Генерал под напряжением, или Как ведьма хотела замуж (СИ), стр. 9

«Ну что, генерал, – говорили ярко голубые глаза кошака, – добро пожаловать в наш бардак».

Я сел на пол клетки, прислонился спиной к прутьям и закрыл глаза.

«Матушка будет в «восторге», – мрачно подумал я.

Если я когда-нибудь отсюда выберусь.

Глава 7

— АГЛАЯ —

Сознание возвращалось медленно, с неохотой.

Голова раскалывалась так, будто внутри поселился оркестр и ужасно фальшивил.

— М-м-м, – простонала, пытаясь вспомнить, что случилось.

Сначала я пекла булочки, потом пришло письмо от Корнелия. Далее мы с Феней искали заклинание, а потом я читала заклинание, и я... открыла глаза.

Но тут же захотела закрыть их обратно, желательно навсегда. Потому что в углу комнаты, в клетке, сидел мужчина, точнее, генерал, который назвался Кесарем Горским.

Его имя знали даже такие неудачницы, как я, потому что газеты пестрели заголовками о его победах, а бабушка когда-то сказала: «Вот человек, который знает, что такое порядок. Жаль, что у нас с порядком не сложилось».

Генерал сидел на полу клетки с идеальной осанкой, будто находился на приёме у короля.

Спина прямая, плечи расправлены, взгляд как штык.

— Ох, бездна... – прошептала я, хватаясь за голову, которая, кажется, решила расколоться на части прямо сейчас.

— И вам доброе утро, – голос генерала был низким, ровным и абсолютно ледяным. В нём не было и следа вежливости, с которой люди обычно желают доброго утра.

Это было скорее «доброе утро, вы арестованы, и ваши показания будут использованы против вас!»

— Но для меня оно очень недоброе. Скорее приходите в себя, Аглая, и действуйте, чтобы вытащить меня из этой клетки.

Я с трудом поднялась с пола.

Тело слушалось плохо, как будто я всю ночь участвовала в чемпионате по борьбе с ветряными мельницами. Во рту пересохло так, что язык казался наждачной бумагой, а голова гудела и трещала.

— Ох... – выдохнула я, опираясь о стол, чтобы не упасть. – Конечно... Да-да... Сейчас-сейчас...

— Он желает уединиться, чтобы пообщаться с природой, – раздался голос кота.

Феня сидел на стуле, который он каким-то чудом притащил к клетке.

— Но я ему сказал, что он уже в уединении, – продолжил кот, почесывая лапой за ухом. – И даже вон ведро ему приволок, – Феня мотнул головой в угол, где действительно стояло старое оцинкованное ведро, которое я обычно использовала для мытья полов. – А он, представляешь, не хочет писать в ведро, капризуля наш!

Я с жалостью посмотрела на генерала. Его руки, сложенные на груди, побелели в суставах.

Жилка на виске пульсировала с такой силой, что, казалось, вот-вот лопнет.

И я почувствовала, как моё собственное лицо заливается краской.

Я была готова провалиться сквозь землю, но земля, как назло, была каменная и проваливаться не собиралась.

— Феня, – прошипела я. – Это же... Это не... Так нельзя…

— А что не так-то? – кот смотрел с самым невинным выражением на морде. – Человек хотел уединиться. Я предоставил ему уединение и ведро. В идеале нужно было принести ночной горшок с цветочками, но наш, к сожалению, разбила одна ведьма, когда пыталась...

— Феня! – я шагнула к коту, но тот ловко спрыгнул со стула и перебежал на безопасное расстояние, а именно за клетку.

— ...вырастить из него кактус, – закончил он, выглядывая из-за прутьев. – Помнишь?

— Я не буду, – произнёс генерал ледяным тоном, – пользоваться ведром. И требую, чтобы вы убрали отсюда своего кота.

— А что вам во мне не нравится? Я, между прочим, дипломатическую миссию выполняю. Смотрите, какой я заботливый! Даже полотенце принёс, – он ткнул лапой в тряпку, которой я обычно вытирала пыль. – У военных же всё просто, раз есть приказ, значит, выполняй. Вот вам мой приказ! Живо пользуйтесь ведром!

— Феня! – я в ужасе схватилась за голову, которая теперь болела не от удара, а от количества проблем, обрушившихся на мою несчастную ведьминскую долю.

Во взгляде генерала читалось то, что я могла описать только как «я вас всех расстреляю, а потом повешу, а потом снова расстреляю, и, возможно, это будет слишком мягким наказанием».

— Я сейчас, – выпалила я, пятясь к двери. – Я сейчас всё вам принесу! Воду, горшок, всё-всё необходимое, и сделаю завтрак...

— Нет, не делай ему завтрак, – немедленно отреагировал Феня. – Он нужен нам живым, а не мёртвым!

— Я не стану кормить его сгоревшими булками из мусорки! – огрызнулась я. – Приготовлю... омлет...

— Омлет? – Феня посмотрел на меня с ужасом. – Ага, в прошлый раз твой омлет отрастил ноги и сбежал. Я его потом три дня по саду ловил, пока тот сам не сдох и не протух! Ты хочешь, чтобы по дому бегал омлет, который будет дразнить генерала?! Пожалей мои нервы!

— Феня, клянусь бабушкиным гримуаром, я тебя...

— Нет уж, – кот поднял лапу, останавливая меня. – Сходим за нормальным завтраком. Нет, ты сходишь, а я присмотрю за генералом, чтобы он не сбежал...

Кот запнулся, посмотрел на генерала.

— Ах, я совсем подзабыл, – голос Фени стал сладким, как патока, и от этого ещё более невыносимым. – Он же не сбежит, он же в магической клетке сидит, которую не открыть! Ахахаха!

Кот заржал мерзко, с подвыванием, подпрыгиванием и с хвостом, который он почему-то держал трубой и тряс, как погремушкой.

— Феня, – я очень медленно произнесла его имя, и в моём голосе было столько обещаний медленной и мучительной расправы, что кот, наконец, заткнулся. – Я тебя убью.

— Меня нельзя убить! Ты забыла, что я, на минуточку, магическое существо, и ко всему прочему ещё и бессмертный? – напомнил кот, но всё же сделал шаг назад. – Я перерожусь! А потом буду вечность доставать тебя, так что лучше не надо. Иди-ка ты за едой и водой, и за... ну, ты поняла.

Я вылетела из лаборатории.

Мой дом «Тихая Заводь» всегда был тихим и молчаливым, а сейчас мне чудилось, что даже стены меня осуждают и сплетничают обо мне.

«Что ты натворила?» – ворчали половицы под ногами. – «Как же так, Аглая?»

Я резко остановилась посреди коридора и прислонилась к стене, закрыла глаза.

Какой ужас! Я призвала генерала, чьё имя было у всех на устах! И, если верить газетам, он был воплощением порядка и железной воли, а сейчас сидел в клетке в моей лаборатории.

— Бездна, – прошептала я, чувствуя, как желудок скручивается от страха. – Что же я наделала...

Заклинание не сработало, или сработало, но не так.

Да, я хотела мужа, который поможет мне сохранить дом. Хотела хорошего, доброго и терпеливого мужчину. Может, не красавца, но и не урода, и чтобы был чувством юмора и пониманием, что магия – это сложная штука.

Вместо этого я получила генерала, который, судя по его выражению на лице, считал магию чем-то схожим с государственной изменой, а меня саму вообще главной угрозой королевству после всех внешних врагов, вместе взятых.

— Он меня убьёт, – прошептала я, открывая глаза. – Как только выйдет из клетки, возьмёт и убьёт, и Феню тоже. Наверное, даже Флору за компанию.

И представила, как генерал выходит из клетки, смотрит на меня этим своим ледяным взглядом и говорит: «За похищение и незаконное удержание высшего военного чина вам грозит...»

— Ох, – вздохнула я и снова закрыла глаза, схватилась за сердце. – Нужно срочно всё исправить и выпустить его. Нужно...

Нужно было бежать далеко и надолго.

Спрятаться в лесу, где-нибудь в избушке на курьих ножках, если я смогу её вырастить, а не получится снова что-то с куриными ногами, что пойдёт не туда.

Забыть про «Тихую Заводь», Корнелия, да вообще про всё на свете!

Нет, я не такая.

Это мой дом, моё наследство. И я не отдам его ни Корнелию, ни генералу, ни даже самой бездне.

— Ладно, – проговорила твёрдо, хотя внутри всё тряслось. – Сначала вода и всё необходимое, потом завтрак. Потом я разберусь с клеткой, ну а потом...