Мой опасный магнат (СИ), стр. 80
Эмоции били через край.
Я даже заплакала прямо посреди «Гимна бесконечности». Дрейк же ничего не сказал, а просто притянул меня к себе и позволил выплакаться на своей груди. Еще и хвостом обвил мою талию так бережно, что я растроганно шмыгала носом еще добрых полчаса в его сильных объятиях.
А теперь у нас была свадьба.
Семейный спутник Зартонов был украшен так, что у меня захватывало дух от восторга. Синие сумерки спускались на поляну, подсвеченные миллионами разноцветных светлячков, создавая полное ощущение сказки. И как Дрейк угадал мою давнишнюю детскую мечту оставалось полнейшей загадкой.
Бабочки с подсвеченными крылышками, похожие на маленьких фей, порхали между гостями, и казалось, что мы находимся где-то в волшебном лесу.
Вся семья Дрейка была в сборе.
Дрэго и Ялика стояли чуть в стороне, он держал её за руку и смотрел на нее так трогательно и нежно, словно это они были новобрачными на этом празднике. Ялика что-то тихо говорила мужу и улыбалась.
Рядом с ними стояли Хард с Дианой, а их неугомонные близнецы уже носились по саду с остальной детворой и ловили фантомных светлячков в зарослях.
Гай с Варикой что-то увлечённо обсуждали между собой. Тут же была и Мирей, которая прилетела с мужем и детьми. Император орсов выглядел непривычно расслабленным в простом тёмном костюме, а его плоский хвост издавал довольный, лёгкий скрип.
А ещё здесь была моя семья.
Прилетели все. Папа — здоровый, что самое главное. Он стоял прямо, улыбался, и в его глазах не было той боли, что мучила его годами. Лечение началось ещё с моего первого аванса в СРЗ тогда, когда я только устроилась к Дрейку. И я думала, что это я всё оплачиваю.
А оказалось, Дрейк тоже подключился чуть позже. Только тайно. Оплатил лучшее лечение до конца. Потому у нас неожиданно сменился лечащий врач и условия тоже. Узнала я об этом не сразу, и когда Дрейк признался уже после нашего эпичного примирения, сначала даже возмутилась его самоуправством. А потом расплакалась от благодарности.
А этот непробиваемый рихт просто обнял меня и ласково шепнул на ухо: «Я хотел, чтобы у тебя было все самое лучшее, сокровище мое».
И я ведь даже не знаю, что потребовал Кайс в качестве неустойки за разрыв моего контракта и переход снова к Дрейку. Никто со мной так и не поделился, как я не спрашивала.
А потом меня закружил вихрь свадебной подготовки и момент был упущен безвозвратно.
Я посмотрела на маму. Какая же она у меня красивая все-таки. Мама сидела рядом с папой, держала его за руку, и с ее лица, наконец, пропала эта жуткая печать вечной усталости. Теперь в ее глазах светилось то же чувство, что и в моих — счастье. Полное, безграничное, светлое…
Мои братья Дилан и Корн вписались в местную компанию младших рихтов мгновенно. Близнецы Харда опознали в них родственные души за первые же десять минут разговора. И теперь все четверо то носились по саду вместе, смешиваясь с остальными детьми, то подозрительно затихали где-то в сторонке, явно планируя что-то.
Я, затаив дыхание, смотрела на всё это и чувствовала, как сердце переполняется любовью.
Церемония была безумно красивой и невероятно трогательной. И короткой, как я и просила. Никаких длинных пафосных речей, только главное: клятвы, снова кольца, к которым я уже и так привыкла за это время, и горячий страстный поцелуй, само собой.
А дальше уже просто праздник для всех. Мне не хотелось слишком долго находиться в эпицентре всеобщего внимания, и Дрейк деликатно решил эту проблему. После нашего танца к нам присоединились остальные, и началась общая вечеринка. Меня это полностью устраивало, до момента когда вперёд вышла неугомонная бабушка моего мужа.
Нэдис была в длинном серебристом платье, её хвост торжественно изгибался вверх.
— По старинному рихтовскому обычаю, — громко объявила она, — проведем небольшое измерение. Оно предсказывает число детей будущей пары, — пояснила она на вопрос в моих глазах.
Я перевела взгляд на Дрейка. Он немного напрягся. И его хвост, который только что был полностью расслаблен и весьма недвусмысленно поглаживал мое бедро под столом, вдруг напрягся.
— Ба, нет, — строго сказал он.
Но Нэдис уже направила свой хвост в нашу сторону.
— Это традиция, — произнесла она тоном, не терпящим возражений.
Дрейк нахмурился, но я, улыбнувшись, положила ладонь на его руку.
— Давай измерим, — тихо шепнула я, чтобы услышал только он.
Он перевёл на меня чуть удивлённый взгляд.
— Мне интересно, — примиряюще пожала плечами я. — Хочу узнать сколько у нас будет детей. Ты разве нет?
Дрейк смотрел на меня секунду, потом усмехнулся знакомо и кивнул Нэдис.
— Ладно, ба. Давай попробуем.
Нэдис торжественно подошла к нам. Её хвост начал измерение, сначала по кольцам на моих пальцах, потом гребню Дрейка, его хвосту и еще по какой-то ей одной известной шкале. Я чувствовала, как все гости затаили дыхание. Моя семья так уж точно.
Нэдис закончила. Её хвост замер, а потом она подняла голову и объявила с абсолютной уверенностью в голосе:
— Четыре.
Вокруг все радостно загомонили, а вот я на вдохе поперхнулась.
Четыре? Четыре ребёнка?
Посмотрела немного затравленным взглядом на Нэдис, потом на Дрейка.
— Четыре? — переспросила я хрипло.
— Четыре, — подтвердила Нэдис, и в её глазах заплясали лукавые искры. — Хорошее число. Вы с Дрейком у нас рекордсменами будете, получается.
— Ба, ты уверена? — голос Дрейка прозвучал непривычно глухо.
— Мое измерение не ошибается, — отрезала Нэдис и убрала хвост.
Гости еще громче зашумели. Я услышала, как Хард тихо ржёт где-то справа и громко поздравляет многодетного в будущем брата.
А я смотрела на мужа.
— Ну, — сказала я, неуверенно улыбнувшись. — Начнём с одного?
Дрейк облегченно рассмеялся. А потом притянул меня к себе и жарко поцеловал при всех.
— С одного, — согласился он, чуть позже отпуская мои губы. — Но бабушка обычно не ошибается.
Наши малышки родились ранним утром, спустя год. Две рыженькие девочки с тонкими золотистыми хвостиками, на которые я не могла смотреть без умиления.
А муж так вообще растаял рядом с ними до состояния мягкого пластика.
— Мои сокровища, — шептал Дрейк, баюкая их на своих огромных ручищах.
Это выглядело одновременно и трогательно, и забавно. Огромный рихт и совсем крохотные нежные малышки.
И кажется, высшие силы решили вдоволь отыграться на Дрейке за полгода его отсутствия в моей жизни.
Моя беременность выдалась... непростой. И в первую очередь для него.
Нет, сначала и мне пришлось нелегко. Меня скрутил токсикоз такой силы, что я даже на запах своего любимого мыла реагировала как на ядерный реактор. Дрейк тогда перерыл полгалактики в поисках имбирных леденцов, которые мне хоть как-то помогали унять тошноту.
К счастью, этот кошмар отступил довольно быстро, но на смену ему пришел новый побочный эффект. Кажется я собрала их полную корзинку. Привет, тотальные перепады настроения!
Я могла рыдать над рекламой детского питания, а через минуту — швырять в Дрейка подушкой за то, что он не так посмотрел. И желания... О, эти ставящие в полный тупик, неожиданные хотелки!
Я то невыносимо остро хотела есть лурдиские пончики вместе квашеными водорослями тока и запивать все это молоком, то не могла спать, заставляя автоматику перестилать постель несколько раз за ночь, потому что мне казалось, что я вся чешусь от неправильных простыней. А однажды в три часа ночи мне срочно понадобилось подышать запахом свежей травы и посмотреть на звёзды. Дрейк, не проронив ни слова, укутал меня в плед, посадил в флаер и отвёз в ближайший парк.
Всю беременность он носил меня чуть ли не на руках в прямом смысле. Делал массаж, когда у меня затекала спина. Исполнял все капризы, которые к моему ужасу все не прекращались. Я злилась, уговаривала себя, что я взрослая женщина и не могу вести себя как избалованная пятилетка, но это совсем не помогало. Мой организм считал иначе и подкидывал все новые и новые задачки для моего терпеливого мужа.