"Фантастика 2026-166". Компиляция. Книги 1-34 (СИ), стр. 446

Заклинание следовало друг за другом без остановки. Это было невероятно! Магия стала частью мной. А я стал частью магии. Чистой. Незамутненной. Всесокрушающей. Похожей на ураган.

Таблички. Это все чертовы таблички. Они и правда вознесли на очередную ступень. Это был запредельный уровень, о котором даже сам Га-Хор Куэль Ас-Аджар не мог и мечтать.

Я стал воплощением разрушения.

Здания разлетались обломками, тела сгорали и рассыпались в мелкую зернистую пыль, тротуар крошился, черепичные крыши превращались в пепел. Я швырял боевые заклятья направо и налево иногда даже до конца не формируя структуру. Призванные Латники рассыпались ворохом тьмы и убивали простым касанием, похожие на смерчи, сотканные из крутящихся лепестков чистого антрацита.

Не было мыслей. Не было чувств. Не было ничего кроме яростно клокочущей магии.

Но всему рано или поздно приходит конец, закончились и резервы энергетической оболочки. Конец улицы, выходящей к причалам, перестал существовать. Дымились руины разнесенных в щебень зданий, повсюду валялись мертвые тела, в воздухе летал запах гари и хлопья белесого праха.

— Они уходят, проклятые ублюдки пытаются отплыть! — вдруг яростно заорал Сорен, незаметно оказавшийся рядом.

В сознание ощущалась заторможенность, поэтому я не сразу понял, что он сказал. Затем взгляд метнулся к причалам. На многих пузатых торговцах и правда по мачтам лазили фигурки матросов, развязывая паруса. Кажется устроенное представление не слишком понравилось невольным зрителями и многие захотели покинуть партер.

— Останови их, — велел я.

Рыцарь послушно бросился вперед что-то крича. Лицо перекошено, в глазах ярость, в руках обнаженный меч — думаю парочка хоть да послушает, если не захочет, чтобы облаченный в железо взбешенный здоровяк заскочил к ним на палубу и начал рубить всех подряд.

Не обращая внимание на умчавшегося на причалы воина, я на секунду замер, прислушиваясь к собственным ощущениям. Сумеречный Круг заметно потускнел, чувствовалось опустошенность, но особенно сильной слабости, когда хочется опустить на колени, не было, тело уверенно стояло на ногах, готовое двигаться дальше.

— Значит и правда получилось, — с губ тихим шелестом слетели довольные слова, вызывая улыбку.

Ритуал значительно укрепил энергетическую составляющую организма. Раньше после такого устроенного безумия, я бы валялся пластом, судорожно пытаясь не потерять сознание, а сейчас лишь легкая слабость, которая стремительно проходит из-за вступившего в дело Средоточия, начавшего усиленно восстанавливать организм.

Я упругим шагом двинулся к пристани, стараясь не обращать внимание на развороченную мостовую и обвалившиеся стены окружающих зданий, где засели нападающие, перед тем как выскочить наружу. Часть улицы просто исчезла, основная масса врагов уничтожена, немногие выжившие бегут сломя голову, проклиная дураков-командиров, подумавших, что благодаря численному преимуществу смогут одолеть колдуна, на деле оказавшегося ожившим кошмаром.

Рядом обгоняя, пропыхтел казначей, на ходу попытавшись изобразить поклон. За низеньким толстячком спешила жена, тяня за руки детишек, на темную фигуру в плаще женщина старательно не смотрела.

Я мысленно усмехнулся и прибавил шаг, потому что Сорен махал рукой, указывая на один из кораблей у причала. Похоже «Упрямый Грешник» все же дождался своих пассажиров, а значит пришла пора попрощаться со ставшим негостеприимным Халь-Стаадом.

Глава 14

14.

Корабль шел ходко, за бортом плескались волны, огромные белые паруса наполнял ветер, легкое покачивание палубы едва замечалось, позволяя по-настоящему насладиться морским путешествием.

Шел пятый день плаванья.

На походной жаровне матросы разожгли огонь и жарили по очереди дневной улов — несколько десятков серебристых рыбин необычной плоской формы. По словам ценителей — неплохой деликатес с весьма специфическим вкусом, если добавить в нужных пропорциях специй.

С учетом что кормили на борту в основном солониной из бочек и сухарями, многие ждали лакомства с нетерпением, готовые заплатить по серебряной монете за рыбину. Ценник устанавливали матросы, доставшие добычу, но никто не роптал, понимая, что в ином случае придется довольствоваться приевшейся дрянью из бочек. Люди столпились на палубе, создав кружок, в центре которого стояла жаровня, издававшая умопомрачительные запахи готовящейся еды.

И да, невзирая на первоначальные договоренности, хитрый капитан «Упрямого Грешника» взял на борт дополнительных пассажиров, когда находился в порту. Он выгрузил товары и принял людей, не в силах противостоять вспыхнувшей жадности после того, как услышал сколько готовы заплатить за возможность покинуть ставший опасный город.

Торговые приказчики, купцы, несколько иноземцев, случайно оказавшихся в Халь-Стааде во время беспорядков, мужчины и женщины, с семьями и одиночки — всего около трех десятков человек, решивших добраться до более спокойных мест морем.

По заверениям капитана, всех высадят в ближайшем порту, до которого оставалось пара-тройка дней, затем дорога пойдет строго на юг, как главному заказчику и требовалось. В отличие от прочих, заплатившего за найм целого корабля, и не понявшего шуток, когда увидел переполненный людьми трюм.

Я и правда едва не вспылил, подумав, что вольный торговец, решил нас кинуть. К счастью для Хаффа, капитана «Упрямого Грешника», я дал шанс объясниться, прежде чем отправлять на дно его чертово корыто. Он заверил, что никакой задержки не будет и что конечный пункт назначения остался без изменений, а заход в порт, где оставят высыпавшую на палубу публику, не займет много времени. К тому же, это позволит пополнить припасы перед основным рывком в Южные воды, где нормальные порты встречаются гораздо реже, чем здесь.

В общем, он меня убедил, к тому же, устраивать разборки, когда в затылок дышит погоня, высланная взбесившейся городской стражей, стянувшей в портовой район все наличные силы, была не самой лучшей идеей.

И мы отплыли, вместе с еще несколькими десятками кораблей, наконец понявших, что ждать дальше нельзя и лучше переждать в другом месте — разнесенная магией улица ясно показала, что уровень противостояния вышел на другой уровень и под угрозой могут оказаться все, включая остававшиеся на рейде торговцы. Ведь никто точно не знал, что случилось, а грохот и взлетевшие в небо каменные обломки видели все, разумно предположив держаться от такого подальше.

Неизвестно, что в Халь-Стааде произошло дальше, но думаю ничего хорошего, по крайней мере для партии войны.

Ха, забавно все-таки, партия мира оказалась более агрессивной, нежели партия войны, желавшая дать вооруженный отпор притязаниям со стороны Закатных Островов. Обычно склонные к компромиссам оказываются на стороне пацифистов или кого-то подобного, а тут строго наоборот. Ирония судьбы, по-другому не скажешь…

— Я договорился — нам принесут рыбу сразу, как первые порции будут готовы, — сказал Сорен, поднимаясь на квартердек, где стоял я, наблюдая за морем с верхней палубы. Тут же находился штурвал и рулевой, ведущий корабль.

Мы с рыцарем жили в отдельных каютах, в отличие от остальных, вынужденных ютиться в трюме и спать в гамаках, как обычные матросы. Поначалу это вызвало злость и зависть, один толстяк-купец даже пытался предъявлять за это Хаффу, вопя о серебре, которое он заплатил. Но быстро заткнулся, получив спокойный ответ, что если что-то не устраивает, то недовольный может проваливать прямо в море, а если продолжит орать, то ему в этом помогут палубные матросы, к этому моменту начавшие с интересом прислушиваться к скандалу и явно бывшие не прочь выбросить визгливого пузана за борт. Принеся в жертву, так сказать, морскому богу.

А что, хорошая традиция, говорят помогает удачному плаванью. Главное найти подходящего кандидата. Или кандидатов. В этот момент капитан обвел холодным взглядом остальных пассажиров, так же с любопытством наблюдавших за происходящим и явно ждущих чем кончится, чтобы тоже при случае выкатить требования.