"Фантастика 2026-161". Компиляция. Книги 1-24 (СИ), стр. 52
- Извините, а вы кто? – Лалиса не очень хорошо говорит по-корейски, поэтому я переключаюсь на английский язык.
- Я вас видела на конкурсе СМ, вы стояли через одну группу от меня, кажется, это была ваша «Азия».
- Нет, не могу вспомнить! – Тайка чешет на языке Шекспира так, как будто родилась в Лондоне.
- Ладно, Лалиса, не надо гадать! Я Пак Джин Хо из «Солбанг-Ул. И у меня к тебе деловое предложение, касающееся твоей мечты стать айдолом.
- Внимательно слушаю!
- Ты слышала о таких танцах, как «Ламбада» и «Каннам – стайл»?
- Да! А при чём тут это?
- Я и мои подруги создали эти две песни–танца. Теперь мы с первого августа открываем свой лэйбл «Солбанг-Ул».
- Теперь я вас вспомнила! Но вы ведь не сможете меня натренировать, как это делают в школе трейни.
- Лалиса! У нас договор с JYP Enteratiment. Мы им подбираем людей для трейни. Они готовят из них для нашего лэйбла айдола за три года. И возвращают в нашу группу.
- Но меня из-за скандала в СМ не примут ни в один лэйбл.
- Зато я тебя приму к себе в группу «Кедровые шишки». Ты где сейчас находишься?
- В гостинице Чеонггу Хаус. Но это мой последний день тут – завтра я должна уже съехать.
- Сейчас подъедем. Заберём тебя к нам. Ты в каком номере?
— Тридцать восьмом.
— Жди, едем.
Глава 25
- Джин, а зачем нам она? – Я и Рыжик летим в отель за Монабан.
- Понимаешь, в нашем мире она –великолепный танцор и рэпер К-поп группы «Блэкпинк». У неё куча фанатов. Да и сама она положительная личность.
- А может, здешняя Монабан и не имеет таких способностей, как наша?
- Всё может быть. Но танцует она намного лучше нас. Кстати, есть уже одно отличие от староземельного варианта – фамилия нашей звезды Манобан, а у здешнего аналога – Монабан. Посмотрим, выгнать всегда успеем!
- Это тоже верно.
Вылезаем у отеля, заходим внутрь. Лалиса уже ждёт нас у ресепшена с рюкзачком. Она, оказывается, должна отелю сотню баксов.
Мы быстро улаживаем этот вопрос, сажаем тайку в машину и летим домой.
- Расскажи о себе! – Прошу я.
- Родилась в Бангкоке в марте 1997 года, в семье предпринимателя. С детства люблю музыку и танцы. Занималась в музыкальной школе, вначале в Таиланде, потом в Англии, в Лондоне.
После возвращения в Бангкок приняла участие в отборочном конкурсе СМ. Хотела вначале стать рэпером и танцором, но одна выступать побоялась. Поэтому, пошла по объявлению о наборе мемберов в студию «Азия». С этой группой и приехала в Сеул. Остальное вы знаете.
- Петь не пробовала?
- Нет, боюсь! – Лалиса краснеет.
- Ничего, потом попробуешь. Главное, что ты танцевать умеешь. А учителя танцев мы для тебя и всех наших девочек найдём.
Привозим тайку к хальмони. Пока она поживёт у нас. Бабушка сразу тащит Лалису на кухню. Ясно, будет закармливать!
Так, теперь вторая:
- Аллё, Сон Ён?
- Джин Хо?
- Да! Слышала, что тебя не взяли в трейни. Это правда?
- Да, сказали, что я маленькая. А мне уже четырнадцать!
- Хочешь стать нашей трейни?
- Какой трейни?
- Обыкновенной! Какие ещё трейни бывают?
- Ты меня разыгрываешь? – Голограмма недоверчиво смотрит на меня.
- Нет! «Солбанг-Ул» с первого августа становится отдельным лэйблом со своей студией и многим другим.
Я набираю трейни. Они проходят обучение в одном известном музыкальном агентстве на протяжении трёх лет, а потом возвращаются к нам айдолами.
Мы выступать будем как в Корее, так и за рубежом. Всё будет официально, и контракт с тобой тоже подпишем.
- Это серьёзно?
- Серьёзней не бывает. Заявление руководства JYP Enteratiment посмотри. Там всё написано.
Как решишь к нам присоединиться, звони мне или Мин Джи!
Набираю номер директора JYP Enteratiment Пак Чин Ёна:
- Аньён, господин директор!
- Аньён!
- У меня к вам вопрос по поводу трейни, которых мы к вам пришлём в августе – сентябре.
- Уже есть кандидатуры, так быстро?
- Как говорят русские: «Куй железо, пока горячо!». Поэтому я решила приняться за дело уже сейчас.
- Очень хорошо! Итак, в чём суть проблемы?
- Первая – возраст будущих трейни 13-14 лет. Второе, одна из них – известная фигурантка скандала в СМ, Лалиса Монабан. Она боится, что её никто не примет на учёбу.
- Джин! Ты правильно сделала, что позвонила мне. Отвечаю на твои вопросы.
В трейни можно принимать любого школьника, начиная с 12 лет. Так утверждено в постановлении правительства о музыкальных лэйблах.
Насчёт Монабан можешь не беспокоиться – не JYP Enteratiment её принимает, а «Солбанг-Ул». Мы просто учим и с нас спрос только за это.
А скандалы, если они возникнут, уже будешь разбирать с прессой ты, как директор нового лэйбла! – Чин Ён смеётся. – Готовься к боям, партнёр!
- Всегда готова! – Делаю пионерский салют. Директор JYP Enteratiment удивлённо смотрит на меня:
- Ты что, коммунистка, Джин Хо?
- Нет!
- А почему их приветствие сейчас продемонстрировала?
- Так я ведь «банан» из бывшего СКР. Там сейчас этим жестом дети балуются! – На ходу выдумываю я.
- Здесь это никому не демонстрируй, хубэ. Могут быть неприятности!
- Спасибо за предупреждение, господин директор.
- Вопросы исчерпаны?
- Да! Пока, да!
- Аньён!
- Аньён!
Иду к Маше и русским, предупреждаю, чтобы не салютовали по-пионерски, а то можем крупно погореть. Здесь коммунистов не любят.
Лалиса Монабан сидит с хальмони и смотрит дораму. Подтягивает свой корейский. Видно, что упорная особа, из неё точно что-нибудь путное выйдет.
Как кончается дорама, я отвожу её на кухню и сообщаю, что решение о её посылке в школу трейни JYP Enteratiment принято. С ней мы подписываем шестилетний контракт. Три года она проходит стажировку у Пак Чин Ёна, а потом возвращается к нам.
В случае досрочного прерывания контракта со стороны Монобан по какой-либо причине, она уплачивает неустойку в сто тысяч долларов. В контракт будет вложено и соглашение между «С-У» и JYP, что мы имеем право привлекать свою трейни для наших шоу. Оплату её учёбы мы согласуем с финансовым отделом JYP.
Я тут же печатаю на голофоне контракт и отправляю его на проверку Те Сан Хёну. Через час приходит ответ, что всё в порядке и Лалиса подписывает договор.
Она будет посещать школу трейни нашего партнёра с сентября этого года.
Тайка ошарашена скоростью принятия решения. Она звонит отцу в Бангкок и что-то радостно тарахтит ему по-тайски. Демонстрирует подписанный контракт, а потом пересылает файл с ним в Таиланд.
Я зову и наших девчонок. У Юко спрашиваю:
- У тебя есть сертификат по корейскому языку?
- Нет, только на английский.
- Так вот, девочки! Вам надо будет вместе с Юко и Лалиссой пройти шестимесячные курсы корейского языка и сдать тест на сертификат. Я и Маша сдадим на английский и русский.
Сейчас вы подпишете стандартный контракт на шесть лет с нашей фирмой «Солбанг-Ул». Вместе с Лалиссой вы все трое будете обучаться в школе трейни JYP.
Я и Маша будем придумывать шоу, в которых вы все будете участвовать параллельно с учёбой. Если вам что-либо придёт в голову, то можете смело мне говорить. Обсудим.
И ещё: у вас до января контракты с «Вельветом». Лалиса, у тебя контракт сохранился?
- Нет, сонбэ. После скандала мне его закрыли.
- Ну, ладно, будут новые. Кстати, ты не против, если мы тебя будем называть Лиса?
- Не против!
- Тогда всем сделаем сценические имена. Алиса останется со своим именем. Монабан будет Лисой. Женя – ты Джен, Юко имя тоже оставляем. Ну, как? Всем понятно?
- Да, госпожа директор! – Неожиданно кричат девчонки. Я аж подскакиваю. А они смеются.
Раздаётся звонок. На голофоне появляется Сон Ён. Глаза у неё все в слезах:
- Меня мама и брат не пускают, говорят, что чеболю нельзя быть айдолом! Хнык! Хнык! Может, вы уговорите их? Хнык!