"Фантастика 2026-168". Компиляция. Книги 1-25 (СИ), стр. 675

— Ну и что? В гарем может войти любая, была бы хороша собой и здорова. Даже одна из императриц в юности была уличной певичкой.

— Так-то оно так. Но большая часто наложниц всё же — дочери аристократов и заслуженных чиновников. Су Вансин среди них и так как росток полыни на пионовой клумбе. Представь, что будет, если о её истинном происхождении заговорят открыто. К тому же это значит, что у неё нет защиты. Ни за неё саму, ни за её родню, если такая есть, никто не заступится. Это всё могла бы компенсировать только милость его величества, но Сын Неба никого не замечает, кроме старшей сестры.

Я машинально кивнула. Ну да, не замечает. С тех пор, как мы вместе, других дев, побывавших в его постели, можно пересчитать по пальцам. Даже если Су Вансин туда и влезет… Может, оно и к лучшему? Не знаю, какой реакции ждала Кадж, рассказывая мне всё это, но я, выслушав, прониклась к девушке невольным сочувствием. Даже если эти слухи — неправда, достаточно разнести их достаточно широко, и она уже не отмоется.

Милость императора действительно могла бы стать наложнице Су защитой. А если ещё и повезёт ребёнка родить… Даже если это будет сын, едва ли он начнёт угрожать Ючжитару, пока его мать не будет угрожать мне. А она станет мне реальной соперницей только в том случае, если я Тайрену опротивею вконец, но это вряд ли. Если сломалась кость, остаётся сухожилие, если его любовь ко мне когда-нибудь и угаснет, нас и без неё очень многое связывает.

Пожалуй, имеет смысл познакомиться с наложницей Су поближе.

— Старшая сестра, — Кадж тем временем подалась ко мне и понизила голос, — хоть это и не касается дел Внутреннего дворца, но прости мне моё любопытство… Правда ли, что его величество задумал помиловать молодого господина Цзоу?

— Неправда. Казнь всего лишь отложена на время.

— Почему же? Разве в этом деле есть какие-то сомнения?

Я немного поколебалась, но решила, что вреда от откровенности не будет.

— Да, появились некоторые. Теперь их проверяют. Если обвинение подтвердится, приговор приведут в исполнение.

— У ног Сына Неба каждый может надеяться на справедливость, — улыбнулась Кадж. Каким-то образом она ухитрялась льстить так, что это не выглядело банальным желанием понравится. — Говоря откровенно, и у меня были некоторые сомнения. Молодой господин Цзоу из тех, кто глазом косо не взглянет, о нём шла самая добрая молва, разве что порой порицали за излишнее легкомыслие. И вдруг ни с того ни с сего — жестокие убийства? Но я решила, что правосудию виднее.

— Да, я тоже так решила.

— Говорят, что отсрочкой недовольны. Ну, людей можно понять.

Я кивнула. Кей как в воду глядел — уже через пару дней после объявления о том, что казнь откладывается, на общей аудиенции нашёлся сановник, заговоривший о недопустимости излишнего мягкосердечия императора. О том, что кровь убиенных вопиет, и что народ необходимо успокоить. Отец подозреваемого имел неосторожность резко возразить, и на него набросились уже несколько, обвиняя в пристрастности и потакании преступному сыну. Тайрен ссору прервал, но министра Цзоу из зала пришлось выводить под руки. После этого и Тайрен согласился, что в самое ближайшее время следует ждать делегацию с просьбой назначить нового министра. Он оказался прав, причём обратился с этой просьбой один из Великих наставников, сановников первого ранга. Который, казалось бы, не имел никакого отношения к Церемониальному министерству, если не считать того, что один из его внуков был женат на сводной сестре заместителя министра.

Конечно, это ничего не доказывало — аристократия вся родня друг другу. Но Тайрен был упрям, и как правило, все попытки на него давить заканчивались в лучшем случае ничем. И если раньше он относился к продолжению поисков виновного без энтузиазма, то теперь его настроение изменилось.

— Пусть Кей ищет, сколько нужно, — сказал он мне. — Чтоб не думали, будто смогут диктовать, кого мне казнить, а кого миловать. Тем более что народ не так уж и негодует.

Жители столицы и в самом деле, если верить докладам, заняли скорее выжидательную позицию. Слухи ходили самые противоречивые, но в умах людей не возобладал ни один из вариантов.

— Расскажешь мне, чем закончится дело? — вырвала меня из размышлений Кадж.

— Расскажу. Да ты и сама узнаешь.

— Ну, из первых рук узнавать всегда интереснее.

Мы понимающе улыбнулись друг другу и расстались.

На следующий день мне доложили, что подслушать в деталях, о чём говорили Добродетельная супруга и наложница Су, не удалось, так как госпожа Чжан предусмотрительно отослала прислугу подальше. Но, кажется, речь шла о любовном привороте. Я велела присматривать за обеими потщательней — к магии я относилась скептически, но не хотелось бы, чтоб императора нечаянно отравили, пытаясь заслужить его благосклонность. А потом, признаться, я и забыла о них, потому что дело Цзоу Риада неожиданно набрало обороты.

В то утро я сидела в кабинете Тайрена за ширмой, слушая, как он принимает сановников, обсуждая с ними детали налогообложения: с кого уже можно драть три шкуры, а кому после двух неурожайных лет всё ещё приходится делать послабления. Обсуждалось также возможное переселение людей на опустевшие земли и то, понадобятся ли переселенцам помощь от государства и льготы, или справятся и без них. Потом мы с Тайреном обсудим всё между собой, но пока я делала вид, будто меня в комнате нет, хотя и подозревала, что моё присутствие — секрет полишинеля. В самый разгар совещания Цза Чуали доложил о приходе Кея. Верховный командующий гвардии Нетупящихся мечей ворвался в кабинет, едва не оттолкнув евнуха, и тут же почти потребовал разговора наедине. Заинтересованный Тайрен вышел из кабинета вместе с ним, и я с трудом подавила порыв выскочить из-за ширмы и побежать следом. Любопытство разыгралось, и когда совещание завершилось, я первым делом спросила, что понадобилось Кею.

— Он, представь себе, пресёк попытку побега молодого господина Цзоу, — объяснил Тайрен. — Но посоветовал мне сделать вид, будто тот действительно сбежал. Якобы это поможем ему поймать убийцу с поличным.

— И ты?..

— Согласился, — Тайрен пожал плечами с лёгкой улыбкой, и я вдруг увидела того юношу, беспечного любителя авантюр, с которым познакомилась, едва попав этот мир. — Посмотрим, что он задумал.

Мальчишки, подумала я. Вам бы только поиграть в детективов. Но это даже хорошо, что супруг пришёл в доброе расположение духа.

— Надеюсь, ты не будешь карать Цзоу Риада за попытку побега? Его, в принципе, можно понять.

— Только из уважения к заслугам его отца, — усмехнулся Тайрен. — А вот теми, кто пытался вывести его из камеры, я займусь прямо сейчас. Если Кей прав, то поимка убийцы может и не понадобиться.

— А, ну удачи, — пожелала я. О том, как именно займутся этими бедолагами, знать не хотелось.

О побеге объявили по городу и вывесили плакаты с портретом, перечнем примет и обещанием награды за преступника или сведения о нём. Портрет, кстати, был на удивление реалистичен: могут же, когда хотят. Видимо, художников Судебного министерства больше волновали практические соображения, чем соблюдение так почитаемых канонов. Ещё пару дней было тихо, а потом город всколыхнули слухи об очередном убийстве.

Правда, на этот раз слухи были лишь слухами — если в прошлый раз жертвы были известны, то теперь говорили разное, кое-то договаривался до того, что оказавшийся таким злодеем молодой господин Цзоу вырезал целую семью. Нет, две семьи. И ещё слуг. Город заволновался, я даже подумала, что как бы ныне сидящей в тюрьме жертве чужих интриг не пришлось потом уехать из столицы, даже если для неё всё закончится благополучно. Будут на него коситься и поминать всю эту историю, как в том анекдоте: то ли он украл шубу, то ли у него украли шубу… Ну, или, как говорят здесь — это словно мужской монастырь против женского монастыря: даже если ничего не происходит, всё-таки что-то есть.

— Также, ваше величество, — вечером того же дня доложил евнух Цза в числе других дел, — поступило прошение: все заведующие отделами Церемониального министерства умоляют вас об аудиенции.