Я вернулся. Дилогия (СИ), стр. 46

На следующее утро встал вместе с родителями. Туалет, небольшая зарядка, душ, завтрак из бутеров с колбасой и маслом. Все вместе пошли на автобусную остановку. Я с собой прихватил тетрадку с материалами по Колобанову. Сборник «Ветеран» Лениздата 1977 года мне нужен был позарез.

Я точно помнил, что в этой книге есть статья и фотография танка Колобанова вместе с экипажем после боя. Также помнил, что в 1983 году на месте Войсковицкого боя будет установлен памятник в виде танка ИС-3. На открытии этого памятника в День танкиста или накануне присутствовал или будет присутствовать Колобанов и командир орудия Усов, и я хотел до этого момента написать большую часть очерка или книги, которую бы показал Зиновию Григорьевичу. Да и у него взять интервью не помешало бы, уточнить некоторые тёмные пятна в его биографии. Я имею в виду, сидел он или нет.

Приехали на остановку у улицы Саврасова. Я вместе с мамулей вышли из автобуса, а отец поехал дальше. Вскоре мы стояли перед входом в библиотеку. Под неё в обычной пятиэтажке было выделено несколько квартир на первом этаже, и сделан отдельный вход с торца. Мама достала ключи, открыла дверь и стала искать на стенке выключатель. Через некоторое время ей это удалось, и она зажгла свет.

Насколько я помнил, после тамбура будет небольшой коридор и две двери. Одна в кабинет заведующей библиотеки, вторая в читальный зал, где хранились алфавитный и тематический каталог, а также было с десяток столов с двумя стульями за каждым и различные стенды, портреты классиков. Из читального зала дверь вела в зал с книгами и столом выдачи книг. А за этим залом была хозяйственная комната с туалетом и склад.

Всё так потом и оказалось. Не успела мама включить свет в читальном зале и открыть дверь в свой кабинет, как открылась входная дверь и в коридор зашла женщина, в которой я сразу узнал Нину Ивановну — работника библиотеки, с которой мамуля проработала до своего инфаркта в 1988 году. Нина Ивановна даже несколько раз приезжала в Арзамас, чтобы проведать мамулю, после того, как родители перебрались туда. Надеюсь, в этот раз они проработают значительно дольше.

Нина Ивановна, фамилии её не помню, имела высшее филологическое образование, энциклопедист, эрудит, прекрасный рассказчик с завораживающим голосом, безотказный на просьбы человек. В общем, чудесная женщина, за исключением того, что была больна шизофренией.

Сразу после окончания института, за день до свадьбы она вместе с женихом попала в аварию. Их на мотоцикле сбил грузовик с пьяным водителем. Жених погиб на месте, а Нина Ивановна с черепно-мозговой травмой полгода пролежала в больнице. Года через два у неё случился первый приступ шизы, когда ей казалось, что она и жених живы, у них была свадьба, и они начали счастливо жить. Медикаментозным лечением её выводили из этого состояния, и год, а иногда и два она жила нормальной жизнью. А потом опять психушка и лечение.

С мамулей они сработались, и даже подружились. За шесть получается лет, Нина Ивановна всего два раза попадала в больницу на лечение. А мамуля ездила к ней в Ляхово с продуктовыми передачами.

— Здравствуйте, Нина Ивановна. Знакомьтесь, этой мой сын Михаил, а это библиотекарь, библиограф и каталогизатор в одном лице Нина Ивановна Лебедева, теперь мой коллега. Она тебе лучше всех поможет с поиском книг и работой с каталогами в этой библиотеке, — представила нас мамуля.

— Очень приятно познакомится, Михаил, — произнесла Нина Ивановна своим чарующим голосом и приятно улыбнулась.

На вид ей было около сорока лет.

— И мне приятно познакомиться, Нина Ивановна, — вежливо ответил я.

— А какие книги ты хотел найти? — тут же поинтересовалась Лебедева.

Я достал из тетради, которую держал в руках, сложенный листок бумаги, на котором вчера записал несколько книг об обороне Ленинграда, включая и столь нужный сборник «Ветеран» и «Историю ордена Ленина Ленинградского военного округа».

— Я вчера нашёл их в каталоги Панинской библиотеки, но мамуля здесь принимала дела, поэтому я не смог их получить. Особенно меня интересует вот этот сборник, — я пальцем указал на листке нужную книгу.

— Этот сборник у нас есть, могу сразу сказать. Я и сама им часто пользуюсь, когда готовлю для школьников доклады об обороне Ленинграда. В нём много фотографий. А остальные книги также смотрю, затрагивают эту тему, плюс воинов — танкистов. Реферат или доклад в школе поручили сделать?

— Нет, Нина Ивановна. Меня интересует информация о подвиге танкового экипажа под командованием Колобанова. Под Гатчиной во время немецкого наступления в августе 1941 года их танк «КВ-1» в одном бою подбил двадцать два немецких танка…

— Такого не может быть, Михаил, — перебила меня Лебедева. — Это не реально. Да об этом бы подвиге вся страна говорила. Двадцать два танка за один бой. Это какая-то сказка. Я, во всяком случае, об этом ничего не слышала, а вы, Людмила Николаевна?

— Я то же. Миша, ты ничего не путаешь?

— Может быть, и путаю. Надо будет книжки посмотреть. Я ещё слышал, что был такой танкист лейтенант Лавриненко, который со своим экипажем на тридцатьчетверке в сорок первом году за два с половиной месяца в общей сложности уничтожил пятьдесят два танка фашистов, — я посмотрел по очереди на маму и её новую коллегу.

— Ладно, спорить не будем. Нина Ивановна, вы найдите по списку книги для сына, и надо будет завести на него карточку. А он мне пока с мебелью в кабинете поможет.

Оказывается, мама меня позвала в библиотеку, чтобы помочь ей переставить мебель в кабинете. Пока освобождали шкафы и стол от книг и бумаг, складывая их на пол и подоконник, пришла Нина Ивановна со сборником «Ветеран» в руках.

— Вот, Михаил, ты про эту книгу спрашивал.

— Да, Нина Ивановна, — ответил я, взяв сборник в руки и начав его быстро перелистывать.

Я помнил, что фото должна быть где-то в середине книги.

— Вот, мамуля и Нина Ивановна, нашёл. Читаю: «Экипаж тяжёлого танка „КВ“ сфотографировался ранним утром 19 августа 1941 года, а около полудня вступил в бой с врагом. Фашистская танковая колонна шла по шоссе с явным намерением ворваться в Гатчину. Капитан 3. Г. Колобанов умело вёл бой, нанося противнику внезапные удары. Его командирский экипаж уничтожил в тот день более двадцати вражеских танков». А вот фотография этого экипажа, — я развернул книгу, чтобы мама и Лебедева смогли рассмотреть черно-белый снимок, который был и на странице в Википедии, посвящённой биографии Колобанова в том прошлом — будущем.

— Надо же! И, правда, больше двадцати танков в одном бою! А я, признаться не поверила, что такое может быть. А откуда ты узнал об этом, Михаил? — Нина Ивановна с огромным интересом посмотрела на меня.

— Точно не помню. Наверное, дед рассказывал. Он как раз, будучи курсантом танкового училища в городе Пушкин Ленинградской области дрался с фашистами в сорок первом под Гатчиной, был там ранен. За те бои был награждён медалью «За отвагу». После ранения его направили выздоравливать в роту охраны Волховской ГЭС. А потом тех курсантов, кто остался живыми, вновь собрали в училище и вместе с ним эвакуировали в Рыбинск.

— Откуда ты всё это знаешь? — спросила мама, и я вновь заметил в её глазах страх.

— Мамуль, я же каждое лето живу в деревне. Дедушке Рудакову помогаю с пчёлами. А он любит во время дежурства за роением выпить дрислянки с пивом. А потом может и медовухи добавить. Пускай не до стихов, — дед, когда перебирал со спиртным, начинал читать стихи, в основном свои, — но иногда он мне рассказывал о том, как воевал. У трезвого из него и слова не вытащишь.

Спасая меня, на столе зазвонил телефон. Трубку взяла мама.

— Алло, слушаю вас.

В телефоне кто-то что-то сказал.

— Здравствуйте, Варвара Федоровна. Да. Всё хорошо, разбираемся потихоньку.

Я понял, что звонила директриса районной библиотеки имени Панина, которая являлась непосредственным начальником мамули, и вчера они вместе принимали здесь дела.

— Да, да. Я всё поняла. Спасибо вам большое, Варвара Федоровна.