"Фантастика 2026-166". Компиляция. Книги 1-34 (СИ), стр. 260

Я поднял почти пустой кувшин и вылил остатки в кубок. В рот снова полетела полоска вяленого мяса, слегка жестковатая, но с приятным пряным вкусом. Такой хорошо оттеняет горечь красного вина…

Тэлэш наградил глупого барона магическими способностями, но потребовал за это плату — человеческие жизни, умерщвленные особо мучительным образом. Что неудивительно, ведь его госпожа являлась повелительницей страданий и боли.

Барон согласился и тем самым совершил роковую ошибку, стоившая ему не только жизни, но и жены и детей. Сначала темный дух питался жертвами, затем поглотил самого барона, влившись в человеческое тело, как в сосуд.

В конечном итоге все закончилось плохо, произошел бунт, безумного хозяина, одержимого демоном, убили вместе со стражниками, сам замок сожгли. На несколько следующих лет он получил репутацию проклятого места куда лучше не соваться, если не хочешь потерять жизнь.

Казалось бы, история подошла к логическому концу, зло наказано, добро восторжествовало. Но не тут бы было. Спустя какое-то время в округе случился крупный неурожай, и какая-то не слишком умная голова вдруг вспомнила о проклятом замке. И местные не нашли ничего лучшего, как обратиться к силам Нижних Миров за помощью.

— Иногда идиотизм не лечиться, — я хмыкнул и начал неспешно одеваться, вспоминая концовку рассказа.

Жители самой ближайшей к замку деревни отправились туда и нашли предмет с помощью которого барон творил свои жуткие дела. Был проведен обряд призыва. Кто точно объяснил, что надо делать, непонятно, подозреваю это была вся та же «светлая голова», знавшая чересчур много для простого крестьянина. Думаю, за этим изначально стояли потусторонни силы в лице Тэлэша и его властительницы Сарнии, не забывшие «урожайный» в плане принесенных жертв край.

В любом случае, дело было сделано и по большей части неважно кто сыграл роль изначального катализатора. Главное — люди согласились на новую сделку с обитателями Нижних Миров.

Теперь два раза в год повелительнице боли и страданий в городке приносят человеческие жертвоприношения в обмен на покровительство, благополучие и процветание окрестных земель.

История сделала разворот и вернулась к истоку.

Режут не всех, у местных хватило ума не хватать случайных путников, а использовать бродяг и разного рода сброд, часто забредавший в эти края. Разбойниками и ворами тоже не брезговали, считая такой подход компромиссом, чтобы не пришлось выбирать нормальных людей, особенно из числа добропорядочных горожан самого городка.

Каменные дома которого, к слову, выросли как раз за счет наполовину разобранного замка, со временем превратившегося в руины.

Обо всем этом Хизер бесхитростно поведала, как о чем-то обычном, закусывая вином сыром, когда между постельными утехами наступил перерыв. Сначала я слушал рассеяно, не обращая внимания на болтовню девицы, больше занятый ее молочно-белой грудью, но затем прислушался, с академическим интересом понемногу выявляя все более новые подробности.

Причина для рассказа была одна — именно сегодня был один из двух дней в году, когда должно свершиться очередное жертвоприношение. Но самое главное, до окончания никому из оказавшихся внутри стен путников, не разрешалось покидать город…

В дверь деликатно постучали. Полностью одевшись и подойдя к окну, я бросил через плечо:

— Открыто.

Сзади раздался скрип плохо смазанных петел, в проем шагнул Сорен.

— Вы уже проснулись? — спросил он очевидное.

Вместо ответа я толкнул вторую створку ставен, распахивая окно настежь. Перед глазами открылась вся городская площадь. Телега уже стояла в центре, с нее осторожно что-то сгружали, завернутое в еще один слой плотной ткани, будто мешковины сверху бортов телеги оказалось мало.

— Знаешь что это? — я кивнул на творящееся действие.

Имперец подошел ближе, полный доспех он одевать с утра не стал, ограничился нагрудником, но выглядел отлично. Черные волосы аккуратно зачесаны назад, подбородок и щеки выбриты до синевы. Общий вид подтянутый и собранный, готов хоть к бою, хоть к застолью.

— Трактирщик упоминал, что у местных сегодня какой-то праздник, — нейтральным тоном ответил Сорен.

По моим губам скользнула усмешка. «Какой-то праздник» — интересное определение для человеческого жертвоприношения в дар темному божеству. С другой стороны, а чего стесняться, в определенном смысле для жителей городка это действительно торжество, обеспечивающее привольную жизнь в достатке и сытости.

К тому же, поклонение обитателям Нижних Миров далеко не во всех землях под запретом, в некоторых городах, и даже королевствах, к такому относились спокойно. Открыто резать на алтарях людям глотки, конечно, не разрешали, но на исчезновения бродяг и нищих смотрели закрыв глаза. Впрочем, на пропажу подобных личностей власти никогда особо не обращали внимание и без всяких жертвоприношений.

Хотя конечно большинство предпочитало богов из Верхних Миров, спокойнее и безопаснее для душевного спокойствия. Храмы таким божествам стояли прямо в городах. Не приходиться лазить по развалинам и катакомбам в поисках проклятых алтарей.

— Местные жители выбрали в качестве покровительницы для родного города Сарнию, — тихо промолвил я, и полубернулся, чтобы видеть реакцию гвардейца на следующий вопрос: — Знакомое имя?

Брови Сорена скакнули наверх.

— Что⁈ — пораженно выдохнул он.

Я удовлетворенно кивнул.

— Значит знакомо, — протянул руку к столу и взял кубок с недопитым вином, задумчиво продолжил: — Самое забавное, что девица, рассказавшая о предстоящем действе, говорила об этом, как о чем-то привычном, будничном для всех остальных горожан. Представляешь?

— Люди быстро привыкает к плохому, — хмуро буркнул гвардеец, справившись с секундным замешательством. Сообщение о Сарнии застало имперца врасплох, он прекрасно знал, что это за богиня и какие подношения предпочитает, поэтому легко догадался, что за термином «праздник», упомянутым дородным трактирщиком, ничего хорошего не скрывается.

— Ты верно все понял, — подтвердил я. — Горожане собираются прикончить парочку бродяг, принеся в жертву своей темной госпоже. И учитывая ее характер, скорее всего сделают это особо мучительным образом.

Сорен метнул на меня быстрый взгляд.

— Мы их остановим? — спросил он и ожидающе замолк.

Я потянул время, неспешно сделав еще один глоток. Вино окончательно выдохлось, мелькнула мысль заказать новый кувшин вместе с тарелкой свежих закусок.

— Думаешь имеет смысл вмешиваться? В конце концов, формально они не делают ничего запрещенного в этих краях, — по моим губам скользнула тонкая улыбка, и я добавил: — Ведь это их город, и их законы.

Сорен открыл рот, помедлил и медленно закрыл. О таком он не подумал. Его проблема в том, что слишком долго он вел себя как рыцарь, воспринимая себя определенным образом, что не могло не отразиться на поведении.

К тому же, если он и был рыцарем, то темным рыцарем, пришедшим с армией захватчиков, вторгнувшихся на континент. Об этом тоже не стоило не забывать.

Ну а самое главное, Сорену не следовало забывать с кем он говорил. Я может и не само зло, но уж точно не защитник обиженных и обездоленных. Бросаться в бой защищая случайного бродягу только потому, что он человек, я точно не собирался. Тем более, неизвестно что этот бродяга успел натворить, может прикончил кучу народу и вообще насильник и детоубийца, чью душу вполне оправданно отдать повелительнице боли и страданий.

О чем я и поведал Сорену. Тот хмуро слушал, явно не слишком согласный, но не спорил. И вспомнил наконец с кем говорит. Ожидать от черного мага, якшающегося с темными силами сострадания, все равно что ждать, что хищник станет травоядным.

— Не одобряешь? Можешь не смотреть. В любом случае, до окончания церемонии, уехать из города не получится, страже дан приказ никого не выпускать до следующего утра.

Гвардеец пожал плечами.

— Мы могли бы силой прорваться.

Похоже продемонстрированные вчера воинские навыки стражей у ворот не произвели на Сорена особого впечатления.