"Фантастика 2026-166". Компиляция. Книги 1-34 (СИ), стр. 1040

Ария извернулась и, что было силы, укусила министра за руку. Ливий взвыл, страшно выругался, но принцессу не выпустил, потащил в замок, поднялся наверх и запер её в дальней комнате самой высокой башни.

Вот что поведал он Демире, когда отобедали они с Феанором и отослали гостя в опочивальню отдохнуть.

Королева стояла, скрестив на груди руки, смотрела на сидящую на кровати принцессу, растрёпанную, в разорванном на плече платье, и молчала. Они так похожи были, Демира и Ария, будто мать и дочь, будто родные сёстры, что Ливий вновь напомнил себе, что это случайно, кровного родства меж ними нет. Но разве так бывает? Чтобы два разных человека были так схожи меж собою, если не одна кровь течёт по их жилам? Демира смотрела на Арию, и принцесса выдержала её взгляд, не отвела глаз.

– Не гоже так ронять себя, Ария, – сказала Демира, – девственность – это сокровище. Его нужно хранить до замужества и отдать своему избраннику. В чистоте брачной постели, освящённой молитвой Кроносу и Деметре, а не на скотном дворе, валяясь с конюхом, как свинья.

– А у тебя так было, моя королева? – осмелилась спросить Ария, дерзко сверкая огнём чёрных глаз.

Память-нищенка бросила Демиру в Агропу, город визиря Аль Магруфа. Холод грязного заплёванного пола солдатской казармы почувствовала обнажённой спиной руанская Королева, глохла от воплей грязных ртов, извивалась под десятком потных рук, кричала, раздираемая плотью тяжёлых тел, и крик её осипшего горла тонул в их пьяном хохоте.

– Нет, дитя, – спокойно ответила Демира, – у меня не так было. Но то не моя вина и не мой выбор. Тебе я доли такой не желаю.

– А я не желаю быть жертвенной овцой! – горячо воскликнула Ария.

– Ты многого не знаешь, и я не могу открыть тебе, пока не пришло время, – ответила Королева, – посидишь тут покуда, смиренной станешь. Свадьбу сыграем как можно скорее, – это она сказала уже Ливию, – идём, у нас много дел.

– Я не смирюсь, моя королева! – крикнула вслед закрывшейся двери Ария, но лишь лязг железного засова был ей ответом.

Оставшись одна, она в бессилии схватила глиняный кувшин для воды и метнула его в каменную стену, разбив дождём осколков. Металась по тесной комнатке, подбежала к окну, подтянулась на прутьях решётки, выглянула наружу. Ох, как высоко! Как же выбраться отсюда? Решётка тяжёлая, не поддаётся, не раскачать, глубоко сидят в стене железные прутья.

Ария схватила тяжёлый каменный табурет, так велико было желание вернуть утраченную свободу, что хватило силы бросить его о решётку. Но лишь кусочек камня скололся с угла табурета, а железный прут даже не погнулся. Да неужели она так и просидит в этой комнатке башни до свадьбы?

Принцесса упала на кровать, в отчаянии уткнулась лицом в подушку, кусая губы. Нет, нельзя позволить горестным мыслям завладеть ею. Нужно искать выход. Придумать, как выбраться отсюда.

Тихий свист, похожий на трель синицы послышался снаружи. Ария вздрогнула, вскочила с кровати, прислушалась. Свист повторился. Принцесса схватилась за прутья решётки, подтянулась к окну, выглянула. Внизу стоял сын конюшего, размахивал руками. Увидев её, просиял, показал что-то в руке, замахнулся. Ария кивнула понимающе, отскочила в сторону.

Рихард не зря лучше всех играл в бабки, и битку мог метнуть выше и дальше всех. И сейчас сумел, добросил. Камень, обёрнутый в тряпочку, влетел в окно и упал на пол. Ария подхватила свёрток, развернула. Да! Маленькая стальная пилка была завёрнута с камнем! Теперь бы только ночи дождаться, и уж она перепилит решётку! А верёвку совьёт из простыни, разорвав её на полосы. На это ей хватит времени, полдня ещё впереди.

– Я разрушу твой план, моя королева, – тихо мурлыкнула, торжествуя скорую победу, Ария.

Глава девятая

Укрощение строптивой

Ария успела подпилить два прута решётки ещё до наступления ночи. И верёвку сплела, разорвав на полосы простыню, сплетя их жгутами и связав между собой.

Приходил Ливий, принёс ей ужин. Она, будто чуяла его приход, успела лечь и притворилась спящей. Не станет же дядько проверять, сколько простыней на постели принцессы! Он и не стал. Поставил корзину с едой на стол, подошёл к её кровати, постоял, всматриваясь в спокойное лицо девушки, и тихо вышел. Ария облегчённо вздохнула.

Едва дождалась она наступления сумерек.

Природа была заодно с нею в тот вечер. Хмарью серою затянуло небо, посыпал мелкий дождь, студёный ветер подул, прогнал в дома горожан. Ария видела, как быстро прошёл в обход башни стражник, как остановился, потирая иззябшие руки, и поспешил внутрь согреться глотком вина. Не медля, девушка схватила пилку, и заскрипело железо по железу, визжа и плача, и в скрежете том чудилось пленнице метание собственной души, запертой в тесной клетке. Ничего, скоро она обретёт свободу.

Чувствуя, что металл поддаётся, слабеет, Ария вцепилась в прутья, с силой качнула их в разные стороны и вытащила, не заметив, что в кровь расцарапала руки. Положила осторожно на пол, не бросая, страшась, что на звук упавшей железяки в башню примчится дозорный. Оглядела отверстие в решётке. Ох. Только кошке впору пролезть.

Принцесса достала из-под подушки сплетённую верёвку, завязала её меж двух прутьев, крепко затянула узлы, просунула наружу голову, зажмурилась от брошенной в лицо холодной колючей мороси.

– Велес, дух свободный, подсоби на волюшку выбраться, – она выдохнула, осторожно поворачиваясь, пролезая в пропиленную дырку.

Застряла, не проходило плечо. И крепко застряла, ни назад, ни вперёд. Железо врезалось в тело, давило больно, Ария пыхтела в злом упорстве, тщетно пыталась пройти наружу, но только теряла силы и время. Голова была снаружи, волосы намокли, лицо хлестал холодный дождь, а тело осталось в комнате. Девушка стояла на цыпочках, едва могла дотянуться до пола, и ноги её уже затекли и болели.

Вот придёт утром Королева и так и застанет её – голова снаружи, зад внутри. Даже сбежать не сумела. Свободу свою вернуть не сумела. Тряпка. Неудаха. Разве ж равняться ей с Королевой?

Ария шмыгнула носом, представив себе спокойное лицо Демиры и едва заметную насмешку в уголках глаз. И ровный голос, и слова… Что она всегда говорит в таких случаях? «Дитя неразумное!» Покровительственно, снисходительно, устало. Такая она и есть, Ария, принцесса, престолонаследница. Дитя неразумное. Ни на что не годное, вот и спешит её Королева замуж выдать, игрушкой царя Феанора сделать, забавушкой, чтобы с глаз долой и с сердца вон срамоту эдакую!

И так обидно стало ей от этих мыслей, что зубы сжались от злости, и бешено рванулась вперёд, и проскользнула наружу! Плечо высунула, руку выпростала, ухватилась за камень башенной стены, вытащила второе плечо, вторую руку высвободила, схватила верёвку и, держась за стену, встала в оконный проём.

Будто птица, из клетки вырвавшись, стояла принцесса над пропастью, тяжело дышала, копила силы перед прыжком. Она расправила бы крылья, будь они у неё, и полетела бы убывающей луне навстречу, да только человеком рождена была, не птицей крылатой.

Дождевая морось сменилась снежной крупой, сухой, колючей. Ария стряхнула оцепенение, глубоко вздохнула, оттолкнулась от стены и поскользила по верёвке вниз.

У самой земли сильные руки подхватили её, поставили на ноги, распутали верёвку.

– Ты не в войсках ещё? – буркнула Ария, даже не удивившись встретившему её Рихарду.

– Завтра с рассветом, – тихо ответил он, набрасывая плащ ей на плечи. Принцесса закуталась в него, накинула капюшон на голову, и сразу стало теплее, перестал бить озноб.

– Держи, – Рихард протянул ей набитый снедью мешок, повесил на спину лук, подал колчан со стрелами, короткий кинжал в кожаных ножнах.

– Благодарствую! – глубокая признательность была в голосе Арии, когда она принимала из его рук оружие. – Свои ведь отдал, – кивнула она на стрелы. Помнила, как вместе оперяли их пером чёрного ворона.

– Воеводы королевы дадут мне оружие, – напомнил Рихард. – Куда поедешь? – спросил её о судьбе грядущей. – Кто даст тебе приют, беглянка дерзкая?