"Фантастика 2026-161". Компиляция. Книги 1-24 (СИ), стр. 1080

В лесу монстров, без бластера – жуткое испытание. А тут ещё эпицентр угрозы ведёт себя издевательски. Играет перед ударом?

Гадина словно примеривалась, откуда и как ей сподручней напасть. Но так и не решила, слева иль справа. Зашла так, зашла этак, лязгнула зубами разок, постояла – ушла. Не голодная? Или в нелепом конфликте с самой собой? Странное поведение для хищника: особого интеллекта требует. Как у буриданова осла, придуманного людьми.

- Заметил? – чуть позже, когда вернулась речь, у Гонсалеса спросил Трентон. Тот откликнулся:

- Ещё бы! – как тут не заметить?

- Что это было?

- Какой-то хищник. Не критически голодный.

- А почему не напал?

- Потому и не напал. Видать, в пище консервативен, разборчив, - развил свою мысль Гонсалес, - чего попало к себе в пасть не тянет.

Повезло-то как - оказаться «чем попало»!

- Рад за него, - хмыкнул Трентон. – Но может, стоит убраться? В смысле, из-под этого дуба. Не искушать судьбу, так сказать? Не ровен час – вернётся голодный по-настоящему, а тут мы…

- Оно-то бы неплохо убраться, - закряхтел Гонсалес, потягиваясь; верно, долго просидел в неудобной позе, - да только, если рассудить здраво, с такой раной далеко не уйдём. Останемся в пределах тех же охотничьих владений, будем настигнуты. К тому же, следы волочения подстилки – даже для человека раскрытая книга, не говоря уже о хищнике.

- Это да, - простонал Трентон: как раз нога разболелась.

- И, положа руку на сердце, - продолжал Гонсалес, - в этих лесах каждое место не лучше другого. Неизвестные биоценозы, никем не изученные. Кто поймёт, где чья территория, что здесь за пищевые цепи? Без такого знания можно легко пропасть. Здесь, под дубом, нас не тронули уже трое суток: такое место стоит ценить, я считаю…

- Да, всё верно, - признал Трентон.

- К тому же, - добавил врач последний аргумент, - этот дуб – какой-никакой ориентир. Если за нами вернутся – местные, на вездеходе, то искать будут только здесь. Лес прочёсывать ради нас их точно никто не заставит – много чести, да и места опасные, говорят, даже с оружием. Развернутся и отрапортуют, что видели наши кости.

Убедительно? Да, конечно. В общем, Трентон так понял, что Гонсалес своего пациента никуда оттащить не хочет. Попросту ленится.

6

Наутро Гонсалес обследовал местность вокруг дуба. Явных следов чудища не заметил, даром что шумело оно знатно, не таилось. Даже кустарник, через который оно продиралось, не был сильно помят.

- Неужели призрак? – ухмыльнулся Трентон.

Скептический ум – важная особенность инженеров, отбираемых на работу Галактическим Альянсом - по специальным тестам. Творчества от них много не требуется. Готовые идеи заимствуются у ксенотехнологий. Задача инженера – адаптировать их так, чтобы у людей продавалось.

Гонсалес на тему «призрака» ничего не ответил. Завершив свой поиск следов, стал осматривать территорию, чтобы найти хоть бы что-нибудь. С решением этой задачи смог себя даже поздравить. В корнях дуба с обратной его стороны пряталась нора – но небольших размеров, наподобие кроличьей.

- Но какое значение может иметь это нора, – с раздражением поинтересовался Трентон, - если хищник в десятки раз крупнее?

- Я и не говорю, что это его нора, - улыбнулся Госалес, готовый ко всякому настроению своих пациентов, - но это единственная причина чудищу сюда подойти. Если себя за такую причину нам не считать.

- А, он охотился на того, кто в норе? – догадался Трентон.

- Скорее всего. Но, наверное, тот, кто в норе, из-за нашего присутствия затаился. Мы ведь из-под корней дуба шума ни разу не слышали. А нора обитаема, это заметно и на глаз, и по запаху.

- Вот как. Мы тупо мешаем хищнику пообедать, - хмыкнул Трентон. – И как долго он будет это терпеть?

- С недельку потерпит, - оптимистично решил Гонсалес, - пусть пока столуется в другом месте. Не сошёлся же свет клином на этой одной норе. Ведь в остальном-то здесь место, удивительно бедное на лесных жителей. Только птичьи гнёзда в ветвях дуба, а из наземных тварей кроме обитателя норы – совсем никого.

За этими треволнениями Трентон – ну надо же, начал уже забывать о своей ноге. Может и к лучшему. Сколько ему там жить осталось – кризис покажет. А заботы его совсем не о здоровье. Правда, опять таки всё замешано на риске для жизни. Но… «съедят – не съедят» - это всё же другого плана проблема, чем «плачьте обо мне, я кончаюсь».

План-то другой, а результат – одинаковый.

7

Что делает Гонсалес рядом с Трентоном? Сопровождает опасно больного? Жертвует собой во имя имперской морали да кодекса медицинской профессии? А вот и не только!

Оказалось, Гонсалес учится. Он, конечно, опытный врач, но здесь, в лесу на Эр-Мангали – учится. Потому что опыт свой он получал где? В имперском космофлоте. Все лучшие медицинские технологии империи Сант-Амазон Эскабар были к его услугам. Передовые, продвинутые, баснословно дорогие. Применяемые стационарно в условиях звёздного крейсера.

На Эр-Мангали весь опыт Гонсалеса ничего не стоит. Врачевать без продвинутых технологий, без лекарств, без стационара – кто на такое способен? А на карантинной планете, как оказалось, только так и лечат. Без уверенности в результате, но с неясной надеждой: авось выздоровеет. Ну а не выздоровеет – тоже не страшно. Не окупившиеся затраты были невелики, ресурсы колонии не подорваны.

Так вот, чтобы быть здесь принятым в качестве врача, Гонсалес просто вынужден пройти испытание. Именно такое: среди диких зверей, без особых ресурсов, с едва ли не умирающим пациентом на руках. Справится – его счастье. А иначе медиком здесь не будет. Пойдёт по охотничьей линии, а может быть прямо – в рудную шахту. Незавидная участь.

Не то чтобы Трентон до этих истин добрался своим умом – Гонсалес их, в общем-то, не скрывал – но говорил больше намёками. Трентон же всё прояснил до последней мотивационной посылки – опять же, скептический ум никакими ранами не погасишь. Что же до выводов… Выводы-то какие?

Ну, во-первых, такие: Том Трентон доку многим, конечно, обязан, но не по гроб жизни. Всё же Гонсалес старался и в собственную пользу.

А, во-вторых, ещё и такие: Гонсалесу этакого раненого стоило поискать! Если бы не было Трентона, пришлось бы его придумать.

И, в-третьих, надо признать, что Трентону ещё повезло. Хоть какой-то кому-нибудь прок от Трентона. Значит, он нужен, даже со скверной раной ноги на нежалостливой планете.

Так, а в-четвёртых… Что ж, если Трентон нужен, он, конечно, готов поспособствовать. Тренируйтесь на Трентоне, хитроумные начинающие врачи рудной колонии Эр-Мангали, Трентон добрый, он поможет вашей карьере. Заодно и подлечится, если преждевременно не подохнет.

Постепенно хладное трезвомыслие приятно теплело, затем уступало место гордому горячечному шкворчанию – и параллельно повышалась значимость личности Трентона. А что? Давно надо было повысить. Ещё с памятного разжалования в обыкновенные техники из элиты наладочной смены той, карантинной станции. Кто был Трентон – а кем стал? Жалким техником, беглецом, беженцем, раненным организмом, брошенной вещью.

Всё напрасно? Нет! Надо было достать до нижнего дна, чтобы вновь оттолкнуться.

Трентон тогда оттолкнулся и вновь поплыл, преисполнен нового толка. Думал, к высотам плывёт, откуда его ссадил подлец Уотерфилд, начальник-дешёвка. Думал, сейчас, ну совсем уж сейчас вылетит на поверхность, но что-то быстро надежды пламень угас, в мысли вкралась размерность. Что же, бывает такое, оно бывает - что оттолкнёшься, вроде, наверх, а дно под тобою - вновь проседает. Вновь ты тонешь, камнем идёшь на дно, преисполнен веса, с тяжестью давно всё у тебя равно и без интереса. Вновь ты чуешь врага, это болит нога - по всему по телу; ты сердит, что она болит не только по делу. Отчего-то речь начинает течь как-то музыкально, мертвецы у врат в три ряда стоят, кто здесь крайний?.. Ой! Что за бред я несу? Это психоз?