — Просто у тоби ситуяция як у Бьернсона. Один в один почти. И девка мелка и виху выхаживав. Не удержався, шоб не подьебнути. У тебя теж лицо, як у него тогда було…

— Ты так не шути…

— А с другой стороны — шо тебе не любо? Дивчина хошь и мелкая, зато дупа — мое почтение. Може и уважити…

— Это же грак… Если мы её, как и Чуму, на борт возьмем, Амяз умом двинется…

— Чому?

— Да не любят они их…

— Для любови у него Кара е. А ты подумай. Не кожный день, поди, вокруг тоби девки з босою писею носятся?

— Вы есть говорить о голый женщины… — Доктор, будучи воспитанным человеком, от таких разговоров скривился. — Я считайт это гут диагностийческий признак и понимайт, что мой помойщ тут пока нихт востребовайн. Я спайт!

— Добре! Я тут, поки, послежу, — согласно кивнул Михай. — Ща устроим хворого по удобнее, та теж отобьюсь.

Дождавшись, когда Доктор уснет, китты уйдут на посты, а Эаф — помогать Камушку, Михай снова достал бутылку.

— Хошь Дохтур и запретив, но за таке надо тяпнути. Чисто на донышке… За здоровье…

— Ну давай… Я спать не могу — наспался… Расскажешь мне, как вы тут? Где остальные? Что с ними?

Налив Боцману и украдкой чокнувшись банками которые выступали в качестве рюмок, Михай выпил, вытер усы и принялся пересказывать случившиеся события.

Глава 5

Тут темно и плохо пахнет

Покачивающееся на волнах без хода судно когда-то было пассажирским лайнером. Потом, судя по остаткам окраски, плавучим госпиталем. Затем стало тюрьмой. На иллюминаторах были наварены решетки, часть дверей заварена, другая снабжена мощными засовами. Большая часть лестниц ведущих на мостик была срезана, а оставшиеся снабжены «воротниками» из листовой стали, мешавшими перелезть блокирующие решетки. Ни названия судна, ни номеров или флагов не было. Просто громадный ржавый плавучий карцер, о котором всем стоило знать как можно меньше.

Марио, Багира и еще дюжину взятых в тюрьме форта оборванцев вывели на палубу катера, дрейфовавшего рядом, чтобы они могли рассмотреть безымянное судно издалека, так как когда катер дал ход и подошел к забортному трапу, видно было только занимавший почти весь горизонт борт высотой с многоэтажный дом.

— Позвольте представиться, господа, — щеголеватый брюнет, которому их «одолжили», похлопал в ладони, привлекая внимание, — я — Джесси Кан, и я работаю на «Яму». Вы все, должно быть, о ней слышали. Рукотворная Бездна, откуда нет выхода, пожирающая сотни грешных душ и тел в день, взамен отдающая сияющие алмазы. В других обстоятельствах встреча со мной была бы вашим худшим кошмаром. Но сейчас я — ваш шанс на свободу. От вас требуется сущий пустяк: пройти через это судно, добраться до машинного отделения и запустить двигатели, после чего дойти до Дарджана. Это всего сто двадцать миль по прямой. Потом вас отпустят на все четыре стороны.

— Мы не разбираемся в машинах, — буркнул тощий тип, покрытый татуировками, — и не умеем водить суда.

— Он умеет… — палец Кана указал на Марио, — а тот, что рядом — умеет чинить.

— Нахуя мы тут тогда?

— Чтобы сопроводить их до места. Дело в том, что на борту случилась прискорбная трагедия. Про «Морское Безумие» слышали?

— Че? Нет! Можете сразу пристрелить, я к этим психам не полезу!

Щелкнул выстрел, и татуированный, взмахнув руками, упал на палубу. Его взяли за руки-за ноги и, раскачав, выбросили за борт. Кан, проследил за этим, потом повернулся к оставшимся.

— Не умею отказывать людям в подобных просьбах. Так что если тут есть еще желающие…? Нет? Ну тогда продолжим. Да, согласен, мероприятие выглядит самоубийственным, но вспышка безумия случилась месяц назад, так что они, скорее всего, уже сожрали друг друга и только парочка самых удачливых прячется по темным углам. А может быть, вы вообще никого не встретите.

— А нам оружыэ дадут? — поинтересовался Багир, оглядывая возвышающийся над ними борт.

— Вам — дадут. Оружие, разумеется, только холодное, а также припасы и воду. Немного, но идти тут недалеко. Машинное от нас сейчас буквально в паре метров, однако над архитектурой судна поработали в угоду безопасности, так что придется сделать небольшой крюк.

— Нам еще понадобится карта и схема судна, — поднял руку Марио.

— Ни первого, ни второго не будет. Мимо Дарджана вы не промахнетесь, даже если будете класть курс на пальцах, а куда-то еще плыть вам не стоит — мы будем рядом на случай своевольства. Что же касается внутренностей судна — увы, его переоборудовали, так сказать, по наитию: без схем и чертежей. Проявите смекалку.

— Ынструмэнт нужэн, — снова попытался поторговаться Багир, — двэры вскрыват.

— Необходимый минимум вам выдадут. Все — на этом обсуждение закончено, — по взмаху руки на палубу выволокли ящик, набитый холщовыми сумками, — Это провизия. Все берут по одной и строятся в шеренгу.

Оборванцы, толкаясь, расхватали сумки и кое-как построились. Марио с Багиром, брезгливо глядя на эти обезьяньи повадки, подождали в стороне и взяли сразу три сумки: две своих и одну, предназначавшуюся татуированному. Не став возражать, Кан приказал унести пустой ящик и принести второй, после появления которого его люди взяли оружие наизготовку.

— Тут ножи, дубинки и мачете. Тот, на кого я укажу, подходит, берет нож, оружие по руке и по нраву, и сразу поднимается наверх. Остальные стоят и не делают глупостей. Стреляем без предупреждения. Все ясно? Ты. Пошел.