Уровни силы 3 (СИ), стр. 30
Боевые инстинкты всё же взяли верх, и я, не произведя ни звука, быстро лёг на землю и пополз посмотреть, кого это принесла нелёгкая.
Высовываться из‑за камня, рискуя получить пулю между глаз, не пришлось, как, впрочем, и далеко ползти: буквально через пару метров в мою сферу контроля пространства попали два боевика — по виду типичные наёмники, правда, с одним небольшим нюансом: очень богатые наёмники.
Первоклассная единообразная броня и навороченные немецкие «пушки» с компьютерными прицелами — на это тонко намекали.
— Очень интересно, — пробормотал я и попытался подслушать, о чём говорят боевики, но, увы, общались они на иностранном языке, который я даже не смог определить. Ещё несколько минут я лежал под камнем, пытаясь понять, враги это или союзники, пока в какой‑то момент один из боевиков не прижал палец к гарнитуре рации в своём ухе и что‑то забормотал.
«Хм, кажется, товарищи здесь не одни. Но тогда получается, что это пост. Вот только когда я шёл туда, здесь никого не было!»
Достав телефон, открыл карту и убедился, что от этого камня на несколько километров хорошо просматриваются северное и западное направления. Сдвинув карту южнее, наткнулся на холм, с которого как раз был виден сам булыжник. Я даже на мгновение забеспокоился, пока не сообразил, что от взгляда с той стороны меня прикрывает камень.
«Если предположить, что здесь и на холме посты, а возможно, ещё и на этой возвышенности, то предполагаемые наблюдатели буквально взяли под контроль всю территорию».
Мою мысль подтвердил наёмник: с другой стороны скалы он поднёс к глазам бинокль.
«Такое ощущение, что они кого‑то здесь ждут. Конечно, есть вероятность, что это наблюдатели от турецкой армии, но тогда бы здесь были круглосуточные посты, а никак не наёмники».
Следующая мысль, логично вытекающая из предыдущих, мне не понравилась.
«А не меня ли ждут эти мажористые супчики⁈ А ведь всё сходится: в этом направлении веду разведку только я, и появились наблюдатели во второй половине дня. Утром здесь точно никого не было. Ёбучий конь! Похоже, кто‑то меня сдал!»
Я был практически на сто процентов уверен, что это «привет» от Державина. Конечно, Жар‑птица говорила, что он не осмелится напрямую покушаться на наследника рода, но я давно уже перестал верить в человеческое благоразумие.
Проверив, как из ножен выходит сабля, я телепортировался за спину громиле и одним взмахом отхватил ему голову. Сабля, усиленная системными рунами, легко разрубила стальной горжет. Плеснув кровью, наёмник стал заваливаться вперёд, а я, убрав саблю в «инвентарь», выхватил казённый «Ярыгин», к которому еще неделю назад прикрутил глушитель, и всадил пулю бойцу в баллистическую маску. Несмотря на скромный калибр и убойность, пуля пробила личину и, словно миксер, превратила голову наёмника в пюре.
+110 ОП
+105 ОП
Среагировала система.
Быстро подхватив их «понтовые» автоматы, я закинул их в обменное пространство Девяносто девятого и метнулся к холму, на котором, следуя моим умозаключениям, должна была сидеть вторая пара наблюдателей.
Наблюдатели оказались на месте, как и группа из трёх витязей и одного мага.
Выжил я только благодаря сильно выросшей сфере контроля пространства: именно её размеры дали мне время среагировать.
Быстро летящая искра — без цвета, но очень «тяжёлая» (именно так я ощутил заклинание мага) — молнией мелькнула в зоне моей чувствительности, и я буквально в последний момент успел поднять стену, а через мгновение — сразу же ещё одну, так как первая стала буквально осыпаться пылью.
Сражаться с неизвестным количеством витязей и магов (группа могла быть не одна) я совершенно не хотел.
— Пришла пора показать, как я умею рвать когти!
Начал с того, что отгородился от боевиков десятком «хваталок», спрятав их в облаках «сингулярности», после чего поднял ряд стен — каждая на расстоянии двадцати метров друг от друга, — спрятал их в облачных ловушках на случай, если где‑то на холмах лежит снайпер, и рванул прочь, «выпрыгивая в реальность» под прикрытием очередной стены и «кислотного» облака.
Отступал я, конечно же, не в сторону своих: в том направлении меня наверняка ждала ещё одна группа боевиков, так как эту я мог бы и проскочить.
Пролетев меньше чем за минуту четыре километра, я «портанулся» в небо на сотню метров вверх, чтобы оценить обстановку.
Маг, естественно, остался далеко позади, зато тройка витязей, словно гончие, мчалась за мной, ловко огибая белые облака, лежащие на зелёной траве.
— А ведь они без мага, — пробормотал я, чувствуя, как злобная ухмылка кривит мои губы.
— Ну, выродки, держитесь.
Пропрыгав ещё три километра для верности, я, причём специально, далеко не отрывался, делая каждый следующий прыжок чуточку короче предыдущего.
— Пусть думают, что у меня мана кончается.
Выскочив на очередном плоском холме, я решил, что лучше позиции мне не найти. Остановившись, развернулся, оценил расстояние до бегущих с невероятной скоростью трёх наёмников‑витязей и достал из «инвентаря» самый обычный ручной пулемёт, известный как «Печенег», калибра 7,62×54. Конечно, применять против трёх сильных витязей в тяжёлой броне такой пулемёт — не самая умная мысль, если, конечно, у тебя нет раскачанного стрелкового навыка. У меня был. Первая же очередь на полтора десятка патронов буквально разорвала бегущего боевика: не помогла ни сверхтолстая броня, ни высокий ранг.
+2750 ОП.
Оставшаяся пара, продемонстрировав феноменальную выучку, не сговариваясь, рванула в разные стороны, беря меня в клещи, при этом не забывая выписывать зигзаги.
«Бесполезно, против опытного пулемётчика не поможет».
Я был опытным.
Ухмыльнувшись, небрежно повёл стволом и без труда срезал второго и даже успел полюбоваться отлетающими в стороны конечностями.
+ 2550 ОП.
Третьего расстрелял у самого подножия холма, меньше чем в полусотне метров.
+ 2880 ОП.
— Ха! На всех — сорок четыре патрона!
Воодушевлённый лёгкой победой, я пару секунд размышлял, чтобы вернуться обратно и устроить магу снайперскую засаду.
Но вовремя одумался: скорее всего, маг засечёт меня раньше, и из охотника я быстро превращусь в добычу.
— Ну его к чёрту! В другой раз поквитаюсь.
Интерлюдия.
Боярином Державиным уже который день владела огнедышащая ярость, которую глава рода тщательно скрывал от всех, как обычно демонстрируя миру холодную высокомерную мину. Не притушил ярость даже союзный договор с княжеским родом Бельских. Конечно, не на самых выгодных условиях для Державиных, но боярин ради мести был готов пойти и на ещё более кабальные договоры. Зато Бельские обещали помочь свалить Курбских, правда, взамен, кроме всего прочего, забирали почти все доступные активы опального рода. В итоге Державины по итогу войны с Курбскими ничего, кроме чувства удовлетворения, не приобретали. И это ещё неизвестно, какие потери ждёт род во время самой войны. Само собой, такой договор случился не спонтанно: третий сын князя Бельского был женат на дочери боярина, что и позволило вообще подступиться к высокомерному князю.
Степан Григорьевич, уняв скачущие мысли, вернулся к разборке скопившейся корреспонденции, параллельно размышляя об обещании Бельского послать за головой выродка Курбского своего богатыря.
— Неужели правда пошлёт? — пробормотал Державин.
Сомнения боярина были понятны. Такой номер даже князю Бельскому, одному из столпов империи, Романов точно не простит. Тем более это могло спровоцировать бойню прямо на линии соприкосновения. Всё-таки следовало помнить, что не так уж и далеко от сына воюет и Жар‑птица.
Неожиданно рука боярина дрогнула, а на лице отразилось удивление. Перед ним на столе лежал конверт, украшенный золотыми вензелями, с ненавистным гербом в верхнем правом углу.
— Курбский! — неверяще выдохнул боярин.
Вот чего он ожидал в последнюю очередь, так это письма от князя Курбского.