"Фантастика 2026-168". Компиляция. Книги 1-25 (СИ), стр. 936
– Кстати, о будущем капитане, – Анна взглянула на Тихонова, как бы призывая в союзники. – Нам не нравится предложенная вами кандидатура Лебедева, Рамиль.
– Да, Рамиль, он не геруанец, – поддержал Анну Тихонов. – А капитан «Примейру» — потенциально исполнитель операции «Рассвет»...
Вот и оно. Саляхов уже голову сломал, решая, что делать с этим «Рассветом».
– Лебедев для Геры сделал больше многих геруанцев. Достойных кандидатур мало, но Лебедев — лучший вариант. И как мне кажется, Лебедев не против будет сменить гражданство.
– Будто бы гражданство гарантирует его лояльность, – фыркнула Анна.
– Как посмотреть, по моим сведениям, он собрался «пустить корни», есть заявка на зачатие ребёнка с его генным материалом, – вроде не согласился Тихонов, но тут же развернулся, – но я согласен с Анной, это не гарантия. А вопрос серьёзный. Мы не можем рисковать в таком вопросе.
Саляхов разозлился:
– До «Рассвета» нужно ещё дожить, будет он или нет. К тому же у нас скоро будут и другие межзвёздники. А вот лишаться талантливого командира лишь из-за гипотетической возможности одной операции в будущем... недальновидно, – Саляхов хотел выразиться крепче, но сдержал себя.
– Он настолько хорош? – удивился Тихонов.
– Как сказать? Мне кажется, что он рождён для этого. Каждый раз, когда оказывается в сложной ситуации, Лебедев громит врага. Расчётливый и коварный. Наверное, он бы и сам мог придумать «Рассвет».
Тихонов с интересом наблюдал за Саляховым.
– Когда он скажет, что готов, я уступлю ему своё место, – уже тише добавил Саляхов в конце.
– Даже так?
Саляхов кивнул.
«Только не знаю, как вы с ним уживётесь в мирное время», – подумал старый контр-адмирал, вспоминая холодный взгляд Лебедева.
Тихонов и Соуза быстро переглянулись.
После некоторой паузы, во время которой собеседники погрузились в собственные мысли, Тихонов предложил:
– Есть ещё один вариант, но вы обычно против такого. Кандидатура старпома и некоторых членов экипажа должна быть подобрана Управляющим Советом. В крайнем случае мы должны сохранить контроль над кораблём.
То есть старпом должен быть человеком Тихонова. Саляхов оценил ход Тихонова. Он действительно предлагал решение, ведь тем самым он не внедрял, а, наоборот, раскрывал своего человека в ВАК. Это может и не информатор, но человек, на которого Тихоня имеет значительное влияние.
«Что же, если блокировать Лебедева не будут, то это меньшее зло. Надо соглашаться», – решил для себя Саляхов.
– Только человек должен быть компетентным. Старпом — не та должность, на которую подбирают по лояльности.
***
«Что нос воротишь?» – спросил Кай.
«О, давно тебя слышно не было!» – Арсений удивился второму внутреннему я.
«Раньше всё нормально было. Так что нос воротишь? Ты и так в дерьме по уши», – настаивал Кай. – «Может, ты думаешь, что после того как мы порвали новобритов в ВКС выполнят то, что обещали? Каперанга тебе дадут?»
Арсений молчал, точнее, не знал, что подумать.
«Ну может и дадут. С такой же вероятностью, как здесь обещали межзвёздник. Но уж на межзвёздник тебя никуда не возьмут», – продолжал напирать Кай. – «Ты под следствием будешь. Думаешь, новобриты тебе спустят? Будешь невыездной в лучшем случае. Это если свои не сдадут!»
Нравоучения от Кая Арсений слышал впервые, его внутренний диалог обычно строился проще.
«Ну будут у тебя деньги, на жизнь хватит. Будешь играть в Средневековый бой. Ты этим мечтаешь всю жизнь заниматься?» – Кай продолжал строить пессимистичные варианты будущего.
«А ты? Чем ты здесь заниматься будешь?» – взбрыкнул Арсений.
«А ты не заметил? Мне на мостике нравится. Тут тоже повоевать можно», – похоже, его второе я уже нашло себя в этом мире.
«Ладно. Давай пойдём от противного», – примирительно предложил Кай.
«Идя от противного, можно прийти к ещё более противному», – возразил скорее из вредности Арсений. Кай его проигнорировал: ну кто ещё лучше знает тебя, чем твоё второе я?
«Допустим, на Земле у тебя всё хорошо, никто в суд не подал, звание дали, на службу взяли. Чем твоя жизнь будет лучше?»
«Еда будет лучше».
«Это да», – тоже загрустил Кай. – «Но карьера на Гере у тебя будет не в пример круче. Ярче и интереснее. Представь только количество... начальников на Земле, которые будут отдавать тебе приказы и распоряжаться твоей судьбой. А тут?»
«Ну тоже пару десятков человек наберётся», – внутренне улыбнулся Арсений. Заминка при упоминании начальства не прошла незамеченной. Раньше Кай выразился бы нецензурно, но даже у его второго я поменялось отношение к начальству с тех пор, как Лебедев сам стал командиром дивизиона. Он больше не был уверен в непреложности факта, что чем выше баран в иерархии, тем он тупее и жирнее. Должно быть, классовая солидарность появилась.
«Ну и наконец женщины. Не зря колонисты генетическим отбором занимались, почти все симпатичные. Чем тебе Рита не пара? Своевольная – это есть. Свадьба эта, ребёнок. Но в остальном мозги не делает совсем. И голова у неё не болит. Бегает вон, хлопочет тебе межзвёздник. Сравни с бывшей. Бр-р-р».
Рита, конечно, отмочила с ребёнком. Очередь у неё, видите ли, подошла. Однако оказалось, что его согласия просто недостаточно, пришлось делать генетический анализ. Даже в этом нужно выдержать конкурс на соответствие.
«Что нужно воину? Слава и женщины! Слава у тебя есть! Женщины... ну тоже есть. Одна. Зато какая!» – Кай уже явно стебался, почувствовав надлом в настроении Арсения.
«Ты запомнил, что адмирал намекнул на другие межзвёздники? Откуда?» – Кай начал выкатывать главный аргумент. Всё же Кай, наверное, представлял тёмную сторону личности Лебедева. Этому убийце хотелось применить свои таланты в реальности. Иначе было трудно объяснить его желание остаться на Гере.
«Думаю, купили. В системе застряли уже два торговца без особого движения», – Арсений не мог пропустить этот факт. Он же вроде как эксперт по взлому обороны теперь, мониторил, искал лазейки.
«Вот видишь? Без межзвёздника ты не останешься. Сколько у тебя конкурентов на капитанский мостик? Вряд ли больше трёх. Надо соглашаться»
«Надо», – согласился Арсений.
22 – Примейру – Первый (португал.)
Глава 21. "Пустить корни"
Лебедев снова устроил переполох, только теперь взбудоражена не только станция «Кольцо», но и вся инфосеть. Специализированный машинт, отслеживающие общественные настроения для членов Управляющего Совета, рекомендовал Анне Соуза посмотреть интервью Лебедева. Сам факт того, что интервью дал действующий военспец являлось событием из ряда вон. Существовал запрет на интервью с военспецами и вообще ведение открытых блогов действующими военспецами. Любая лавинообразно распространяющаяся информация в инфосети привлекала внимания машинта, а в данном случае за тридцать часов интервью посмотрело почти всё взрослое население системы. Удивление у Соузы это не вызывало, геруанцы в последнее время живо интересовались любыми новостями, связанными с Лебедевым, он стал чрезвычайно популярен, хотя казалось, что специально для этого он ничего не предпринимал. Это интервью первое, что было похоже на обычное действие политического конкурента, каковым до недавних пор Анна Соуза считала Лебедева.
Конечно, слова Саляхова Тихонову о том, что он видит в Лебедеве своего приемника, были сказаны для Соуза. Анна это понимала, и хотя тема была такая, что «за хвост» Саляхова на свет было не вытащить, обвиняя его во лжи, но Анна давно знала Саляхова и была уверена, что до откровенного вранья старый лис не опустится. Кроме того, свидетелем был Тихоня, а этот моралист никому не спустит, чего бы это ему не стоило, если дело касается его идеалов. А ложь Тихоня на дух не переносил.
По сути, Саляхов иносказательно предложил ей мир в обмен на то, чтобы она отцепилась от Лебедева. Это только подчёркивало значимость протеже Саляхова. Соуза действительно перешла границы, вмешиваясь в дела штаба ВАК и Саляхов проявил себя как истинный военный, просто отрезал заражённое место, отправив окрученного Анной Мальцева куда подальше от штаба. Заодно серьёзно усложнил общение с другими военспецами, которые крайне неохотно шли на контакт с членом Управляющего Совета, имея перед глазами пример Мальцева. С их точки зрения, Мальцев пострадал ни за что. А если бы было за что?