Системный фермер. Тетралогия (СИ), стр. 140

– Что ты за ними следила? – усмехнулся я. – Справедливости ради, у меня даже таких мыслей не возникло. Так говоришь, будто Радован тебе не безразличен!

– Ты всё неправильно понял, Войцех – смущенно объяснила девушка. – Я просто ходила на рынок в Преславицу. Видела их вместе.

Теперь всё встало на свои места. А я вот думал как так получилось, что Радован умудрился прошляпить воровство со стороны Петера. Так ему просто некогда было за этим следить! Есть такой грешок за душой моего помощника. Если влюбится, то пиши‑пропало!

– Хм, интересно. Нужно попробовать его найти быстрее, чем городская стража. Правда что делать дальше – вот вопрос.

– Ну, не будут же они его искать вечно, – подметила девушка. – Радовану нужно просто залечь на дно. Пропасть на несколько месяцев. Спрятать его у старика Луки. Он в глухом месте живет, сомневаюсь, что в ту сторону люди вообще заходят.

– Мне ещё нужно хорошенько всё обдумать. Я бы и рад согласиться с тобой, Беатрис, да вот только мне Радован нужен на участке. Да и вообще после визита стражи вряд ли он когда‑нибудь сможет со спокойной душой работать на меня, да и вообще бродить по округе. Здесь нужно явно другое решение.

– Я уверена, что ты что‑нибудь придумаешь, – заявила Беатрис. – Если у тебя получилось помочь мне, то и с Радованом дело быстро утрясется.

Если бы было всё так просто…

Я ничего не ответил девушке, лишь кивнул в знак согласия.

Солнце уже зацепилось краем за верхушки сосен. Уже вечер, а его всё нет. Может быть Радована уже поймали? И ведь не узнаешь никак. Хоть в пору завести себе голубей, чтобы с городом связь поддерживать. Сейчас бы отправил послание к командиру Гроссу и всё узнал.

Граф искал Радована не просто как беглого заключенного. На той листовке у коновязи была подпись «доставить живым». За обычного каторжника десять зиллингов вряд ли бы стали платить. Графу он зачем‑то нужен. И нужен целым.

Радована я нашёл сам, и куда раньше, чем рассчитывал.

Он объявился под утро, ещё до рассвета, когда я, так и не уснув толком, вышел во двор проверить птицу. Тёмная фигура мелькнула у кромки леса, а Корнепий даже носом не повел. Если бы был чужой на участке, то живкорой сообщил мне об этом.

– Войцех, – прошипел он из темноты. – Войцех, это я.

Осмотревшись по сторонам, я пошел к месту, где стоял мой помощник. Радован выглядел паршиво: в волосах листва, рубаха порвана у плеча и обувь где‑то потерял, ноги грязные как у шахтера.

– Даже искать не пришлось, – улыбнувшись, сказал я. – Рад, что с тобой всё хорошо. Как ты понял, что за тобой едет стража с города?

– Меня Витольд предупредил, – признался Радован. – Прибежал ко мне сам не свой, говорит: внучек, мол, стража в деревне, тебя ищут, по дворам ходят. Я в лес и сиганул, отсиделся, пока ты не вернулся.

У старика Витольда, выходит, память иногда срабатывает. В ответственный момент всё же сообразил предупредить. Только что‑то здесь было не так… Я нахмурился, пытаясь соединить частички пазла.

– Значит, ты не только утром в Преславицу мотаешься, да? – я пристально посмотрел ему в глаза. – Мы же ведь договорились!

Я был немного раздражен из‑за поступка Радована. Но именно его оплошность, вполне возможно, уберегла его от заключения в тюремную камеру. Он просто в очередной раз меня ослушался. Воспользовался случаем, когда меня не было на участке, чтобы сходить к своей девице.

– Извини, Войцех, – опустил глаза в пол от стыда Радован. – Просто у неё вчера было день рождения, ну, подарок хотел сделать. Думал ничего страшного не произойдет, если я ещё и днем отлучусь.

– Ладно, пусть это будет уважительной причиной, – сухо ответил я. – Хорошо, что хотя бы ума хватило в лесу спрятаться, – я усадил помощника на пенек, налив полную кружку воды. – Вот если бы ты редкий раз на людях появлялся, то, вполне возможно, такой проблемы бы вообще не было…

– Тут ещё такое дело… – протянул Радован. – На меня новые «объявления» появились.

Он вытащил из‑за пазухи листовку, развернул, ткнул пальцем в приписку внизу:

– Читай.

– «Доставить живым… цена обсуждается… Р. ф. В.», – прочитал я шёпотом и поднял на помощника взгляд. Тебя ищет граф Родерик фон Вальде. Тот самый знатный вельможа, у которого я вчера лекцию проводил для землевладельцев.

– Граф? – Радован воскликнул. – Да зачем я ему вообще сдался⁈

И ведь верно говорит. Я и сам всю дорогу ломал над этим голову. Беглых каторжников, дезертиров и прочих личностей, которых разыскивают в центральном округе, на фронтире хватает. Только все эти объявления идут с подписью 'Живым или Мёртвым. А вот с Радованом всё было иначе…

– Что‑то здесь не сходится… – хмуро подытожил я. – Слушай, а ты мне всё в тот день рассказал? Тебя же ведь подставили, если мне память не изменяет. Недостача в зернохранилище, подписи твои. А ну‑ка попытайся вспомнить хорошенько, что в тот день на самом деле произошло? Чьё это было зернохранилище? Может, ты какому‑то дворянину дорогу перешёл?

Радован молчал. Глядел в землю, и я видел, как ходят желваки на его скулах.

– Успокойся, – положив руку на плечо, сказал я. – Да, есть за тобой определенные косяки. Слово своё не держишь, особенно когда дело касается твоих побегов в Преславицу. Не нужно думать, что я тебя пытаюсь на вранье сейчас поймать.

Я намекал на ту ситуацию, когда Радован излил мне душу после обвинения Божидара. У меня тогда ещё мысли появились, что помощник у меня с гнильцой оказался. Благо, что у него хватило храбрости мне признаться во всем.

Но в тот день разговор шёл на эмоциях. Вполне возможно, что он опустил какую‑то важную деталь из своего прошлого. И сейчас я предлагал ему об этом вспомнить, дав понять, что мне хочется ему помочь. А не просто отчитываться за все возможные грехи.

– Зернохранилище было казённое, – наконец выдавил он. – Я там старшим писарем служил, учёт вёл: сколько зерна пришло, сколько ушло, куда отправлено. И вот однажды заметил я неладное – ошибку в документе. Что в тот день отпустили пятьдесят мешков зерна. Хотя никто тогда не приезжал. В общем, кто‑то отпускал, а недостачу по поддельным накладным списывал. Скорее всего, один из моих коллег.

– И ты полез в этом разбираться? – предположил я.

– К сожалению, да, – Радован горько усмехнулся. – Дураком был наивным. Думал, что докопаюсь до истины – смогу по карьерной лестнице дальше пойти. Стал записи поднимать, накладные сверять. И докопался… Большие люди в этом замешаны были. Дворяне. Зерно с имперских складов уходило куда‑то на сторону, телегами.

Я слушал, и в голове складывалась картина. Голод в столичном округе. Зерно, что уплывает с казенных складов налево. И писарь, который случайно во всё это влез.

– А потом меня и подставили, – Радован стиснул кулаки. – В одно утро прихожу, а на складе ревизия. И недостача огромная. И все накладные на эту недостачу за моей подписью числятся. Хотя я их в глаза не видал. Подделали всё, до последней закорючки за ночь. Меня в кандалы и на суд.

Вот оно что. Теперь понятно, отчего за ним такая охота. Радован не просто беглый каторжник. Он неудобный свидетель. Пока дворяне зерно с имперских складов разворовывают, народ с голоду пухнет. Уверен, если бы это тема всплыла на широкой публике, то проблемы в государстве появились бы нешуточные. Поэтому Радована быстро определили в места не столь отдаленные.

– Ладно, теперь всё понятно, – кивнул я. – У меня уже появился план как тебя можно защитить.

Радован пристально посмотрел мне в глаза.

– Я сегодня поеду к графу. Один. Ты спрячешься у старика Луки – самый надежный вариант, – пояснил я.

– И что же ты скажешь ему? – поинтересовался Радован. – Дашь ему взятку?

– Будет видно, – ответил я. – Остается только надеяться, что он согласится на моё предложение.