Системный фермер. Тетралогия (СИ), стр. 153

Была одна вещь, которую я мог попробовать – воспользоваться лопатой, чтобы превысить допустимые значения насыщения.

Я начал работать. Медленно, штык за штыком по кругу вокруг места посадки. Отдавал живку вглубь, разгонял её по всем слоям. «Взор Фермера» показывал, как цифры ползут вверх. Сто двенадцать. Сто двадцать. Сто двадцать семь.

Со стороны огорода донёсся голос Януша или Яцека:

– Батя, а если мы сюда ещё углубимся, там камень будет?

– Не будет там камня, – ответил Иржи. – Копай куда сказано.

– А вдруг?

– Тогда обойдёшь.

– А если не обойдём?

Пауза.

– Яцек, ты копать сегодня собираешься или нет?

– Да, что‑то такое в моих планах было.

– Вот и работай. Вам даже думать не надо. Просто делайте, что приказал.

Я продолжал насыщать почву землей. Сто тридцать пять. Сто сорок. Я потратил на это, наверное, минут двадцать, не меньше. Спина начала чуть ныть, потому что я всё‑таки работал в неудобной позе.

Сто пятьдесят.

Я остановился. Выше уже не шло, значит, это лимит. Земля была насыщена до предела. Я снова посадил семечко. Придавил. Стал ждать.

/Обнаружено семя неопознанного вида./

/Анализ почвы завершён./

/Насыщенность живкой: 150%./

/Условия для прорастания: неудовлетворительные./

/Рекомендация: сменить место посадки./

Я долго смотрел на эту надпись.

Потом медленно встал, отряхнул колени и снова достал семечко из земли.

Сто пятьдесят процентов. Предел, выше которого я никогда не видел на обычных грядках. И по‑прежнему – неудовлетворительные условия.

Значит, дело не в количестве жизненной эссенции.

Я сел прямо на землю, спиной к забору, и положил семечко на ладонь. Смотрел на него и думал.

С обычными культурами схема работала безотказно: насыщаешь почву, сажаешь, поливаешь, а сверху обрабатываешь изумрудным катализатором. Всё, растение прет как на дрожжах.

Пшеница тянется вверх быстрее. Картофель даёт клубни крупнее. Даже помидоры, которые я почти не трогал, росли заметно лучше там, где живка была выше среднего. Искусственное насыщение работало.

Но это семечко – другое. «Единственный известный экземпляр», как сказала система. И, видимо, условия для него тоже были другие.

Живка, которую я загоняю в землю лопатой – это одно. По сути я просто нарушаю естественный ход вещей. Этому семячку, видимо, нужно место, где живка не накачана под моим влиянием, а находится там сама по себе. Изначально.

Я вспомнил дуб. Узел живки. Там показатель, если мне не изменяет память, был под двести единиц. Или пещера с грибами. Там тоже значения были приличные.

Вот что нужно этому семечку. Место, где живка много само по себе.

На участке такого места нет. Вернее, было у срубленной ели, но после того, как я начал облагораживать свой участок, показатели везде поднялись. Я сам вытянул из того места часть естественной живки, когда насыщал грядки. Значит, вариантов не так уж и много…

Я посмотрел в сторону огорода. Дела шли своим чередом. Иржи стоял над близнецами с видом человека, который героически сдерживается, чтобы не опуститься до рукоприкладства. Копали они по очереди – один орудовал лопатой, второй в это время давал советы. Советы, судя по лицу Иржи, были так себе.

– Немного левее, – говорил тот, что стоял в стороне. – Нет, правее. Нет, ты опять не туда.

– Сам тогда копай.

– Я недавно копал, теперь твоя очередь.

– Ты копал три минуты.

– Зато без ошибок. Качественная работа!

– Ага, я видел. Батя замечания делать устал.

– Тихо, – сказал Иржи, и оба немедленно замолчали. – Яцек, держи угол как я показал. Януш, не стой над душой, лучше принеси воды, проверим уклон.

Близнецы переглянулись. Видимо, они сами не всегда помнили, кто из них кто.

– Я Януш, – сказал тот, что с лопатой.

– Тогда ты принеси воду, – без лишних слов ответил инженер.

Януш поставил лопату и побежал к колодцу. Яцек взял лопату и воткнул её в землю с таким видом, будто сейчас клад выкопает.

– Войцех, – окликнул меня Иржи, заметив, что я смотрю в их сторону. – Как думаете, если труба пойдёт немного в обход, через угол у сарая – это лишних метра три, но зато не придётся рыть через ваши грядки с картошкой, хоть это и ближе. Оно того стоит?

Я прикинул в голове.

– Однозначно! – ответил я. – Я специально самые плодородные места выбирал на участке. Поэтому не хотелось бы, чтобы у меня здесь все перекопали, даже если это обеспечит дом водой.

– Вот и я так думаю, – кивнул он с видом человека, которому нужно было просто чтобы кто‑то согласился. – Тогда добавим ещё немного работы. Яцек, слышал?

– Слышал, – не останавливаясь, буркнул Яцек. – В обход так в обход.

Вернулся Януш с ведром воды. Иржи взял его, медленно вылил тонкую струйку в ров и присел, наблюдая, куда пойдёт вода. Вода пошла в нужную сторону – к дому.

– Хорошо, – сказал инженер. – Продолжайте копать.

Я вновь посмотрел на семечко, лежащее в руке. Значит, вариантов у меня было не так уж и много. Нужно попробовать посадить около узла живки или спуститься в пещеру.

Внезапно в мыслях всплыли все подробности сна соседа‑птичника. Темная тень, преследующая меня по пятам, а потом яма, в которую я упал…

Я невольно отбросил вариант с аномальной зоной, только вот с дубом у меня тоже ассоциации были не самые лучшие. Хотя в большей степени травмировало Радована, но мне тоже образ Божидара иногда являлся в кошмарах.

Стоит ли идти на такой риск? Ведь вполне возможно, что сон Бажея сегодня может исполниться…

Глава 18

Когда человек пытается исправить предсказанное ему будущее, он допускает очень грубую ошибку – пытается предотвратить неизбежное. Только во всех предпринятых мерах изначально нет смысла. Ведь предсказанные события в итоге сбываются.

Потому что человек своими руками делает всё, чтобы угодить в эту ловушку будущего. Проще говоря, если бы он не старался всеми силами этого избежать, то, возможно, вышел бы сухим из воды.

Что касается меня, то предсказание свалилось на меня как снег на голову. Я ведь не хотел знать своё будущее, но невольно попался в эту ловушку. Бажей сам пришёл и рассказал мне об этом.

В этой ситуации было бы вполне логично отказаться от авантюрной затеи посадить семечко около узла‑живки или в подземной пещере с аномалией.

Предсказание полностью зависит от человека. Если он мнительный и изо всех сил пытается избежать своей судьбы, то сам себя к ней и приведёт. У меня же была другая черта – идти напролом, даже зная, что ничего хорошего меня там не ждёт.

Я думаю, всегда есть шанс изменить всё в лучшую сторону. Тем более я знаю, чего мне опасаться: преследующей тени и ямы под ногами. У меня уже появился козырь в рукаве, который только сыграет мне на руку.

Второй момент, который я обдумал уже по дороге к сараю за лопатой, – сон Бажея. Холод, вода по колено; по описанию похоже на позднюю осень, а сейчас лето. Может, это вообще не имеет к ближайшему будущему никакого отношения.

Это давало мне некоторую свободу. Или, по крайней мере, создавало её иллюзию. Рисковать чужими жизнями я не хотел, поэтому посадить семечко нужно было в одиночку. Точно так же, как я поступил с Тихоцветом.

Никто особо и не смотрел в мою сторону, когда я взял лопату и пошёл к опушке. В лес я вошёл со знакомой стороны. Тропа к дубу была хорошо знакома: сначала по правую руку растёт редкий березняк, потом со всех сторон окружают высокие ели, чуть позже должен быть небольшой спуск к полянке. Эту дорогу я мог пройти с закрытыми глазами.

Только в этот раз всё было иначе. Я направлялся к дубу не так, как шёл бы без предупреждения. Смотрю под ноги и прислушиваюсь. Вроде бы лес не замер, всё как обычно. Да и система не предупреждает об опасности.

Вскоре я добрался до ельника. В этом месте всегда было прохладнее, чем в другой части леса. Раскидистые ветви смыкаются так плотно, что солнце едва касается земли. Этот участок пути я прошёл быстро, вышел на спуск и увидел полянку.