Какао для ведьмочки, стр. 3

И пока Максим обходил машину спереди, я увидела, как по ступенькам быстрым шагом спускается та самая хищница из туалета.

Глава 2

Вот же лапа лягушачья! А ведь она, по ходу, говорила об этом зеленоглазом! Ну точно! Кажется, сейчас будет ее выступление перед машиной. Максим сел за руль, а я заметно занервничала.

– Да ладно тебе! Я искренне хочу извиниться. Обещаю не приставать, – заводя машину с кнопки, он обернулся назад, чтобы задним ходом выехать с парковки.

Я уставилась на тигрицу, которая почти бегом догнала машину и начала театрально извиваясь от боли. Но когда она увидела на пассажирском сиденье меня, лицо ее заметно вытянулось. Ворона слетела с ветки и села рядом с ногами рыжей Наташки, явно заинтересовавшись происходящим. А я поблагодарила небеса за то, что в салоне машины не слышно скрипучего голоса вороны – эта пернатая дамочка была явно не из интеллигентных питерских ворон.

Максим, увидев рыжую, жестом показал ей, чтобы она проходила мимо, намекая на то, что нам надо проехать, но она снова начала корчить лицо от «боли». Ворона повернула голову набок, наблюдая за этой картиной с не меньшим интересом, чем мы с Максимом.

– Что это с ней? Может, ей нужна помощь? – беспокойно спросил он.

– Думаю, спазм желудка, во всяком случае, очень похоже на то, – с серьезным видом произнесла я. – Мы сегодня с ней уже сталкивались в туалете, когда я пыталась отмыть пятно.

– Бедняга, – сказал он, и я испугалась, что он все же решит ее подвести.

Тигрица начала уже переигрывать, охая, выпятив вперед пышную грудь, а ворона бегала вокруг нее, хлопая крыльями.

– Странная какая-то, – пробормотал Максим и, медленно объехав хищницу с крылатой компанией, выехал с парковки.

А я в боковое зеркало увидела, как она смотрит вслед уезжающему авто. Похоже, я ненароком перешла дорогу «тигрице».

– Итак, королева Елизавета, куда изволите?

– Я живу в северной части центра города, так что, если тебе не по пути, можешь просто высадить меня у метро, – пожала я плечами, пока он ловко маневрировал между машинами.

– У меня там друг живет, как раз планировал заехать, так что считай по пути. Какую музыку предпочитаешь?

– Это из серии: «мне с тобой не о чем говорить, поэтому поговорим о погоде»? – почему-то все мое нутро желало вывести этого парня на эмоции.

И что это со мной? Ну подумаешь, смазливый! Сколько таких? Да пол-универа! Ладно. Может, не пол и даже не четверть, но одна десятая точно была! Так что пусть не зазнается!

– Нет, это чисто из вежливости. Я слушаю русский рэп, и обычно это сильно раздражает девушек.

– Да мне все равно, – махнув рукой, ответила я. – Могу почти любую музыку слушать за исключением, когда кричат гроулом. Это совсем не понимаю, а остальное – валяй.

– Согласен, я тоже этот стиль не понимаю, – и он включил негромко музыку, которую я раньше не слышала.

Украдкой я старалась рассмотреть своего нового знакомого. Волевой подбородок кивал в такт музыки, руки уверенно держали руль, кожаная куртка была расстегнута, и из-под нее виднелась белая футболка. Мой взгляд бегло соскользнул вниз к джинсам и задержался на ремне, бренд которого я пыталась рассмотреть, когда поняла, что мы уже не движемся. Осознав, как это выглядит со стороны, я, полная смущения, поднимаю глаза в надежде, что он не видел, куда я смотрю. Столкнувшись с его слишком довольным взглядом, почувствовав, как краснею от самых ушей.

– Встал, – говорит он, улыбаясь.

Я даже не пытаюсь оправдаться, потому что понимаю, как нелепо это выглядит. Будто я смотрю не туда, куда нужно. Точнее, туда, куда совсем не нужно. Да чтоб его! Пусть не надумывает там себе ничего! Я не из этих его рыжих там всяких, чтобы бросаться на него только за то, что он меня до дома предложил довезти.

– Что?! В смысле, сейчас? – ошалело переспросила, пока щеки предательски горели.

– Ну да. Движение-то плотное, – и он указывает на пробку из машин спереди.

– А… Ну да, – не зная, что сказать, просто смотрела вперед на дорогу, стараясь не думать о моей нелепости. Щеки пылали, и я, стараясь отвлечься, начала кивать в такт песни.

– Ничего такая, да? – заметив, что мое тело откликается на бит, спросил он.

– Да, вполне, – и я решилась снова посмотреть в его сторону. Он поймал мой взгляд, и я не могу понять, почему мне это нравится, ведь еще утром все мои мысли занимал лишь идеальный Арсений Лавров.

Тут у Максима зазвонил телефон, на экране высветилось: «Алинка».

– Да, дорогая, – ответил он на звонок. – Стою в пробке.

Ну конечно, у такого обаятельного парня не могло не быть подружки! Я разочарованно посмотрела в окно, думая, что его простой жест чуть не приняла за интерес к моей персоне. Опомнись, Лиза! Ради этого парня устраивают целый спектакль и бросаются под колеса авто, а ты сидишь в грязном свитере, думая, что сможешь кого-то привлечь!

– Я не смогу тебя забрать через полчаса, потому что сейчас в другом конце города. Потом объясню, – и он кинул на меня многозначительный взгляд, а я от неловкости ситуации пыталась провалиться в сиденье. – Целую, дурында.

Да уж, не самое ласковое прозвище для девушки. А этот парень не так уж и хорош собой! Нос картошкой, да и с внимательностью у него не очень, вон как тигрица корячилась, а ему хоть бы хны! Вовсе не джентльмен! А что, если бы ей и правда нехорошо стало, а он вот так взял и уехал!

Я разозлилась. А поскольку мама всегда говорит, что злость на себя – это слишком негативно и может даже вызвать болезни в теле, то я решила, что во всем будет виноват зеленоглазый.

– Сестра. Просила забрать. Она фигурным катанием занимается, коньки, блестящие юбочки и все-такое, – будто прочитав мои мысли, объяснил Максим.

Ах, сестра… Ну тогда это многое объясняло. Тогда «дурында» – даже ласково…

И мне стало жарко от того, что все же еще есть шанс ему понравиться, раз у него нет девушки. Зачем мне это нужно, я не понимала, но согласитесь, было бы приятно заполучить внимание популярного парня из универа?!

– Красивый вид спорта, – согласно кивнула я. – Но, наверное, травмоопасный.

– Это да, как и любой профессиональный спорт. Однажды она неудачно упала и рассекла себе ногу, пришлось накладывать швы. Кровищи было… – его плечи передернулись от воспоминаний.

– Ужас! Надеюсь, она в порядке?

– Да, но тогда она мне вынесла весь мозг, потому что пришлось прервать тренировки. Алинка постоянно торчала дома и ныла о несостоявшейся карьере, – он поморщился.

Повисла тишина, и лишь звук басов доносился из колонок.

– Кстати, может, сходим на выступление? У них с девчонками как раз скоро концерт.

– Ни разу не была на фигурном катании, – я пожала плечами. – Видела лишь по телевизору.

Интересно, он предлагал мне одной сходить или имел в виду, что мы могли бы сходить туда вместе? Кажется, кто-то позабыл о своем черничном свитере.

– А я все детство был вынужден смотреть на все репетиции Алинки, – усмехнулся он. – А когда стал постарше, уже сам рвался с мамой пойти.

– Почему? – удивилась я.

– Ну… – он хитренько улыбнулся и закусил нижнюю губу. – Сама понимаешь. Шалили гормоны, а там на льду столько красивых девчонок танцует. Это очень… эм… завораживало.

– Ну-ну, – пробормотала я себе под нос, а он рассмеялся.

– Ладно, прости, я просто хотел предложить тебе куда-нибудь сходить вместе, чтобы не чувствовать себя виноватым за сегодняшний случай.

– Забудь, все нормально. Может, в другой раз.

Я почувствовала, как непонятная эмоция захватывала меня, и мне уже совершенно не хотелось никуда с ним ехать. Вот еще, что это за предложение пойти с ним на концерт подружек его сестры?! Я там буду сидеть и чувствовать себя как та самая «дурында», пока он будет завороженно смотреть на стройных девушек с идеальной растяжкой и в коротких юбках?!

– Я что-то не так сказал? – явно почувствовав мою смену настроения, он стал серьезным.