"Фантастика 2026-166". Компиляция. Книги 1-34 (СИ), стр. 136

И последнее, но не по важности — «Средоточие». Символ «Крепости духа» видоизменился, слившись с «Меткой Тонких Путей», в результате родился совершенно новый знак, несущий в себе черты двух прежних. Влияет на организм заклинателя, и на его физические и психоэнергетические параметры. Сила, скорость, выносливость, рефлексы, регенерация, размер энергетической оболочки. После изменения все немного повысилось, но не сильно. По крайней мере не так, как хотелось бы. Я стал чуть быстрее и сильнее обычного человека, однако не превратился в супермена. Для этого требовалось терпеливое и медленное развитие. Не знаю, как в этом случае повлияет скачкообразный рост на организм, все-таки не хотелось превратиться в какого-нибудь мутанта. Но перспективы тем не менее воодушевляющие. Улучшения физической оболочки шло в одном ряду с развитием боевых заклинаний.

В перспективе если все сделать правильно, мой уровень превзойдет уровень Га-Хора Куэль Ас-Аджари, который считался в Коллегии имперских магов весьма опытным заклинателем.

Но для этого сначала необходимо выбраться к людям…

'… говорю тебе, они совершенно потеряли ориентиры. Коллегия вырождается, старцы из Совета полностью легли под чиновничью шушеру при Дворе, выполняя любые пожелания, даже если это идет во вред другим заклинателем, — в голосе Га-Хора убеждение в собственной правоте, но на собеседника это не производит особого впечатления.

— Ты всегда был слишком увлекающейся личностью, — попенял ему идущий рядом мужчина в таком же плаще заклинателя, как и Га-Хор.

Маги неспешно прогуливались между разбитыми клумбами неестественно ярких и красочных для рожденных в природе цветов. Даже случайно брошенный взгляд подсказывал, что к появлению каждого бутона приложила рука магия. Не бывало в обычной среде подобных растений.

— Они изгнали меня, велели убираться из Башни, дали направление в отдаленный военный форт. Глупцы, думают это их спасет, не понимают, что угроза вовсе не я и те, кто поддерживает мои убеждения.

При этих словах собеседник Га-Хора покосился на него.

— Кстати об этом, я слышал ряды желающих перемен стремительно растут, — помедлив неспешно заметил он. — Но это только провоцирует Совет на новые репрессии. Ты не думал, что стоило бы изменить подход?

«Бунтовщик» бросил быстрый взгляд на зрелого мага.

— Ты имеешь в виду, спровоцировать изменения в политике Коллегии изнутри? — он махнул рукой. — Бесполезно. Старики из Совета ни за что не отдадут власть. А попытки их переубедить ни к чему не привели. Поверь, я пытался, и не раз.

— И добился лишь своего изгнания, — мягко указал заклинатель.

Га-Хор нахмурился, раздраженно дернул головой.

— Это куда лучше, чем сидеть в отдалении, выращивая разные травки, — бросил он и понял, что переборщил и торопливо добавил: — Извини, конечно, вы здесь делаете нужное дело для всех идущих по пути Истинного познания.

Его спутник неспешно кивнул, принимая извинения. Хотя сказанный упрек со стороны более молодого коллеги все же задел за живое.

— Многие шутники называют нас «садовниками» и смеются над нашей деятельностью, забывая, как часто обращаясь к хранилищам Коллегии с алхимическими ингредиентами, в числе прочего, они получают компоненты для магических ритуалов, выращенные здесь, — сказал он.

— Работа Оранжереи очень важна, — быстро вставил Га-Хор, кляня себя за вырвавшуюся вспышку раздражения.

— Это так, — снова неспешно кивнул собеседник и повторил слова заклинателя: — Работа Оранжереи очень важна…'

Я резко открыл глаза.

Оранжерея! Вот где я находился. Один из исследовательских и одновременно производственных объектов Коллегии. Здесь выращивали редкие растения, экспериментировали со старыми, выводя новые виды.

Теперь я знал, где находился и понимал, куда нужно идти. Но для начала следовало хорошо осмотреться. Здесь могло остаться что-нибудь важное. Впрочем, важное здесь всегда было только в одном месте. Я метнулся по галерее-коридору к арочным проемам, уставился в ближайшее и замер. Из груди вырвался разочарованный вздох.

Научно-исследовательский комплекс Имперской Коллегии магов и заклинателей имел форму буквы «П», именно в такой виде располагались здания. На концах невысокие башенки, по бокам пристройки, соединенные галереями-переходами. Внутри огороженного периметра внутренний дворик с посадками, включая закрытые стеклянные оранжереи по типу зимнего сада для круглогодичного выращивания урожая, включая самые холодные зимы.

Так по крайней мере было когда-то. Сейчас всего этого больше нет. Две трети зданий исчезли, остался лишь короткий огрызок с полуразрушенной башней, где не хватало двух верхних этажей.

— Пять гребанных веков, — я вздохнул. — Ничего удивительного, что все растащили.

Или это не работа крестьян из ближайших деревень, разобравших каменных постройки под свои нужды? Разрушения вполне могли оказаться результатом магического удара. Когда начались волнения и древо империи зашаталось, многое пошло вразнос. В том числе заклинатели начали выяснить отношения между собой, не сдерживаясь в средствах поражения.

Что такой сугубо гражданский объект, как Оранжерея, мог противопоставить масштабному нападению? Или, наоборот, оказали слишком упорное сопротивление, препятствуя захвату и взбешенный противник нанес сокрушительный массированный удар, не считаясь с последствиями? Сейчас уже не узнаешь.

Я вылез через арочное окно наружу, спрыгнул вниз. Почва под ногами упруго прогнулась. Огляделся. Ничего, только редкие кустарники, облезлые в преддверии наступившей осени, пожухлая трава и угадываемые границы прошлой расчищенной площадки.

Если приглядеться, можно даже угадать контуры, где раньше располагались посадки и здания. Сейчас все скрыто землей, даже руин на месте недостающих зданий не видно.

— Здорово по ним чем-то шарахнули, — я покачал головой.

Ничего не осталось, только ровная площадка, показывающая, что раньше здесь все же что-то было.

Редкие растения, применяемые в магии и алхимии, не сохранились, хотя наверняка в первые годы росли буйным цветом. Но пять чертовых веков, есть пять чертовых веков, после такой прорвы времени мало что останется. Тем более рассады, требующие береженого обращения и тщательного ухода.

— Очень жаль, — я припомнил видение. Судя по всему Га-Хора находился здесь в период, когда направлялся в место ссылки, и Оранжерея вовсю работала, поставляя в Коллегию урожаи редких травок. Сейчас все заросло сорняками.

Однако внезапно всплывшее воспоминание оказалось не так бесполезно, как могло показаться. Я, то есть Га-Хор Куэль Ас-Аджар был здесь раньше и знал, где Оранжерея находится. А значит имел представление в каком направлении идти, чтобы выбраться.

Разумеется, если все осталось, как прежде и ничего не изменилось. Все-таки прошло пять столетий. Но шансы имелись. Люди не растения, так просто не исчезают и крайне неохотно покидают обжитые места.

Если верить воспоминаниям Га-Хора примерно в двух дня пути отсюда на восток должен находится небольшой городок, стоящий на пересечении нескольких торговых трактов. А где-то посередине будет придорожный трактир в маленькой деревеньке, уютное пристанище для уставших в дороге путников.

В небе серые облака, но кажется не будет. Мелькнувшее в просвете солнце едва перевалило за полдень, а значит до темноты еще есть время. Прохладно, но терпимо. Тем более все равно ничего нет, только тонкая дорогая рубаха из тонкого черного шелка.

Я хмыкнул, представив, как деревенские выпучат глаза, увидев кто явился к ним из леса. Надо будет обязательно сделать небольшой крюк, чтобы появится со стороны торгового тракта, так можно будет списать свое неподходящий для долгих путешествий внешний вид на нападение разбойников. Понятия не имею водятся ли они в этих краях, но такая ложь почти везде сойдет за правду. Лесных братьев хватает повсюду, даже в более благополучных и обжитых районах, где за порядком следят специальные егеря.