Истинная для врага Дракона (СИ), стр. 36

— Должно ли вас это волновать? — горько ответила я. — Я думала, я нужна вам не для душевных разговоров.

Адриан нахмурился. Глубокая складка прорезала лоб.

Похоже, на этот раз я его действительно задела.

Хотя не понимала, чем. Я просто сказала правду: я для него всего лишь тело, с которым можно приятно провести время.

— Ты вообще слышала, что я тебе только что сказал? — сердито спросил он, снова прижимая меня к дереву.

Я невольно вскрикнула от боли в спине.

— Предпочитаешь считать меня чудовищем — твое право. Больше не стану тебя переубеждать.

Он не дал мне ответить.

Поцелуй был резким, почти злым. Он легко преодолел мое сопротивление, но в этой близости уже не было того тепла, что несколько минут назад. В ней говорила обида. Ярость. Желание наказать.

Сквозь ошеломление мелькнула мысль: он ведь только что открылся мне. Пусть неловко, пусть по-своему, но открылся. А я будто плюнула ему в душу. Нашла новый повод для ненависти вместо того, чтобы попытаться понять.

И именно это его разозлило.

Я попыталась вырваться, сказать хоть что-то, что могло бы остановить происходящее. Но Адриан уже принял мои правила игры. Если я вижу в нем только жестокого завоевателя, он и будет таким.

Вряд ли он снова позволит мне увидеть что-то другое. Почему от этой мысли так больно? Гораздо больнее, чем от его грубых рук.

Дальше все произошло резко, почти без слов.

Он не пытался быть нежным.

Не пытался вернуть мое желание.

Только взял то, на что, как считал, имел право.

Я сжалась, пережидая его злость, чувствуя, как внутри снова просыпается ненависть. Никакого удовольствия на этот раз не было. Только боль, обида и беспомощный протест.

Я больше не пыталась понять его мотивы.

В этот миг снова ясно вспомнила, зачем нахожусь рядом.

Месть.

Только месть.

Когда все закончилось, Адриан отстранился и отвернулся.

— Теперь будет только так, — холодно бросил он. — Приведи себя в порядок. Пойдем к остальным.

Сдерживая рыдания, я кое-как поправила платье и попыталась собрать волосы. Шпильки рассыпались по траве, а из-за слез я почти ничего не видела. В конце концов просто заплела волосы в косу.

Адриан пошел вперед, даже не сомневаясь, что я последую за ним.

Мне хотелось сделать назло и убежать.

Но я отбросила эту мысль как бессмысленную. Чего добьюсь? Даже если сумею скрыться от него, в чем сильно сомневаюсь, в лесу меня может ждать опасность куда страшнее.

Всему свое время. Сегодня он празднует победу, но однажды все изменится.

Я верила в это. Только эта мысль придавала сил.

Лиора изменилась в лице, когда увидела меня, идущую вслед за королем к стоянке. Наверное, вид у меня был слишком жалкий.

Остальные спутники старательно отводили глаза.

Кайран нахмурился, но ничего не сказал. Я представляла, что творится у него в голове. Наверное, он только укрепился в решении однажды отправить Адриана на тот свет.

И я была с ним полностью согласна.

Сидя рядом с Лиорой, я смотрела в пустоту, пытаясь справиться с вихрем эмоций.

— Поешь чего-нибудь, — мягко сказала подруга и протянула миску с кашей и мясом. — Ты с утра ничего не ела.

— Спасибо, но не хочется.

Я покачала головой.

Она только вздохнула.

Адриан сидел в отдалении, злой и мрачный, и механически ел. Он вообще не смотрел в мою сторону, словно меня не существовало.

И это почему-то злило еще сильнее.

Я вздохнула с облегчением, когда мы снова тронулись в путь.

Надеялась, что вечером король не потребует моего присутствия и я смогу немного прийти в себя.

Напрасно.

Сразу после ужина, который я все же съела, хотя и без аппетита, Адриан встал и приказал мне следовать за ним.

Мерзавец. Я едва сдержалась, чтобы не закричать ему в спину. Но пришлось подняться и пойти. Иначе он мог сорвать злость на Лиоре.

Как только полог палатки опустился за нами, Адриан развернулся, схватил меня за плечи и притянул к себе.

Взгляд у него был странный. Какой-то тяжелый. Почти растерянный.

— Ненавидишь меня? — спросил он, сжав челюсти.

Я так удивилась, что не сразу нашлась с ответом.

Закусив губу, стояла и смотрела на него, пытаясь понять, чего ждать.

— Ты разозлила меня днем, — сказал он глухо. — Я не сдержался.

Каждое слово давалось ему с трудом.

Неужели он извиняется?

Во мне смешались горечь, злость и еще что-то, чему я не могла найти объяснения.

Почему он такой? Сначала все разрушит, потом вдруг будто сам пугается того, что сделал.

— Может, тебе станет легче, если я скажу, что мне самому противно от того, как я поступил.

Адриан криво улыбнулся и прижался лбом к моему лбу.

Некоторое время мы стояли так.

И я чувствовала, как напряжение между нами постепенно слабеет. Как где-то внутри снова просыпается опасное тепло.

— Если вам правда жаль, просто отпустите меня, — тихо сказала я.

Я боялась собственных эмоций, потому что они снова тянули меня к нему.

— Ты правда этого хочешь?

Он коснулся губами моего виска. Потом щек. Потом уголка губ.

И когда его губы наконец накрыли мои, так нежно, так осторожно, что у меня подкосились ноги, я едва не возненавидела себя за слабость.

Что же он со мной делает? Неужели достаточно капли нежности, чтобы я снова начала таять?

— Да, хочу, — выдавила я из последних сил.

Адриан отпустил.

И я сама вцепилась в него, не в силах ничего с собой поделать.

Как же приятно было ощущать силу его объятий именно так. Когда в них можно спрятаться. Когда они не ломают, а защищают от мира.

Адриан понял без слов. Не заставляя меня озвучивать капитуляцию, он поднял меня на руки и отнес на кровать. Осторожно опустил на себя, начал покрывать лицо и шею нежными поцелуями, неторопливо освобождая от одежды.

Кажется, он извинялся каждым движением. За грубость. За злые слова. За боль, которую причинил. И мое тело откликалось, наполняясь чувством, которого я боялась сильнее ненависти.

Разум еще пытался сопротивляться. Напоминал, кто он. Что он сделал и чего я должна добиться, но против зова крови, против этой странной, невозможной нежности он оказался почти бессилен.

Когда Адриан снова стал ближе, я на время потеряла ощущение реальности.

На этот раз все было иначе. Так осторожно, медленно. Будто он пытался не взять, а вернуть мне то, что сам же днем разрушил.

Казалось, мы сливаемся воедино. Будто у нас одно дыхание, один ритм, одно сердце на двоих.

Я обхватила его руками и ногами, прижимаясь изо всех сил, пытаясь удержать это чувство. То, что происходило сейчас, словно заживляло раны. Смывало часть тьмы, что так долго копилась внутри.

Удивительное чувство. Я точно знала, что все равно пожалею о нем.

Но это будет завтра.

А сегодня существовали только мы и эта ночь. Прекрасная, невозможная.

Ночь, которой я снова не смогла сопротивляться.

Глава 26

Наше путешествие подошло к концу.

Впереди показалась Северица — столица Земли Льда, мой родной город, который теперь Адриан считал одной из своих резиденций.

Я приближалась к ней с противоречивыми чувствами.

С одной стороны, радовалась: каждый следующий день во дворце приближает момент, когда я смогу покончить с этим фарсом. С другой — чувствовала совершенно нелогичную печаль.

Дни, проведенные рядом с ненавистным любовником, что-то изменили во мне.

Многое в Адриане раздражало и злило: жесткость, властность, резкость, привычка распоряжаться всем и всеми так, будто мир создан лишь для исполнения его воли. Но я узнала его и с другой стороны.

Он мог быть нежным, чутким, почти заботливым.

Жаль только, что эту часть своей натуры он показывал в основном наедине.

Мое тело настолько привыкло к его ласкам, что, как бы я ни пыталась обмануть себя, отрицать очевидное больше не получалось. Я наслаждалась минутами нашей близости не меньше, чем Адриан. И уже не могла относиться к нему как прежде.