Волчий клан 3 (СИ), стр. 2
Он ответил не поворачивая ко мне лица, лишь стрельнул в мою сторону глазами.
— Барон. С ума сойти.
— Ты сам дал мне рекомендацию в Канцелярию. Я не забыл этого и благодарен тебе, так и знай.
— Да на кой мне твоя благодарность, волколак? Что мне с ней делать, а? Радоваться? Трясти твою волосатую руку и лыбиться?
Я хмыкнул. На этом балу все мои знакомые, помогавшие мне на пути в столицу, припоминают свое участие и намекают на ответные услуги. Даже Свиридов напомнил об этом, хоть и с дружелюбной деликатностью, а граф Каменский и вовсе собирается втянуть меня в какое-то крупное дело. Вот и Рюмин спохватился. Что ж, любое взаимовыгодное сотрудничество приветствуется.
— Ты хочешь обсудить ответную услугу? — спросил я. — Выкладывай.
Рюмин усмехнулся.
— Ты меня не понял, Лютиков. Я не делал тебе одолжения, я сделал то, что посчитал нужным. Что хочу, то и делаю, ясно? Такой вот я бескорыстный.
Насчет бескорыстности он покривил душой. Я читал его рекомендацию и помнил, чего он хотел добиться.
— Кстати, — сказал я, — Канцелярия сократила срок твоего кураторства на год?
Рюмин наконец-то развернулся ко мне, в зеленых глазах мелькнула искорка.
— Ах ты жучара! Сунул нос в мое письмо! Как тебе удалось снять печать?
— Это долгая история. Рекомендацию у меня украл один чернокнижник. Когда я вернул ее, письмо было вскрыто.
— Да? И что это за маг?
— Не важно, он уже мертв.
Рюмин осекся.
— Кто бы мог подумать, что ты так быстро поднимешься из грязи в князи, — пробормотал он. — Барон! Ха! За какие такие заслуги?
— Я завоевал этот титул, — коротко ответил я. — Ты не ответил, что с твоим сроком. Что-то мне подсказывает, Канцелярия должна быть довольна твоей рекомендацией.
Он помолчал, словно раздумывая, стоит ли со мной делиться личными делами. Подошел к стойке, наполнил себе бокал шампанским. Некоторое время хмуро наблюдал за лопающимися пузырьками. В конце-концов махнул рукой и сказал:
— Да, Лютиков. Приказный разряд скинул мне не год, а сразу два. Это больше, чем мне оставалось. Мое кураторство окончено.
— Так чего же ты не рад?
— А это ничего не изменило. Я старший сын графа, Лютиков, но до сих пор виконт. Ты понимаешь, что это значит, нет?
— Что ты выше барона.
— Ха! Да все выше барона, кроме баронов. Мне полагается титул графа. И графское поместье, как всем нормальным графским сыновьям. А мне досталось — что?
— Хуй? — понял я.
Рюмин с возмущением уставился на меня. Зеленые глаза потемнели, скрипнули сжатые зубы. Вдруг он усмехнулся и пригубил шампанское.
— Именно. Точнее и не скажешь, капитан. То есть, баро-о-он Лютиков. Да, я закончил кураторство — заметь, в Черном Полку, в северных лесах, на сраной должности сраного ротного куратора. Блистательно выполнил прихоть своего блистательного отца. Думаешь, он остался доволен?
— Что-то мне подсказывает, что нет, — кивнул я.
— Поразительное волколачье чутье, — скривил губы он. — Рюмины — могущественный род. Мой отец — влиятельный человек! Он мог бы сразу выбить мне место в генеральном штабе или просто дать графское поместье и оставить меня в покое.
— Да, я знаком твоим родом. И углубляю знакомство.
Он пропустил мои слова мимо ушей, продолжая говорить о себе любимом:
— Но он поставил мне условие набраться опыта в боевых условиях. Такая у него блажь, ясно? Поэтому я и оказался в жопе мира, где, к слову, с тобой и познакомился.
— Я тоже с тобой познакомился именно там, — усмехнулся я.
— Все там будем. И вот я закончил кураторство. Условие выполнено, да? Нет! Отец не открыл мне дорогу. Дескать, досрочно не считается!
Алкоголь действовал. Рюмин говорил все громче, по его бледному лицу с редкими веснушками поползли красные пятна. Залпом допив шампанское, он со стуком поставил бокал на стол.
— Градус понижаешь, — сказал я. — В голову ударит.
— Трезвость в мои планы на сегодня не входит, — пожал плечами Рюмин. — Это бал или где? Нынче даже волколаки получают баронство! Графские сынки, с которыми я учился в Академии, все стали графами!
Ко мне подошел Игорь. Увидел Рюмина, подобрался.
— Добрый вечер, ваше сиятельство.
— Ага, еще один Лютиков, — фыркнул Рюмин. — Сразу стал капитаном вместо брата. Но ты, Георгий, и так в курсе…
Игорь, всё ещё вдохновленный недавними переговорами с графом Рюминым, выпалил:
— Да это еще что, Корнилий Павлович! Меня переводят в кавалерию в звании майора — спасибо вашему отцу!
Вот зря он это сказал…
— Да вы, блядь, издеваетесь! — воскликнул Рюмин. — Может, отец еще и Инессу сделает графиней? Гениальная идея, а, господа?
— Меня обсуждаете? — раздался мелодичный голос.
На Инессе было бордовое платье с шикарным декольте, из которого выглядывали тугие, словно мармелад, полусферы белых грудей. Платье стекало вниз, плотно обхватывая тонкую талию, а еще ниже выгибалось волнующим куполом.
Фасон бального платья подразумевал декольте как неотъемлемый элемент. Декольте я не заметил разве что у совсем взрослых женщин и девочек. Даже те, кто явно был обделен формами, делали пуш-ап. Откровенное декольте было даже у жены Свиридова, хотя он был по части женщин строг и консервативен, если не сказать больше (я помнил, как он впал в краску, когда при обыске нашел в моих вещах пикантный подарочек Инессы).
— Привет, Инесса, — проговорил на выдохе Рюмин, чуть просветлев. — Шикарно выглядишь, как всегда. Представляешь, Лютиков не пригласил меня на свой бал! Это меня-то — старого доброго маг-куратора!
— Это я настояла, — прямо сказала она. — Чтобы вы с папой не…
— Минуточку, — поднял палец Рюмин. — Твои мотивы мне понятны. Я тебя ни в чем не упрекаю, дорогая сестра… но! — В его голосе вновь прорезались истерические нотки: — Что значит «настояла»⁈ Уж не хочешь ли ты сказать, что вы занимались приглашением вдвоем? Чем еще вы занимаетесь, э?
— А вот это уже тебя не касается, — сказал я, сделав шаг и оказавшись между Инессой и Рюминым.
Он молча наполнил себе бокал, на этот раз вином. Взгляд его поочередно прошелся по нашим лицам.
— Да пошли вы все, — сказал Рюмин и широкими шагами, похожий на циркуль, направился вглубь зала.
— Что ты собираешься делать? — воскликнула ему вслед Инесса.
Рюмин на ходу обернулся, развел руки в стороны. На лице застыла безумная улыбка от уха до уха.
— Плясать! — рявкнул он.
От него отпрянула проходящая мимо дама, обескураженно замахала веером, словно птица крыльями.
Пятясь, Рюмин столкнулся с каким-то аристократом-магом.
— С дороги, сударь, — сказал Рюмин. — Или у вас есть претензии? Ну⁈
Маг прекрасно видел родовую расцветку одежды Рюмина, поэтому вежливо извинился и отошел в сторону.
Инесса перевела взгляд на меня.
— Вот этого я и боялась.
— Я для него больное напоминание. Меня он не послушает, а выпроваживать его силой я не хочу, — задумчиво сказал я.
— Георгий, — она закусила губу, — что бы ни произошло, не трогай его, хорошо?
— Разберемся.
Она прикрыла глаза и перевела дыхание.
— Меня всегда утешает, когда ты так говоришь. Но не сейчас. Пообещай, что не причинишь вреда Корнилию. — Она глянула на Игоря, который переминался с ноги на ногу, став свидетелем неловкой сцены. — У тебя ведь у самого брат, ты понимаешь.
Я понимал.
— Ты знаешь, что я не причиню вреда тебе и твоим родственникам. Более того, она под моей защитой. Я ничего ему не сделаю, обещаю, — сказал я и добавил на всякий случай: — Если он не начнет швыряться огненными шарами направо и налево.
— Ну, этого он не сделает.
— Ты единственная с ним ладишь. Поговори с ним, Инесса. Присмотри.
— Хорошо, — вздохнула она. — Увы, сегодня больше мы с тобой не потанцуем…
Она устремилась за Рюминым.
К Игорю тем временем подошла симпатичная молодая магичка, взмахнула веером, будто невзначай хлопнув им по декольте. Тон ее был капельку капризный: