"Фантастика 2026-163". Компиляция. Книги 1-22 (СИ), стр. 1639

И парень сразу же почувствовал себя негодяем.

– Келли, это неправильно! – воскликнул он, стукнув кулаком по столу.

– Что «неправильно»? – продолжала ломать комедию Келли. – Ты же сам мне дал этот рецепт соуса, а теперь говоришь, что он неправильный!

– Не кривляйся, Келли! Ты прекрасно понимаешь, о чём я!

– Нет, это ты не понимаешь! – обозлилась девушка. – Никто из вас не поймёт меня! Только Джелли, если перевести ей всю историю нашего романа, поймёт, что я чувствую.

– Вашего романа?!

Теперь Лилле многое стало ясно, включая намёки Лаиру, что мнение Келли о Варэке не может быть объективным. Пытливый старик догадался о том, о чём все молчали, а Лилле оставалось узнавать главное из случайных оговорок.

Он с обидой посмотрел на Келчи – девушка понятно почему утаила эти детали Миртару, но ты-то мог рассказать?

– Что так смотришь?

– А ты не догадываешься?

– Я сам узнал, только когда она приняла его предложение там, на арене.

– Что? Так мне и про арену не всё рассказали!

– Видно, их отношения не такие гладкие, как в любовных балладах. Вот я и не распространялся особо, как любящий брат.

– Да заткнётесь вы оба?! – вырвалось у Келли. – Тоже мне, боги тактичности!

Она метнулась к свободной лежанке и спрятала лицо в подушку. Джелли, посмотрев ещё раз на нового гостя, потом на рыдающую девушку, всё поняла без слов. Послав Варэку осуждающий взгляд, она присела рядом с Келли, чтобы утешить её.

Лилле и Келчи молчали, опустив головы.

– Хорошо, я уйду, – заговорил Варэк. – Когда проснётся барон, я буду ждать его на Покойницком тракте – думаю, там самое место для встреч с мертвецом. Мертвец должен сообщить барону кое-что очень важное. А он уже сам решит, рассказывать ли вам.

Варэк повесил на плечо арбалет, повернулся спиной к друзьям, но не спешил уходить. Уперев руки в дверные косяки, он тяжело дышал, и собирался с мыслями, пока они не сложились в правильные слова. Те самые слова, которых от него ждали в первую очередь.

– И прости меня, пожалуйста, Лилле, что не попрощался с тобой. А ты, Келли, прости, что… понимаю, как это выглядело со стороны… будь я девушкой, про меня бы сказали «сбежала из-под венца». Но, поверь, я продолжаю любить только тебя. У меня никого не было за эти месяцы в нижнем мире. Ты знаешь, почему я его выбрал. Я думал в этот момент не о себе. И мне жаль, что ты мне не поверила.

Варэк сделал шаг вперёд, но его окликнул слабый девичий голос:

– Никого? За все месяцы совсем никого?

– Если не считать тебя. Ты мне снилась каждую ночь.

Больше Лилле не мог этого терпеть. Схватив Варэка за плечи, он затащил его вовнутрь и сжал в объятиях. Чтобы через несколько секунд уступить девушке, соскучившейся по любимому. Сообразительная Джелли переворачивала обратно картины с изображениями Варэка, и только Келчи, перед которым никто не извинился, да и он сам не имел особых поводов для обид, не знал, как себя вести.

– Так может, всё-таки расскажешь, как ты прошёл горы, озеро и скальных жуков? – спросил он, чтобы не чувствовать себя неприкаянным.

Варэк последний раз поцеловал Келли и сел за стол.

– Чтобы понимать, с чего начать, я должен знать, что вам рассказала Келли. Она сообщила, какие незавершённые дела у меня остались в нижнем мире?

Получив утвердительный ответ, Варэк уточнил, не прибавила ли его невеста что-то от себя.

– Прибавила, – ответила Келли, пока Келчи думал, можно ли об этом говорить. – Что я не верю ни единому твоему слову. Что считаю это всё надуманным поводом, как ты только что выразился, сбежать из-под венца.

– Если бы…

Бывает так, что одна, казалось бы, ничего не значащая фраза сразу меняет настроение людей и атмосферу в помещении. Каждый из трёх круштан почувствовал неосознанную тревогу и ждал от Варэка разъяснений. Но он с ними не спешил. И не ради дешёвых эффектов из типичных историй юношей Миртару.

– Мне нужно умыться с дороги, побриться и поесть. Ну что я, в День Рождения и поесть не имею права? И поспать – я вымотался, что дорожный мул. Скорее всего, время у нас ещё есть, а пока барон не проснулся, нет смысла рассказывать. Я так рад, что он здесь. Хотя бы один человек, который понимает в военном деле.

– Какое «военное дело»? – тоном человека, который подозревает, что его разыгрывают, спросил Келчи. – Долина неприступна!

– Это мы так думали, – самым серьёзным тоном сообщил Варэк. – Готовьтесь к худшему, друзья, готовьтесь к худшему.

Глава 6

Мы ко всему готовы

Его много лет учили скрывать эмоции даже во сне. Поэтому со стороны казалось, что он спит безмятежным сном. На самом деле он опять вернулся в кошмары своего несчастного прошлого. Он заново слышал свист плетей и чувствовал тяжесть кандалов, боль от калёного железа – жгучую, но мгновенную, и боль отчаяния – не такую острую, зато долгую, не оставляющую в покое ни днём, ни ночью. За одним кошмаром немедля последовал другой, который начался с хохота торговцев живым товаром, а закончился воспоминаниями, с которыми невозможно жить, но он как-то выжил. Оказалось, только для того, чтобы его рассудок подвергся новым испытаниям.

Волна за волной из тёмного океана памяти накатывал ужас за ужасом, но ни единого стона не вырвалось из уст спящего, ни разу не сбилось его дыхание, ни разу он не пошевелился во сне.

Он проснулся ровно в тот час, который сам себе назначил, – тоже плод тренировки, очередной специальный навык, недоступный обыкновенным воинам, а уж тем более простым людям. Юный стажёр Дейз уже принёс ему завтрак, и по его первым словам стало понятно, что охрана командирской палатки заслужила порицание – впустила дежурного по кухне раньше срока.

– Наверное, вам было жаль просыпаться, господин капитан. Что вам снилось?

Мальчишка действительно не понимал, что воин специальных войск не обязательно видит счастливые сны, если спит с безмятежным лицом.

Неведение Дейза было простительным – он совсем недавно был переведён сюда из королевской гвардии. По-хорошему паренёк ещё был слишком зелен для настоящего дела, но высокое происхождение позволяло ему рассчитывать на быструю карьеру. Да и капитан был не против ускоренного курса.

Многие недолюбливали Дейза – что этот знатный выкормыш забыл в секретном отряде? Но капитан ему благоволил немногим слабее, чем тому иноземному юноше, который прибыл в Талледо зимой, был арестован за шпионаж, а дальше начались странности. Знаменитый командир лично провёл допрос, а потом представил подчинённым их нового соратника.

Будь это обычная армия, наверх бы полетели доносы и рапорты. Но этот человек имел над собой лишь одного начальника – короля, который доверял ему, как себе.

Между Дейзом и новичком возникло что-то вроде конкуренции за внимание капитана, каждый хотел перед ним отличиться, поэтому, когда новичок погиб при переправе через Орту, Дейз испытал облегчение, смешанное с муками совести. А ещё разочарование. Только когда капитану донесли, что один знакомый по допросной утонул, юноша понял, кого из них его кумир больше любил и ценил. Они до сих пор не тронулись в путь только потому, что командир надеялся отыскать тело иноземца и достойно похоронить. И Дейз сильно сомневался, что будь утопленником он, капитан так же бы изводился.

– Так что вам снилось?

– Моя юность. Мне ведь тоже когда-то было восемнадцать, как тебе.

– Но я-то чужд всех этих гулянок, праздного веселья сверстников. Я жажду великих свершений!

Капитан задумался, сказать ли Дейзу правду, – насколько ужасной бывает юность, но потом решил, что не стоит. Вместо этого он сказал, что неважно, посвящена твоя молодость служению идее, как у Дейза, или собственной плоти, как у большинства его сверстников, пока ты сам делаешь свой выбор. Грешный ли, праведный, но твой и только твой. Как это прекрасно – иметь выбор.

– А что, разве может быть иначе?

– Может, поверь, может. Иногда тебя совсем не спрашивают, словно ты раб.