Грозный зять: Харизматичный Лукас Грей, стр. 4
«Почему ты снова здесь? Я уже говорила, что даже рассматривать это не буду», – с недовольным видом упрекнула его Шайенн.
«Выбирай выражения, когда говоришь с Сетом!» – отчитала её Карен, а затем поспешно добавила: «Хорошо, что ты вернулась. Раз уж суды ещё работают, поторопись и разведись с этим ничтожеством!»
«Что?» – Шайенн была в полном замешательстве, когда маленькая девочка рядом с ней с сияющими глазами бросилась к Лукасу. «Папа! Папа, ты пришёл ко мне?»
Папа? Озадаченная, Шайенн перевела взгляд на спину человека, которого она до этого не замечала. Этот знакомый рост и силуэт… Её внезапно осенило, и она отступила на шаг. Это… он?
Лукас присел на корточки, протянул руку и обнял девочку, которая снова восторженно вцепилась в его ногу. Он внимательно её рассмотрел.
У неё были тонкие брови, красивые сияющие глаза и крошечные губки бантиком. Было очевидно, что она красавица, хотя её черты ещё не до конца сформировались.
Значит, этот ребёнок из семьи Картеров.
Оказывается, она показалась ему до странности знакомой, потому что её черты были похожи на черты Шайенн.
Неужели она… Когда он подумал об этой возможности, его сердце бешено заколотилось.
Держа девочку на руках, он вдруг почувствовал к ней сильную близость и нежность.
Затем он глубоко вздохнул, обернулся и посмотрел на ту, что стояла перед ним и о которой он думал бесчисленное множество раз.
Длинные волосы Шайенн ниспадали ей на плечи, она была одета в светло-серый деловой костюм, сшитый на заказ, а на её лице застыли шок и недоумение.
Её прекрасные глаза были устремлены на человека перед ней.
Он был уже не тем вчерашним выпускником, что шесть лет назад. Хотя у мужчины перед ней были те же черты, он больше не выглядел юным. Его лицо стало более точёным, отчего он казался гораздо более зрелым и надёжным.
Выражение её лица быстро сменилось с потрясения на хладнокровие. Но под этим хладнокровием закипал гнев. Её грудь тяжело вздымалась, а ногти впивались в ладонь.
«Шайенн, я…»
«Зачем ты вернулся?» – перебила его Шайенн. Она взволнованно произнесла охрипшим голосом: «После того, что ты сделал, ты ушёл, ничего не сказав. Мы всё это время думали, что ты мёртв. Зачем ты сейчас вернулся?!»
Она с ненавистью не сводила глаз с Лукаса.
Тогда в отеле им обоим что-то подсыпали, и это за одну ночь превратилось в громкий скандал. Чтобы замять дело, Картеры поспешно женили его на Шайенн.
Хотя в то время у них не было чувств друг к другу, Шайенн решила провести с ним остаток жизни, раз уж сделанного было не воротить.
Однако она никак не ожидала, что вскоре после свадьбы он украдёт у её отца пятьдесят тысяч долларов, а затем бесследно исчезнет.
Он просто законченный лжец!
Однако вскоре она обнаружила, что беременна. После долгих колебаний она решила оставить ребёнка. Но она не ожидала, что в самый тяжёлый период её беременности на её компанию обрушится один кризис за другим. Она была так взбешена, что у неё начались преждевременные роды, а тем временем кто-то воспользовался ситуацией и посягнул на Корпорацию «Бриллианс».
Всякий раз, когда Шайенн вспоминала о трудностях и обидах, которые ей пришлось пережить в то время, она чувствовала безмерную душевную боль и лютую ненависть к этому безответственному и ужасному человеку, который ушёл, не попрощавшись!
«Ты вернулся, чтобы снова поставить под угрозу мою жизнь? Что я тебе сделала, чтобы ты так меня ненавидел и хотел рушить мою жизнь снова и снова?» В её сердце пылала ненависть, а налившиеся кровью глаза, казалось, горели от гнева.
Хотя она и не плакала, у Лукаса разрывалось сердце при виде неё в таком состоянии.
Уйдя тогда, не попрощавшись, он и впрямь причинил Шайенн ужасную боль, и это было то, что он никогда не сможет искупить, что бы ни делал.
«Мне очень жаль», – преисполненный огромным чувством вины, это было единственное, что он мог сказать, хотя и знал, что его слова бесполезны.
Почувствовав напряжение в доме, девочка крепко обняла Лукаса за шею и крикнула: «Мама…»
Шайенн закрыла глаза и попыталась успокоиться, потому что не хотела пугать свою драгоценную дочь. «Почему ты тогда ушёл?»
«Я ушёл, потому что… хотел стать достойным быть твоим мужем», – это было то, что Лукас чувствовал на самом деле. Хоть у него и были благие намерения, способ, которым он решил всё устроить, был и впрямь неуместным.
Шайенн усмехнулась, ни капли ему не веря. «Тогда почему перед уходом ты украл деньги моего отца?»
«Какие деньги?» – Лукас был ошеломлён и сбит с толку.
6 Моя дочь
– Нечего и спорить! – тут же взвизгнула Карен. – Тогда у тебя за душой ни гроша не было. Мы были так добры, что позволили тебе войти в нашу семью, обеспечили тебя едой и кровом. А ты, стоило нам потерять бдительность, украл наши деньги и сбежал!
Лукас нахмурился и, что-то вспомнив, торопливо объяснил: «Ничего подобного! Тогда я действительно взял в долг у Уильяма пятьдесят тысяч. Но я вернул их в тот же вечер…»
– Чушь! Ты их украл! – резко оборвала его Карен и повернулась к отцу Шайенн, Уильяму. – Говори. Ты одолжил ему деньги или он их украл?
– Хмф, он наш зять, с какой стати мне одалживать ему пятьдесят тысяч? Ясное дело, он их украл, а потом сбежал! – настаивал Уильям.
– Неужели такое было? Да вы с ним слишком добры! На вашем месте я бы давно его засудил и упрятал за решётку!
– Точно. Я только сегодня об этом узнал. Вот же подонок!
– Украл пятьдесят тысяч и ещё наглости хватило вернуться. Господи, до чего же бессовестный!
– Быстрее разводитесь. Если он посмеет отказаться от развода, мы его засудим!
Родственники Картеров были ошеломлены.
Лукас мысленно усмехнулся. «Эта парочка и впрямь состряпала ложь, чтобы подставить меня и обвинить в побеге с их деньгами. Похоже, они твёрдо намерены сначала очернить меня, а потом вышвырнуть вон».
– Хмф, если я и вправду украл у вас столько денег, почему же вы молчали и не заявили в полицию после моего ухода?
Лукас посмотрел родителям Шайенн прямо в глаза. За годы службы в армии он обрёл грозную, властную ауру, под натиском которой те не посмели встретиться с ним взглядом и тут же отвели глаза.
– Ну… мы просто не хотели выносить сор из избы. Мы спасали твою репутацию, а ты ещё и нас обвиняешь, ничтожество? – рявкнул Уильям, но в его голосе не было прежней уверенности.
– Полагаю, в глубине души вы все знаете правду, – больше Лукас ничего не сказал. «Угрожать мне какой-то выдумкой? Бесполезно».
Шайенн наблюдала за их реакцией. Её родители годами внушали ей, что Лукас сбежал с деньгами её отца, но теперь, после всего услышанного, в её душе зародились подозрения. «Неужели… он тогда не сбегал, украв деньги?»
– Короче говоря, поторапливайся и проваливай! – Карен подскочила к Лукасу и с силой толкнула его.
Лукас пошатнулся от толчка, а маленькая девочка на его руках испугалась до слёз свирепого и угрожающего взгляда Карен.
Она обняла Лукаса за шею и громко зарыдала: «Нет! Я хочу к папе! Не прогоняйте папу!»
Карен яростно выпалила: «Какой он тебе отец, это ничтожество? Чего ревёшь?! Будешь плакать – запру тебя на чердаке!»
Испуганная девочка сильно задрожала от страха, всхлипнула и замолчала, не смея больше плакать. В её глазах застыл ужас.
Судя по её реакции… её и раньше запирали на чердаке! Гнев захлестнул сердце Лукаса, и он окинул всех ледяным взглядом, от которого, казалось, воздух в гостиной заледенел.
И в тот момент, когда Лукас уже готов был взорваться, чьи-то руки осторожно взяли девочку с его рук.
Шайенн поцеловала испуганное личико дочери. Её сердце разрывалось, и на глаза навернулись слёзы. «Мама, в прошлый раз, когда ты заперла Амелию на чердаке, она так перепугалась, что несколько дней пролежала с высокой температурой! Зачем ты снова её пугаешь? Она же ещё совсем ребёнок, а ты – её родная бабушка. Неужели тебе её совсем не жаль?»