Своевольная невеста (СИ), стр. 41
– Кстати, вы выглядите растрёпанной. Когда останетесь одна, приведите себя в порядок и причешитесь как следует. Завтра вам нужно выглядеть наилучшим образом.
Кейран достал что-то из кармана. Гвардейцы напряглись, но тут же расслабились, увидев в руке Кейрана обычный замшевый футляр, из которого виднелась изысканная расчёска цвета слоновой кости и несколько шпилек, украшенных жемчугом.
Кейран бросил футляр мне на кровать.
– Небольшой запоздалый подарок по случаю свадьбы, – проронил он. – Надеюсь, не прощальный.
– Зря надеешься, – бросил Брайский, но Кейран не обратил на него никакого внимания.
Взгляды всех мужчин устремились на меня и футляр, лежащий на моём одеяле. Мне стало неуютно.
Впрочем, я же герцогиня, правда? Какое мне дело до этих простолюдинов и герцогов? Я сделала ледяное и презрительное выражение лица, скопировав королеву Велери, и величественно взяла футляр.
– Благодарю, ваша светлость, – холодно произнесла я.
Кейран продолжал смотреть на меня спокойно и пристально.
– Вы поймёте, – негромко сказал он. – Я надеюсь на вас.
Я перевела взгляд с Кейрана на футляр, который я держала в руке. Что мой муж хочет мне сказать?
– Что вы… – начала я.
– Довольно пустых разговоров, – раздражённо прервал Брайский. – Выводите его!
Я молча смотрела, как рослые гвардейцы выводят моего мужа и выходят вслед за ним из пустеющей спальни. Брайский приостановился в дверях, бросил на меня последний холодный взгляд – и вышел вслед за ними.
Глава 20
Оставшись одна, я обхватила голову. Замечательные вечер и ночь, нечего сказать.
Но мой муж явно не теряет надежды, следовательно, я тоже не должна отчаиваться. И раз уж он определённо хотел сказать мне что-то, стоит отнестись к этому намерению серьёзно.
Я перевела взгляд на чехол в руке. Интересно, интересно…
Мои пальцы аккуратно скользнули внутрь чехла. И почти тотчас же нащупали лист плотной бумаги, сложенный в несколько раз.
Записка от Кейрана!
Моё сердце лихорадочно забилось. Но я не успела достать записку из чехла. Снаружи послышались голоса, на этот раз женские. Я поморщилась. Что, фрейлины возвращаются с ночных свиданий?
Впрочем, неважно. Сюда их не пустят.
В следующее мгновение повелительный женский голос отдал команду, и я похолодела. Я узнала этот голос.
Я быстро спрятала чехол под подушку, но больше не успела сделать ничего.
Из гостиной раздались лёгкие шаги. В следующую секунду в мою спальню вошла королева Валери, гордая и надменная. Её окружали три фрейлины, одетые в прежние пастельные тона, а вслед за ними вошли…
…Камилла, Нора и моя мачеха, одетые куда роскошнее, чем в поместье герцога.
Ну потрясающе.
Когда семь дам расположились вокруг моей кровати, мне захотелось громко выругаться. Да что ж такое! Не спальня, а проходной двор!
– Что вы здесь делаете, ваше величество? – холодно спросила я.
Нора и все три фрейлины королевы изумлённо уставились на меня.
– Королеву не спрашивают, что она здесь делает, – отрезала королева Валери. Поздороваться, я заметила, она не удосужилась. Впрочем, как и я сама. – Или ты хочешь сказать, что я не имею права ходить туда, куда захочу, в собственном дворце?
– М-м… – Я картинно задумалась на пару секунд. – Вообще-то, нет. Это мои покои. Точнее, – я обвела рукой спальню, – наши с герцогом.
Я твёрдым взглядом посмотрела на королеву.
– И я прошу вас удалиться, ваше величество.
Нора и ещё две фрейлины одновременно ахнули.
– О, мы удалимся, – сладким тоном сообщила королева. – Но сначала проверим, что ваш брак, моя дорогая, недействителен. Собственно, за этим мы и здесь.
Я невольно открыла рот.
– Как мне сообщили ваши родственницы, – продолжила её величество, – вы выехали в столицу сразу после свадьбы, а в дороге ночевали в разных спальнях. Не так ли?
– О да, ваше величество, – быстро подхватила Камилла. – Это именно так!
Леди Изабелла кивнула, хотя выглядела кислой. Как-никак герцог щедро её вознаградил, а сейчас мачеха свидетельствовала против него и отлично понимала, чем ей это может аукнуться.
– Вот именно, – кивнула королева Валери. – Сегодняшняя ночь – единственная, которую вы могли бы провести вместе, но ваш муж вернулся поздно и почти тотчас же был арестован.
Ух ты. А её величество неплохо всё продумала. И сейчас она стоит в моей спальне, не моргнув глазом, холодная и уверенная, хотя только что чуть не зарезали её мужа. Возможно, она сама и зарезала. Ничего себе самообладание!
– Поэтому, – королева Валери указала на меня, – властью, данной мне в отсутствие моего мужа, я объявляю ваш брак…
Ну уж нет!
– Мы подтвердили наш брак, – перебила я быстро и громко. – Ваши шпионы наверняка это слышали!
– Это, – поморщилась королева, – меня не волнует.
Я вдруг отчётливо поняла, что ей не нужны доказательства. Даже если я встану с постели и гордо покажу пятно крови на простыне, её фрейлины и мои дорогие родственницы просто посмотрят в другую сторону. Мой брак доживал последние минуты.
«Я хочу увидеть вас в моей постели обнажённой и зовущей, но только когда я буду уверен, что вы хотите этого даже больше, чем я».
«Никогда такого не будет!»
«Не будьте так в этом уверены. Я бываю очень убедителен».
Сейчас у меня не было ни малейшего желания оказываться в чьей-либо постели обнажённой и зовущей. Но это был мой брак. Мой муж. Моя собственность – и речь шла не только о землях.
– Ваше величество, вы не имеете права делать ничего подобного. – Я рывком села в кровати. – Иначе вас обвинят в нарушении права на…
Королева расхохоталась.
– Права? Какие права? Девчонка, посмотри на меня и на тех, кто меня окружает. У тебя нет никаких прав. Если я захочу, тебя объявят сумасшедшей прямо сейчас!
От такой угрозы прежняя Тиса в ужасе забилась бы под кровать – или бросилась бы к ногам королевы. Мне тоже страшновато, но я мгновенно вспомнила, что у меня в рукаве есть козырь.
– А если я захочу, ни одна из лирских шахт не продаст королевскому дворцу ни одной пылинки! – рявкнула я. – Я всё ещё герцогиня, и весь штат герцога, включая управляющих, признаёт только меня!
Королева побелела от ярости. Ох. Кажется, я ударила слишком сильно.
Но показывать страх было нельзя. Я подняла голову выше.
– И что вы тогда будете делать, ваше величество? – поинтересовалась я, стараясь, чтобы мой голос не дрожал. Черт подери, я же угрожаю королеве в присутствии свидетелей! – Попробуете отобрать светильники у горожан? Пожалуйста, если хотите, чтобы по вашему дворцу прошлись сапоги бунтовщиков. И случится это очень быстро, потому что аристократы тоже молчать не будут!
Королева бросила на мою мачеху и Камиллу испепеляющий взгляд. «Как вы смели меня не предупредить, что приютили такую гадюку?» – говорил он.
– Ты тотчас же перестанешь быть герцогиней Дуартской, – произнесла она угрожающе. – И как только твой статус перестанет тебя защищать, а твой муж будет казнён…
Она внезапно осеклась и резко развернулась к дверям. Вслед за ней развернулись и фрейлины.
В следующее мгновение из коридора послышались новые голоса. И вновь женские.
Леди Изабелла, стоящая ближе всех к дверям, первой издала изумлённый возглас.
– Что вы здесь дела… – начала она, но секунду спустя мачеху буквально смели пышные юбки госпожи Форшмит.
– Ваша светлость, спешу сообщить вам, что все вещи доставлены и Аннабель готова выполнять ваши распоряжения, – своим обычным сухим тоном сообщила она. – Добрый вечер, ваше величество, дамы.
Вслед за мадам Форшмит вошли две её ровесницы, одетые куда роскошнее. Похоже, придворные дамы.
А потом послышался шорох юбок в проходе, и моя челюсть отвисла окончательно. Рядом с мадам Форшмит и её спутницами появилась пожилая дама, лицо которой отлично было мне знакомо. Именно эту даму, присутствовавшую на моей свадьбе, Кейран назвал «вашей светлостью» и лучшей подругой их величеств.