Укрощая Сердце (ЛП), стр. 67

— Уэйд… так горячо. Я уже сейчас кончу, — хнычет она, переходя от того, чтобы трахать себя пальцами, к круговым движениям по клитору.

— Нет, Айви. Ты будешь хорошей девочкой и подождёшь, пока я не разрешу тебе кончить.

Она стонет моё имя, когда я запрокидываю голову и закрываю глаза. Сочетание того, как она трахает себя, и мягкого тепла её грудей вокруг моего члена тянет меня к самому краю. Я никогда, блядь, не смогу насытиться этой женщиной. Я заставляю себя продержаться ещё одну минуту в эйфории, но так мне слишком чертовски хорошо, и я не могу остановиться. Её свободная рука тянется и сжимает мою задницу, острые ногти впиваются в кожу, моё имя слетает с её губ, а жар волной прокатывается вверх по позвоночнику, словно плеснули виски в огонь.

— Пожалуйста, Уэйд… я сейчас.

Я хочу сказать ей подождать, но вид её обнажённого тела посреди моего грёбаного стола толкает меня за грань, когда она сильнее впивается ногтями в мою кожу.

— Смотри на меня, Айви, открой рот и высунь язык. Ты можешь кончить вместе со мной.

Она открывает глаза и смотрит на меня с той дерзостью, которую я, блядь, обожаю.

— Спасибо, сэр, — говорит она и разваливается на части, а меня окончательно добивает.

Моя сперма выстреливает ей на грудь, подбородок и губы. Блядь, великолепно. Член дёргается и пульсирует между её грудей, и я замедляю движения, пока её взгляд остаётся прикованным ко мне. Какое-то мгновение мы остаёмся в таком положении, пока наше дыхание не приходит в норму.

Я смотрю на неё, на прекрасный беспорядок, которым она стала, всё ещё не готовый отвести взгляд.

— Ты выглядишь… — начинаю я, впитывая открывшееся зрелище и не находя подходящих слов.

Айви смеётся и опускает взгляд на залитую спермой грудь.

— Немного грязной сейчас?

Я стону, провожу указательным и средним пальцами по её подбородку, обмазываю спермой её губы, и вожу ими из стороны в сторону, раскрашивая её собой. Ещё несколько секунд я просто смотрю на неё.

— Нет, малышка… Я хотел сказать, что ты выглядишь… блядь, я так чертовски тебя люблю, Айви.

Рот Айви приоткрывается.

Ладно, возможно, мне не стоило впервые признаваться ей в любви, когда вся она покрыта моей спермой, а мой член находится между её сиськами, потому что выражение её лица сейчас — чистый шок. Но, блядь, я ничего не могу с собой поделать. Я люблю её. Люблю каждую грёбаную мелочь в ней, а она просто выглядит такой красивой. Такой моей.

— Ты только что сказал, что любишь меня? — повторяет она, когда мы разъединяемся, а она всё ещё сидит неподвижно.

Я наклоняюсь и целую её в губы, ощущая там собственный вкус. Он смешан с ней, и вкус нас вместе невероятен.

— Да, я сказал «люблю». Я люблю тебя, Айви, и не разбрасываюсь этим словом. Я, блядь, люблю свой мир, когда в нём есть ты. Люблю работать с тобой каждый грёбаный день, люблю разговаривать с тобой, люблю ждать, какую рожицу ты скорчишь, когда я скажу что-нибудь, что тебя шокирует. Люблю готовить тебе кофе по утрам и ужин по вечерам. Люблю, когда твои губы изгибаются в самой красивой грёбаной улыбке, которая освещает всю мою вселенную.

Я снова целую её в губы, задерживаясь рядом.

— Больше всего я люблю то, какими мы становимся вместе. Я люблю нас, — говорю настолько просто, насколько могу.

— Я… Уэйд… — запинается она.

— Тише. Я сказал не для того, чтобы услышать то же в ответ. Я просто хотел, чтобы ты знала.

И я действительно это имею в виду. Я знаю, что она боится. Последний мужчина, которому она отдала сердце, причинил ей ужасную боль. Но я подожду столько, сколько ей понадобится. Я беру салфетку из своей личной ванной и вытираю её. Она одевается и лихорадочно ищет на полу скранч, выпавший из её волос раньше, но его нигде нет.

Она должна была уехать в Джеллико ещё тридцать минут назад, до того как я набросился на неё, словно лев на добычу. Я прекращаю её мучения, открываю ящик, достаю красный скранч из своей небольшой кучки и протягиваю ей.

— Вот, у меня есть несколько запасных.

Я улыбаюсь.

Глаза Айви встречаются с моими.

— Ты хранишь мои скранчи?

— Никогда не знаешь, когда тебе понадобятся ещё десять, — саркастично отвечаю я. — Поэтому держу их под рукой, когда ты оставляешь их здесь.

Айви подходит ко мне, забирает скранч, приподнимается на носках и целует меня в губы. Затем смотрит на резинку и снова поднимает взгляд на меня.

— Я так чертовски тебя люблю, Уэйд Эшби, — тихо говорит она, и в моей груди разливается покой, которого я никогда прежде не чувствовал.

У меня нет слов, поэтому я просто снова её целую.

Самое забавное, что мне даже не нужно было слышать признание в ответ.

Если она продолжит смотреть на меня так, как сейчас, до конца моей жизни, я смогу умереть счастливым мужчиной.

Глава 54

— Тут амбулаторная программа. Она полностью добровольная. Ты сама решаешь, остаться или уйти. Ты сможешь звонить своему наставнику, хотя здесь тебе назначат ещё одного, и сможешь пользоваться мобильным телефоном и принимать посетителей.

Мама кивает, и даже с опухшим, покрытым синяками глазом и ссадинами на лбу и щеке после раннего утреннего душа она выглядит свежей и готовой начать лечение, пока мы собираем вещи, которые я привезла ей из трейлера.

Я была потрясена, увидев, что там чисто. Растения политы, посуда вымыта. Миссис Поттер заверила меня, что будет заходить каждые несколько дней, включать воду, проверять отопление и следить, чтобы всё было в порядке. Из-за напряжённого графика тренировок меня почти не было рядом, я просто была слишком занята, но миссис Поттер рассказала, что с Рождества у мамы всё было тихо.

Чаще всего она видела, что каждый вечер свет у мамы гас рано. Сказала, что они почти каждый вечер вместе пили чай на крыльце. Я задумываюсь, как долго мама шла к трезвости, а затем напоминаю себе, что неважно. Сейчас она здесь и выглядит готовой двигаться дальше.

— В Уильямсберге ты будешь всего в сорока пяти минутах езды, поэтому я приеду к тебе, как только мы вернёмся из Сарасоты.

Мама похлопывает меня по руке, успокаивая мой тревожный взгляд.

— Айви, малышка, ты уже очень долго обо мне заботишься. Приезжай, когда сможешь. Подготовить лошадь к скачкам — твоя мечта, сосредоточься на ней. Живи настоящим. На этот раз со мной всё будет хорошо.

Она крепко обнимает меня, словно просит довериться ей и поверить. Я вижу проблеск той мамы, которую помню. Той, что обнимала меня, когда я болела. Той, что много смеялась вместе с папой. Той, что готовила нам ужины и помогала с домашними заданиями. После всего произошедшего и признания Уэйда сегодня утром мне впервые, возможно, за всю жизнь кажется, что я наконец нахожусь именно там, где должна быть.

Двигаюсь вперёд.

— Ваш транспорт приехал, Гленда, — улыбается доктор Эванс из дверного проёма. — Мы можем помочь с сумками.

Я улыбаюсь в ответ.

— Спасибо, что помогли всё для неё организовать, — говорю я, протягивая руку.

— С удовольствием, — отвечает доктор, поднимая мою руку.

Когда мама смотрит на меня, готовая уезжать, глаза начинает щипать от слёз. Я сдерживаю их. Оставлю на потом. Сейчас я хочу лишь, чтобы она уехала и прошла реабилитацию. Я беру последнюю мамину сумку и иду за ней к двери, обнимаю и ещё раз говорю, как сильно ею горжусь, прежде чем она скрывается на заднем сиденье микроавтобуса.

Когда машина выезжает из зоны посадки, я облегчённо выдыхаю.

«Пожалуйста, пусть в этот раз всё получится».

— Мисс Спенсер.

Я вздрагиваю, услышав за спиной голос доктора Эванса. Я даже не поняла, что он всё ещё здесь.

— Прежде чем вы уйдёте, я хотел бы поговорить ещё об одной вещи.

Я поворачиваюсь, а он указывает на два стула сразу за зоной ожидания.

— Давайте присядем, — говорит он.

Я предполагаю, что он хочет рассказать о результатах анализов, и быстро прикидываю в уме, сколько денег у меня осталось на текущем счёте, решив, что, возможно, он хочет, чтобы перед уходом я оплатила часть маминого счёта.