"Фантастика 2026-168". Компиляция. Книги 1-25 (СИ), стр. 886

Лишиться возможности летать было единственным, чего по-настоящему боялся в своей жизни Саша Каргин. Скрипя зубами он подчинился.

Спустя восемь с половиной часов он появился в причальном доке и первым делом попытался связаться с Рибейру. И снова автоответчик. Офис коменданта также отказался соединять, сославшись на аврал и то, что помощник коменданта находится на ответственном задании. Тут и подвернулся ухмыляющийся техник причальной секции:

– Что, Саша, потерял подружку? Она, говорят, теперь с новым диспетчером частенько бытовое оборудование ремонтировать ходит!

Недоброжелателей на станции у Саши было навалом, с его характером обидеть человека и стараться не нужно было. В обычной ситуации словам ехидного техника он бы отнесся снисходительно. Однако эти слова сработали как баллон с кислородом, заброшенный в пожар его личной жизни и одновременно дали объяснение поведению девушки, которую любил. Головоломка сложилась, а участие в ней нового диспетчера моментально породила в нем гнев такой силы, что напрочь отключил критическое восприятие. Он за меньшее бил людей, и Саша бросился вглубь станции на разборку с обидчиком.

Пока Каргин искал Соколова он старался выглядеть спокойно, чтобы никто не предупредил диспетчера, и он не забился в какой-нибудь технологический ход или даже офис коменданта. Непонятно, что может выкинуть мальчишка с перепугу. Поиски заняли прилично времени в ходе которого к Саше вернулась способность соображать. Если бы Соколов попался ему в первые пятнадцать минут, то Саша готов был, если не убить, то покалечить гада.

Теперь же, когда мозг снова заработал, он уже понимал, что бить Соколова плохая идея, которая будет иметь для него очень неприятные последствия. К тому же он начал, только еще начал сомневаться в том, что Рита могла замутить любовь с таким молокососом. Про возраст Соколова Саша был уже в курсе, хотя сам его не видел и не встречал. Поэтому Саша скорректировал свое первоначальное намерение переломать этому диспетчеру ноги на предъявление претензий в границах, так сказать, профессионального поприща. Но предъявить от души и хорошенько напугать мальчишку, потаскав его за шиворот.

Саша нашел Виктора в транспортном коридоре, дублирующем центральную транспортную шахту станции.

Состроив страшную гримасу Саша проревел на смеси португальского и портового русского что-то близкое по смыслу: «Зачем же вы, очень молодой человек, вмешиваетесь в расписание полетов не разобравшись в предмете? Теперь я покажу вам воочию те части вашего тела, которые могли видеть в отражении зеркала только глубоко нагнувшись!». Саша был тяжелее Виктора в полтора раза и на голову выше, хотя в космосе говорят длиннее, так что при столкновении тел, когда он схватил Соколова за удобные для этого дела карманы на груди комбеза, их потащило к переборке транспортного коридора спиной юноши вперед. На этом успехи Саши Шахтера закончились.

Опешив от такой встречи Виктор сначала растерялся, но как только пошел физический контакт, то включились его навыки. Он схватил поверх рук ворот нападавшего и как только пяткой нащупал опору переборки коридора согнулся, резко выстрелив коленом на встречу. Получив ответный импульс от удара, сохраняя захват ворота Каргина, перелетел через него быстрым сальто. При этом Каргина тоже развернуло на спину градусов на девяносто, но по инерции они оба долетели туда, куда он изначально хотел припечатать спиной Виктора. Вот отперевшись ногами на переборку Виктор и швырнул тело Каргина в противоположном направлении. В противоположном направлении из переборки выступала аварийная лестница, в которую Саша Каргин приложился сначала лицом, потом телом, потом отскочил и вот тут в спину прилетел Виктор, который мощно прыгнул следом за счет того, что присел на переборку во время броска из-за третьего закона Ньютона. Каргина снова впечатало в лестницу, после чего связыванию стяжками он уже никак не сопротивлялся. Из разбитого носа Каргина пошла кровь, которую Виктор остановил, заткнув берушами, которые нащупал в кармане у Саши. Сашины же стяжки пошли и на связывание, хотя Виктор как порядочный техник тоже всегда имел с собой запас этих полезных на станции изделий.

Впрочем, эта акробатика была совершенно лишней, как боец Саша кончился после первого удара коленом в печень. Собственно, поэтому он даже рук нормально выставить не смог, чтобы смягчить свой прилет на аварийную лестницу. Связать Каргина было уже мальчишеством Виктора, захотелось ему отработать на практике упражнение по силовому задержанию. Когда еще случай представиться.

***

Комендант Мила Гавранович, прилипнув к своему рабочему месту в офисе, широко распахнув глаза смотрела на посетителей. Картина был настолько необычной в ее понимании, что она никак не могла разобрать смысл слов Виктора Соколова, который был одним из посетителей. А вторым был главный дебошир станции Александр Каргин. Только вот здоровяк Каргин выглядел так, как будто на станции внезапно включили гравитацию и Каргин упал с высоты на аварийный трап. На его лице наливались гематомами свежие ссадины, нос явно сломан и кровоточил, но был заткнут берушами. К тому же он был связан, его руки были стянуты за спиной двумя пластиковыми стяжками, а ноги также стяжками подтянуты к связанным кистям рук. По сути Каргин изображал груз, которые буксировал Соколов, но этот груз смотрел на коменданта полными печали глазами.

А вот Соколов, докладывая о нападении, был как перец из гидропонической оранжереи - румяный, свежий и ... целый.

«Хорошо, что нос берушами заткнул, сейчас бы все вокруг летало». – была первая практичная мысль, которая пришла к Миле вместе со способностью соображать.

И вдруг ее посетило озарение: «Ну конечно же! Майка божия! Мордобой! Вот же! Вот причина, по которой Соколов оказался на «Васильке». Ей стало так легко, как будто до этого находилась в скафандре со сломанным редуктором, а теперь его починили и атмосферное давление пришло в норму. Картина мира для Милы снова была ясной и понятной. Она лучезарно улыбнулась, повернувшись к Каргину:

– Драка на моей станции, отягощенная нападением на должностное лицо при исполнении? Да еще и на военспеца ВАК? Ну что, Саша, скажешь в свое оправдание?

– Чего это при исполнении? – Саша покосился глазами на Соколова, – и это ... не дрался я, меня били - я защищался. Неудачно.

«Все же правда», – огорчился Саша, – «при исполнении, но не в диспетчерской, да военспец, значит нейрочип, причем с высоким коэффициентом синхронизации. Эх, Рита, Рита...». Сомнения в Рите захлестнули Сашу, встав предательским комом в горле.

– Дурака не включай, – построжел голос Милы, – есть что сказать?

Конечно Мила знала про отношения Рибейру и Каргина, а всякие шуры-муры под своим носом засекала влет. Ей, как и старшинам общин, вменялось присматривать за моральным обликом обитателей станции. Гавранович давала возможность Каргину смягчить свое положение, заявив, что напал на Соколова из ревности.

Но гордость не давала Саше воспользоваться такой возможностью. Уж точно не в присутствии Соколова.

Мила вызвала помощника по режиму, в обязанности которого входило расследования правонарушений. По сути помощник по режиму был единственным на станции полицейским в своем роде, хотя официально полиции у колонистов не было. На самом деле он в основном занимался соблюдением техники безопасности и нарушениями трудовой дисциплины.

Когда Каргина увели и все покинули офис Мила вызвала к себе Риту, главную виновницу произошедшего, с намерением устроить ей грандиозную выволочку.

***

Самочувствие Риты впервые за несколько дней было близким к эйфории. Даже выговор Милы не смог сбить фестивального настроения. Когда Рита узнала о драке и ее результатах, то поняла, что проблема решилась сама собой, точнее ее мужчины сами все решили. И после такого фееричного мордобоя никто не будет обращать внимания на возраст Соколова и его репутация все перекроет, даже, наоборот, такому мачо по статусу положена первая красавица станции, то есть она!