Грозный зять: Харизматичный Лукас Грей, стр. 2
Пожилому мужчине с седыми волосами и бородой было лет пятьдесят-шестьдесят, и он был одет в безупречный костюм. Он выглядел элегантным и энергичным. Мужчина средних лет рядом с ним также был облачён в неброскую, но роскошную дизайнерскую одежду. Было очевидно, что они состоятельные люди.
Пожилой мужчина подошёл к Лукасу и устремил на него свой пристальный старческий взгляд. Внезапно он поклонился Лукасу.
– Я Чад Кеннеди, главный дворецкий семьи Хаттонов. Я здесь, чтобы забрать вас обратно в Вашингтон.
Безразличный взгляд Лукаса внезапно стал острым!
Хаттоны? Забрать меня обратно в Вашингтон? Должно быть, это лучшая шутка, которую я когда-либо слышал!
Он презрительно усмехнулся: – Удивительно, что престижные и благородные Хаттоны всё ещё помнят обо мне. Я помню, как вы же двадцать лет назад вышвырнули меня вместе с матерью из семьи Хаттонов. Вы же и сказали, что я недостоин носить фамилию Хаттон, и даже предупредили нас больше не приближаться к Вашингтону, иначе нас с матерью ждёт суровый урок.
– Куда в Вашингтоне вы собираетесь меня вернуть? Или все Хаттоны уже передохли?
Голос Лукаса был полон бесконечной враждебности и гнева, которые он подавлял годами.
Кеннеди потерял дар речи.
Слова Лукаса, безусловно, были агрессивными и резкими, но он знал, что Хаттоны в прошлом и впрямь несправедливо с ним обошлись.
Он тяжело вздохнул: – Как бы то ни было, прошло столько лет, а старый г-н Хаттон уже в преклонном возрасте. Он просто хочет провести время со своими детьми и внуками. В конце концов, в вас течёт кровь Хаттонов.
– Моя фамилия Грей, а не Хаттон, – непреклонно произнёс Лукас. – Если это вся та чепуха, что вы хотели мне сказать, то простите, но я не намерен вас развлекать.
Лукас развернулся, чтобы уйти, но Кеннеди поспешно остановил его: – Г-н Лукас, подождите!
Он взял у стоявшего позади него мужчины средних лет кейс с кодовым замком и почтительно протянул его Лукасу обеими руками.
– Это вся информация и документы о передаче акций Корпорации «Звёздная пыль», которая раньше принадлежала вашей матери. Теперь будет справедливо, если вы возьмёте на себя управление ею. Считайте это компенсацией от Хаттонов.
– Компенсацией? – Лукас безрадостно усмехнулся. – Корпорация «Звёздная пыль» изначально принадлежала моей матери. Хаттоны силой отняли её и присвоили себе. Даже если бы вы не вернули её, я бы сам её отбил!
– Вы отняли чужое, а теперь делаете вид, что отдаёте это мне по доброте душевной. Ещё и ждёте, что я буду благодарен? Какая наглость! Предупреждаю, не держите меня за дурака и больше никогда меня не провоцируйте. Иначе я разнесу вашу семью на куски!
Лукас оттолкнул телохранителей и ушёл вместе с кейсом.
Глядя на его напряжённую спину, Кеннеди покачал головой и вздохнул: – Ах, он всё такой же вспыльчивый.
Как главный дворецкий семьи Хаттонов, Чад Кеннеди прекрасно понимал, что в прошлом Хаттоны действительно перегнули палку. Однако сейчас ситуация в Вашингтоне была неблагоприятной, и у него не было другого выбора, кроме как придумать способ восстановить отношения между Лукасом и Хаттонами.
Кеннеди похлопал мужчину средних лет по плечу: – Итан Сойер, теперь вы одна из самых видных фигур в округе Ориндж. Вы должны что-то предпринять в деле, касающемся г-на Грея.
Мужчина средних лет почтительно кивнул: – Я смог достичь того, что имею сегодня, только благодаря вам и семье Хаттонов. Для меня это само собой разумеется. Не волнуйтесь. Я обязательно сделаю всё возможное, чтобы помочь г-ну Грею.
Если бы люди, знавшие этого мужчину, увидели, насколько он вежлив и почтителен по отношению к Кеннеди, они бы точно были поражены.
А всё потому, что это был Итан Сойер, самый богатый человек в округе Ориндж и бизнес-магнат, владеющий компаниями в нескольких штатах!
3 Я вернулся
Лукас с угрюмым выражением лица сидел на заднем сиденье машины.
Появление Кеннеди напомнило ему о прошлом, которое он не хотел вспоминать.
Тогда, в нежном возрасте, его называли ублюдком и незаконнорождённым, а после выгнали из дома вместе с матерью, отобрав всё её имущество и ценности. В то время у него был сильный, непрекращающийся жар. И его мать, держа его на руках, стояла на коленях у порога Хаттонов и умоляла о помощи, но в ответ услышала лишь холодное: «Нас не волнуют жизни тех, кто не из Хаттонов».
После этого его мать скиталась по разным местам и в итоге привезла его в Округ Ориндж, где много трудилась, чтобы свести концы с концами. Хотя жизнь была тяжёлой, ей удалось вырастить его. Однако после многих лет изнурительного труда и напряжённой жизни его мать заболела и слегла.
В то время Лукас только что окончил колледж, и его скудная зарплата была каплей в море по сравнению с огромными счетами за лечение. Он, переступив через свою гордость, попытался попросить помощи у Хаттонов, но получил лишь бессердечный отказ, жестокие насмешки и упрёки, что заставило его почувствовать безысходность и возненавидеть Хаттонов.
Вскоре после этого его и Шайенн одурманили, что привело к скандалу, который молниеносно распространился по всему округу. Картеры потребовали, чтобы он женился и вошёл в их семью.
Он согласился при условии, что Картеры одолжат ему пятьдесят тысяч долларов на лечение матери.
Однако к тому времени, как он примчался в больницу с деньгами, его мать уже умерла.
В тот момент Лукас был опустошён и чувствовал себя полным неудачником. Он не смог спасти свою мать и не был достоин такой замечательной девушки, как Шайенн.
В довершение всего, Картеры постоянно насмехались над ним. Лукас решил уйти от них и пойти в армию. Он поклялся, что добьётся успеха, чтобы с гордостью стоять рядом с Шайенн.
Теперь он вернулся.
–
Машина мчалась по дороге, и вскоре он прибыл в резиденцию Картеров.
Лукас стоял у знакомых ему ворот во двор и, казалось, заметно нервничал перед возвращением домой.
Много лет назад он ушёл, не попрощавшись, и не знал, что теперь о нём думает Шайенн.
Как раз когда он собирался подойти и постучать, из дома донёсся громкий смех.
«Г-н Миллер, раз уж вы так серьёзно настроены по отношению к Шайенн, то и мы будем откровенны. Давайте просто назначим дату».
Лукас был ошеломлён. Он понял, что голос принадлежал Карен, его тёще и матери Шайенн.
«Госпожа… Карен, вы слишком вежливы. Раз уж мы скоро станем одной семьёй, не нужно этих формальностей. Просто зовите меня по имени».
«Конечно, конечно, вы так молоды и красноречивы. Шайенн так повезло, что она встретила вас! Как её родители, теперь мы можем быть спокойны!»
«Однако я слышал, что её бывший…»
«Вы имеете в виду этого никчёмыша? Всё в порядке. По закону человека, пропавшего без вести, можно объявить умершим через четыре года. А он исчез уже больше шести лет назад, так что, должно быть, сдох в какой-нибудь дыре! Если вы всё ещё беспокоитесь, давайте сходим в суд и получим свидетельство».
«По-моему, Шайенн прекрасна во всех отношениях, вот только муж её, мой зять, – полный никчёмыш».
«Этот отброс – не твой зять. Отныне твой зять – г-н Миллер».
Услышав это, Лукас помрачнел, и он больше не мог этого терпеть.
Он вернулся ради Шайенн, и вот теперь он слышал, как её семья обсуждает её новый брак. Во что бы то ни стало, он должен был увидеть её и всё прояснить.
Бум! Бум! Он заколотил в дверь.
«Кто там? Иду». Устроив брак своей старшей дочери с богачом, Карен была в прекрасном настроении и открыла дверь с довольной ухмылкой.
Однако выражение её лица резко изменилось, когда она увидела, кто стоит на пороге.
«Ты… ты не сдох?» – на её лице отразился шок, и оно внезапно побледнело. Теперь оно было полно отвращения и презрения. Этот никчёмыш вернулся!
Хотя внешность Лукаса за эти годы изменилась, она всё равно узнала его, ведь она мысленно проклинала его десятки раз на дню!
«Я вернулся, Карен», – спокойно сказал Лукас.