Рыжий (СИ), стр. 110

После этого все последующие дни наша неразлучная троица проводила в Выручай-комнате. Мы с Гермионой гоняли Гарри и в хвост и в гриву, стараясь выжать из него всё, на что он был способен. И, честно говоря, в какой-то момент мне начало казаться, что наша кудряшка получает от этого процесса какое-то извращённое удовольствие. Да уж… Гермиона открывалась мне с совершенно неожиданной стороны. Я бы даже сказал — слегка пугающей. Впрочем, совсем уж бессердечными зверями мы не были и регулярно давали нашему чемпиону передышки… минуты на три. Ровно столько, чтобы влить в него восстанавливающее зелье, дать немного перевести дух и снова отправить на убо… тренировки.

Мы даже разработали собственную тактику против дракона, если этот набор отчаянных импровизаций вообще можно было назвать тактикой. Мы прекрасно понимали, что в открытом бою Гарри не продержится слишком долго, но к счастью, от него этого и не требовалось.

Порывшись в книгах, Гермиона нашла несколько весьма полезных заклинаний. Одним из них оказался «Fumos», создававший густую дымовую завесу. После нескольких испытаний мы убедились, что дым быстро накрывает большую площадь и почти полностью скрывает происходящее. Именно на этом и строился наш план. Гарри должен был скрыться под этой завесой, постоянно менять позицию и не давать дракону возможности увидеть его и атаковать. А если вдобавок использовать «Ventus», сильным потоком воздуха направляя дым прямо в морду ящеру, это ещё сильнее затруднило бы ему обзор и позволило подобраться на достаточно близкое расстояние.

Дальше всё зависело от ситуации. Если удастся поймать подходящий момент, можно было попытаться ослепить дракона Конъюнктивитусом, ударить по глазам яркой вспышкой Люмоса или, в самом крайнем случае, воспользоваться Сонорусом, а затем устроить громкий бабах прямо у него перед мордой. Сильного вреда это ему, конечно, не причинит, но за преждевременную глухоту дракон явно спасибо не скажет.

Но одной теорией мы, разумеется, не ограничились. Почти каждый день я устраивал с Гарри учебные дуэли. Заучивать сложные заклинания, отнимавшие слишком много магических сил, не имело особого смысла, потому что в настоящем бою на их применение могло попросту не хватить времени. Поэтому ставку мы сделали на быстрое и нестандартное использование самых обычных чар. С помощью левитации Гарри учился поднимать и швырять в противника камни и всё, что попадалось под руку, с помощью простейшей трансфигурации мгновенно создавать препятствия или ловушки прямо у него под ногами, а также использовать окружающую обстановку так, чтобы она работала на него, а не на дракона. Мы рассчитывали только на скорость, рефлексы, постоянное движение и умение использовать любую возможность.

Помимо тренировок, я занялся и школьной мантией Гарри. Как я уже говорил, защиты много не бывает, поэтому несколько вечеров подряд я осторожно вплетал в ткань укрепляющие чары, а затем добавлял к ним защитные. Сами чары уже не представляли для меня особой сложности. Гораздо больше времени уходило на то, чтобы постепенно напитать их магией и надёжно закрепить в ткани. Только так они могли как можно дольше сохранять своё действие.

Конечно, ничего по-настоящему серьёзного создать за оставшееся время я уже не успевал. По сути, у меня получалось что-то вроде постоянно действующего Protego. Такая защита могла ослабить действие не слишком сильных заклинаний, проклятий и сглазов, а также частично погасить силу случайных попаданий, но против действительно опасной магии рассчитывать на неё не стоило.

Впрочем, большего и не требовалось. Гарри и без того был защищён более чем хорошо. Драконья кожа сама по себе считалась превосходной защитой, моя пропитка делала её ещё прочнее, а наложенные на мантию чары должны были принять на себя часть слабых ударов. Всё это не превращало Гарри в неуязвимого волшебника, но заметно повышало его шансы пережить первое испытание.

Из-за всей этой суматохи работу над моим личным артефактом пришлось снова временно отложить, решив вернуться к ней уже после первого испытания, когда Гарри, будем надеяться, разберётся с драконом, и у меня наконец появится немного больше свободного времени. Хотя это ещё конечно не факт…

Однако, несмотря на дикую усталость и забитый график, о своём обещании я не забывал, и ежедневные прогулки с моей принцессой постепенно стали той самой частью дня, которую я ждал едва ли не больше всего. После бесконечных тренировок, возни с зельями и работы над защитой для Гарри детская непосредственность Габриэль, её неумолкающая болтовня и способность радоваться самым простым мелочам удивительным образом помогали выбросить из головы мысли о драконах, Турнире и всех прочих неприятностях.

И, как и обещал, без сладкого она тоже не оставалась, благо Добби всегда был готов прийти на помощь. Выбраться в Хогсмид за хорошим мороженым удавалось далеко не каждый день, но благодаря домовому эльфу моя принцесса неизменно получала что-нибудь вкусное, а потому причин для недовольства у неё попросту не возникало.

В один из таких вечеров к нашей прогулке неожиданно присоединилась Флёр. Однако уже через несколько минут стало ясно, что сегодня она сама на себя не похожа. Француженка выглядела не столько расстроенной, сколько глубоко задумавшейся и какой-то непривычно отрешённой. Она молча шла чуть позади нас, почти не обращая внимания на весёлое щебетание сестры, а её взгляд был устремлён куда-то вдаль, словно мыслями она находилась сейчас совсем в другом месте.

Такое поведение совершенно не вязалось с той уверенной в себе Флёр, к которой я уже успел привыкнуть, поэтому я постепенно сбавил шаг, собираясь спросить, не случилось ли чего. Но сделать этого не успел.

Флёр неожиданно остановилась. Несколько секунд она молча смотрела на Габриэль, которая увлечённо собирала цветы вдоль тропинки, а затем, тихо извинившись, сказала, что ей нужно срочно вернуться в карету. Попросив сестру не задерживаться слишком долго, она коротко кивнула мне на прощание, развернулась и быстрым шагом направилась обратно, оставив меня в лёгком недоумении.

Так, здесь явно что-то не так. Но хорошо, что в стане врага у меня есть свой надёжный и верный шпион… Точнее, верный сладостям, которые я приношу, шпион.

— Принцесса моя, ты случайно не знаешь, почему твоя сестра в столь скверном расположении духа? — я присел на корточки возле Габриэль, которая в этот момент задумчиво вертела в руках какой-то цветок.

Габриэль перевела взгляд с цветка на меня, затем снова на цветок и, не сказав ни слова, воткнула стебель мне прямо в волосы. После этого она придирчиво осмотрела результат, слегка склонив голову набок. Судя по всему, увиденное её полностью устроило, потому что следующие несколько минут я молча и покорно исполнял роль тренировочной клумбы, пока она с серьёзным видом украшала мою шевелюру остатками своего гербария. Выглядел я, наверное, весьма «брутально». Настоящий рыцарь Цветочного ордена.

— Флёр не в плохом настроении, — наконец ответила она, аккуратно поправляя последнюю ромашку у меня над ухом. — Она просто très… очень переживает. Первый тур Турнира уже совсем близко, а Флёр боится подвести Шармбатон. Она так долго к нему готовилась и теперь всё время думает, что может не справиться.

Габриэль ненадолго замолчала, неожиданно став совсем серьёзной.

— И ещё мадам Максим неделю назад срочно уехала во Францию. Я не знаю почему, но вернётся она только в день первого испытания. А поскольку Флёр у нас староста, сейчас именно она осталась за главную. Ей приходится присматривать за всеми учениками Шармбатона, и это тоже совсем не добавляет ей спокойствия. Наверное… поэтому в последнее время она так много думает и иногда становится немного… un peu… раздражительной.

Хм… А вот это уже интересно. Нет, я, конечно, понимаю мандраж перед первым туром, у Гарри он тоже есть. Но Гарри хотя бы более-менее готов, мы разработали тактику, он знает, что его ждёт, и понимает, как этому противостоять. Но, Мерлин побери, если директриса Шармбатона уехала, то кто сообщит Флёр, что в первом туре будут драконы? Ведь именно мадам Максим должна была узнать это от Хагрида во время их ночного «романтического свидания» в лесу. Понятия не имею, зачем она уехала и откуда взялось это изменение, но факт остаётся фактом: Флёр сейчас не знает о том, что её ждут драконы.