Своевольная невеста (СИ), стр. 68
– Посмеются, – согласилась я. – Но до этого я была неизвестной провинциалочкой, а сейчас обо мне говорят столько же, сколько о королеве. Интересно, правда? Как думаешь, её величеству это очень понравится? Надо будет намекнуть, что основной вклад внесла ты.
В глазах Камиллы мелькнуло замешательство. Холли, подняв брови, переводил взгляд с меня на неё.
– Интересно, – произнёс он. – Я слышал, ваша сестра, леди Нора, не участвовала в этом. Не так ли, леди Камилла?
– Нора… заболела, – с запинкой произнесла Камилла. – У неё жар, лихорадка… кажется, она съела вчера что-то не то.
Я помертвела. Что?!
– Я слышал, её величество была недовольна ею по какому-то пустячному поводу? – небрежно спросил Холли. – Надо же, запамятовал.
Я в ужасе смотрела на Камиллу. Нора дважды помогала нам. Один раз – когда мы с Гиллианом попали к очнувшемуся Эдарду одновременно с королевой. Неужели из-за этого королева приказала её отравить?
Камилла отвела взгляд.
– Это обычная болезнь, – произнесла она резко и нервно, не глядя ни на кого. – Её величество пожелала моей сестре скорейшего выздоровления. С Норой всё в порядке!
Холли бросил на Камиллу ещё один пристальный взгляд. Наконец он выпустил её руку.
– Простите, дамы, – светски произнёс он. – Нужно исполнять свои придворные обязанности, хотя порой они так скучны. Леди Камилла, боюсь, нам придётся потанцевать попозже.
Его рука небрежно скользнула по талии Камиллы, словно он собирался шлёпнуть её ниже спины, и Холли, отвесив Кейрану издевательский поклон, исчез.
– Пошёл докладывать королеве о реакции на её очернительную кампанию, я полагаю, – заметил Кейран. – Леди Камилла, на вашем месте я бы поторопился, чтобы его опередить.
Камилла сверкнула глазами, но шагнула назад, явно намереваясь последовать совету.
В последний момент она обернулась ко мне.
– Можешь сколько угодно считать себя популярной, – издевательски произнесла она. – Или тешить себя, что теперь о тебе знают все. Но знаешь что? Теперь такая, как ты, никогда не станет королевой. А Гиллиана высмеют, даже если он с тобой протанцует один танец, не говоря о том, чтобы сделать тебя своей, – она презрительно глянула на Кейрана, – дамой сердца. Теперь ты для него никто. Ты для всех никто.
Кейран задумчиво склонил голову набок, разглядывая мою сестру.
– Помнится, я когда-то предупреждал вас и леди Изабеллу, что произойдёт, если вы начнёте вредить герцогине Дуартской, – проронил он отрешённо. – И предупреждал достаточно недвусмысленно.
Камилла фыркнула.
– Вы больше не в том состоянии, чтобы угрожать мне, герцог, – она издевательски выделила последнее слово. – Особенно теперь, когда я фрейлина королевы. Так что прикусите язык, если не хотите ещё одну дозу обратного эликсира. Я слышала, первая вам не очень-то понравилась.
Она смерила меня торжествующим взглядом напоследок и отошла. Почти одновременно с этим я увидела свою мачеху в противоположных дверях зала. Та шла с двумя аристократами из свиты Брайского, и, судя по злой, резкой улыбке на её лице, говорила она отнюдь не о каменных розах и прелестных огоньках на полу.
Разумеется, моя мачеха тоже исполняла приказания королевы и распускала сплетни обо мне. Похоже, ни леди Изабелла, ни Камилла не забыли и не простили, как я заперла их в ванной. А вот о том, что их собственная репутация связана с моей, они забыли. Или же страх перед королевой оказался сильнее. Особенно после внезапной болезни Норы.
– Нора многим рисковала, чтобы помочь нам, – тихо сказала я. – Мы должны её спасти.
– К фрейлине королевы не пустят чужих целителей, – негромко ответил Кейран. – Но Гиллиан может на это повлиять и перевезти девочку от Валери.
– Лучше вообще подальше от столицы, – в сердцах произнесла я. – Я и сама была бы не прочь сесть в карету и укатить отсюда.
Слева вновь раздались женские смешки, и мне пришлось сделать над собой усилие, сделав вид, что я ничего не слышу.
Не сговариваясь, мы отступили в угол зала, под тень резных цветов. Здесь гостей было меньше, и я могла вздохнуть свободнее.
– Ну всё, – произнесла я вслух. – Жизнь кончена, репутация в клочьях, надо мной смеются со всех сторон, королевой мне не стать, а Гиллиан со мной даже танцевать побрезгует. Как думаете, пойти в уголок порыдать или ещё рано?
Кейран не успел ответить: зазвучали фанфары.
– Его высочество принц-регент Гиллиан!
Гиллиан выглядел великолепно. В жемчужно-сером костюме, стройный, гордый и красивый, он моментально приковал к себе внимание всех дам в зале. Даже престарелые фрейлины как по команде направили на него взгляды.
– И мне теперь не быть его любовницей, – покачала головой я, склонившись к уху Кейрана. – Какой ужас. Надеюсь, вы меня утешите.
Кейран едва заметно сжал мою руку.
– Даже не сомневайтесь, – прошептал он мне на ухо. – Я не забыл о нашем маленьком приключении на диване.
– Но даже не попытались его повторить, – прошептала я в ответ. – Интересно, почему?
– Приставать к такому нежному цветку, как вы? Ну что вы, как я могу? – серьёзно произнёс Кейран без малейшей иронии. – Мне остаётся лишь ждать приказа моей жены и повелительницы.
Вот ведь вредина!
– Вы… – Я пыталась подобрать слова. – Вы… невыносимы, вот что!
В уголках губ Кейрана затеплилась улыбка.
– Я знаю. И сейчас буду ещё более невыносим. Мне нужно переброситься словом с некоторыми людьми, так что я буду вынужден вас покинуть.
Я закусила губу.
– Опять ваши коварные планы? Но вы же…
– Выпил обратный эликсир и сейчас слабее котёнка, – терпеливо кивнул Кейран. – Я знаю. Разумеется, я буду осторожен.
Он коснулся моей руки на прощание и исчез. Оставив меня одну, между прочим! Когда тут сплетни летают туда-сюда!
Ладно, справлюсь.
Но в следующую минуту вновь зазвучали фанфары.
– Её величество королева Валери!
Её величество в чёрном как ночь платье смотрелась весьма величественно. Бриллиантовая тиара на её голове сверкала, бриллиантовая брошь на груди приковывала взгляды, но счастливой её назвать было нельзя. Скорее уж Валери была похожа на разъярённую и голодную фурию, высматривающую подходящую жертву. Хищница, царственная и очень опасная.
И, разумеется, её окружали сиенцы.
Даже несмотря на то, что нас разделял огромный бальный зал, а я стояла, надёжно укрытая лепестком резной лилии, я почувствовала, как по спине ползёт холодок. Валери была в своей стихии, в своём дворце, и пусть Гиллиан не дал бы ей бросить меня в темницу, ей хватило бы жеста, чтобы проходящий мимо сиенец-придворный оцарапал меня отравленной булавкой.
Кажется, мне действительно повезло, что родственницы облили меня помоями, а Кейран наглотался обратного эликсира. Валери выглядела так, словно готова была кого-нибудь задушить.
И вполне себе могла. Ей только дай.
Её величество повернулась – и её взгляд наконец-то нашёл меня. Уголок безупречно накрашенных губ пошёл вверх.
Но тут справа послышалось движение, гости расступились – и я внезапно оказалась лицом к лицу с Гиллианом.
Придворные, разделяющие нас, подались в стороны, причём я успела получить свою порцию кривых взглядов и усмешек. Но лицо Гиллиана оставалось спокойным и безмятежным – стало быть, сплетни обо мне ещё до него не дошли.
Кстати, и до меня они не дошли. Я даже не знала, что именно обо мне рассказывают. Полувымышленные детские истории о том, как я бегала за Гиллианом и обмочила штанишки, или злые выдумки, как я сплю с половиной двора и массирую ноги другой половине?
Леди Тиса, то есть я, вежливо улыбнулась.
– Ваше высочество, – произнесла я приветливым тоном. – Вы великолепно выглядите этим вечером.
– Благодарю вас, леди Тиса, – так же церемонно ответил Гиллиан. Его щёки чуть порозовели. – Вы выглядите просто потрясающе.
Я понизила голос:
– Как себя чувствует его величество король Эдард?
Тонкая морщинка пересекла лоб Гиллиана. Мы оба знали, что Эдард прикован к постели после двух ударов в спину отравленным клинком. Но мрачное выражение на лице Гиллиана говорило о том, что новости у него не самые лучшие.