Тренер Гильдии Фамильяров. Дилогия (СИ), стр. 80

– Ничего не понял, – уставился на меня Серёга. – Ты ж сам хотел с ним поговорить.

– Это уже ты сам придумал. Цель была проследить, – заметил я. – Мы проследили. Пичугин просто курьер. Шестерёнка. Если мы прижмём его в подворотне, он ничего не скажет. А завтра за такое счета моей гильдии могут заблокировать.

– Хотя ты прав, да, – согласился Серёга. – Если он общается с такими людьми…

– А вот медийное лицо, которое явно берёт взятки… Это уже зацепка, – ухмыльнулся я, затем поднялся из‑за стола. – Жди меня здесь, Серый. Пойду, возьму автограф у звезды.

Серёга судорожно схватил меня за рукав, утягивая обратно на стул.

– Стой, Горай. Ты со своей каменной физиономией только спугнешь его, – зашипел он, и его глаза азартно блеснули, – он тёртый калач, на дешёвые понты не поведётся. А вот на лесть такие медийные гуси клюют безотказно. Смотри и учись, как работают профессионалы социального инжиниринга. Хе‑хе.

Не дожидаясь моего ответа, Серёга вскочил из‑за стола. Взъерошил свои и без того лохматые волосы, нацепил на лицо выражение абсолютно щенячьего восторга и зигзагами, имитируя лёгкое опьянение, направился прямо к столику телеведущего.

– Да ладно⁈ Быть того не может! – заорал Серёга на весь бар, заставляя нескольких мрачных работяг за соседним столиком недовольно обернуться. – Самуил Широков⁈ Здесь⁈ В этой дыре⁈ Мужики, да вы не понимаете, кто к нам зашёл! Это же легенда!

Широков вздрогнул. Его рука, державшая кружку, замерла, так и не донеся крафтовое пиво до рта. В первую секунду на лице Широкова мелькнула паника. Быть узнанным в этом заведении явно не входило в его планы.

– Парень, потише, – процедил комментатор, озираясь. – Ты обознался.

– Не, точно не обознался. Я ваш голос из тысячи узнаю, – Серёга плюхнулся на стул прямо напротив Широкова, бесцеремонно вторгаясь в его личное пространство. – Я же все ваши обзоры смотрю. Вы гений аналитики! Самуил, дадите автограф? Блин, а ручки‑то нет…

Друг зашарил по карманам, а я в это время подошёл к столику.

– А давайте мы вас угостим⁈ – заблестел счастливым взглядом Серёга. – В честь такого события!

Я поймал растерянный взгляд Широкова, но моё лицо было непроницаемым.

– Мой друг большой поклонник вашего таланта, господин Широков, – ровно произнёс я, отодвигая ногой пустой стул. – Не откажите в чести.

Широков смерил меня настороженным взглядом, но, не увидев агрессии, слегка расслабился. Паника уступила место профессиональному тщеславию. Серёга был прав. Обожание фанатов было для таких как он своего рода наркотиком, и Серёга отыгрывал роль преданного поклонника просто безупречно.

– Ну… раз уж узнали, – Широков снисходительно усмехнулся, чуть резче обычного поправляя воротник куртки. – Только давайте без лишнего шума. Я здесь инкогнито. Изучаю, так сказать, изнанку жизни простых болельщиков, так нужно для нового сюжета.

– Конечно, никакого шума, – радостно закивал Серёга.

Он отправился к стойке, я же отправил сообщение другу, что не буду пить, и чтобы он прихватил мне минералку. Затем мы немного побеседовали с Самуилом. В основном говорили о Бетонке и новом сезоне Бронзовой лиги.

– Так, я здесь, – Серёга поставил на стол бутылку виски с золотистой этикеткой, три стакана, и небольшое ведёрко со льдом, затем поставил передо мной литровую бутылку «Ессентуков». – А выпьем мы за знакомство. И за вашу гениальную аналитику.

Он щедро разлил янтарную жидкость по стаканам. Я плеснул себе минералки. Широков расслабился окончательно, кинул себе три кубика льда и чокнулся с Серёгой, махом опрокидывая в себя напиток.

Я же пригубил минералку. И приготовился к долгой осаде.

Серёга между тем работал филигранно. Он активно выпивал с комментатором, травил байки с арен, сыпал фамилиями второсортных гладиаторов и методично, порция за порцией, развязывал звезде язык. Широков, польщённый вниманием и подогретый алкоголем, капля за каплей начинал терять бдительность.

Бутылка сомнительного виски опустела наполовину, когда мой друг начал обсуждать с Широковым последние сплетни Золотой Лиги. Теперь Серёга уже не притворялся, он был изрядно подшофе.

Комментатор вроде бы и не выглядел пьяным, держался очень неплохо. Но я видел как он размяк, окончательно расслабился. Лицо его покраснело, а голос приобрёл те самые бархатистые интонации, которыми он вещал с телеэкранов.

Я сидел молча, цедя тёплую минералку. Ждал нужного момента.

– Самуил, вот вы же всё знаете, – заплетающимся языком протянул Серёга. – Вы же там, на самом верху! Наверняка с такими серьёзными людьми общаетесь. А нам… простым смертным, это даж и не снилось.

– Инсайды, спонсоры, все дела… – добавил я от себя.

Широков снисходительно усмехнулся, покручивая стакан.

– Да ну, обычная работа, ребята, – ухмыльнулся он. – Информация это валюта. А я, как аналитик, должен знать курс этой валюты. Ничего сверхъестественного.

Я решил, что пора вступать в игру.

– Информацией нужно уметь распоряжаться, – ровно произнёс я, глядя ему прямо в глаза. – Кстати, о серьёзных людях. Тот человек, что сидел с вами до нас… Кажется, у него очень знакомое лицо.

Широков едва заметно напрягся. Его пальцы крепче сжали стакан, а из взгляда на секунду исчезла пьяная поволока.

– О, этот? – комментатор попытался отмахнуться с небрежной легкостью, но вышло фальшиво. – Обычный знакомый. Человек больших связей в узких кругах. Вы вряд ли пересекались на аренах. Он не из спортивной тусовки.

Мы с Серёгой обменялись короткими взглядами. Широков закрылся. Он был пьян, он был тщеславен, но он не был идиотом. Информацию о Пичугине он просто так не сдаст. Слишком велики были ставки. И причин много. Одна из них лежала в пухлом конверте, во внутреннем кармане его куртки.

Нужно было менять тактику. Я отставил стакан с минералкой, подался вперёд.

– Послушайте, Самуил, – мой голос стал тихим и доверительным. – Давайте откровенно. Я наставник «Огненных львов». Моя команда сегодня прошла первый раунд квалификации на Бетонке. Мы вынесли «Стальных Бивней», и мы пойдем дальше.

Широков прищурился, узнавая меня.

– Ах, вот оно что, – улыбнулся он. – Те самые «Львы», которые ломают об колено все прогнозы букмекеров… Наслышан. Выскочки сезона.

– Выскочки, которым нужны деньги, – жёстко поправил я. – А вам, как главному инсайдеру арены, нужны сенсации и эксклюзивы с самого низа. Вы же видели, как работает моя команда.

– Конечно видел, – кивнул Широков. – И не только. Я был комментатором на втором этапе.

– Я знаю изнанку турнира, – продолжал я. – А вы знаете тех, кто ставит на нас деньги. Уверен, мы можем быть полезны друг другу. Можем придумать взаимовыгодный формат сотрудничества.

Комментатор оценивающе прищурился. Его расслабленность окончательно улетучилась, уступив место расчётливому взгляду дельца. Я понимал, что значит эта пауза. Самуил прикидывал риски и возможную маржу от того, чтобы заполучить ручного инсайдера, и это прямо в команде, которая рвёт всех в квалификации.

– Взаимовыгодный формат… – задумчиво протянул Широков, доставая из кармана смартфон. – Это звучит разумно, Артур. Эксклюзивы нынче в цене.

Он продиктовал свой номер. А я сохранил его в памяти телефона, сделал дозвон, поделившись своим номером.

– Я позвоню вам чуть позже, Горай, – Широков поднялся из‑за стола, затем покачнулся и поправил куртку. – А пока… постарайтесь не вылететь на третьем этапе… Кстати, – он показал на бутылку виски, – неплохой напиток.

Он развернулся и быстро направился к выходу из бара.

– Лихо ты его окучил, – усмехнулся Серёга, провожая его взглядом. Затем допил виски, икнул. – Я бы так не смог.

– Ты хорошо его подготовил, – хлопнул я по плечу друга, поднимаясь из‑за стола.

Покинув «Дубовую бочку», мы добрались до подземки и начали спускаться по ступеням.

– Я его пробью, Артур, – заплетающимся голосом пообещал Серёга, потирая глаза. – И его связи с этим Пичугиным. Если они играют в связке, в Сетке должны быть следы транзакций или общих офшоров.