Журналистика, магия и заговор (СИ), стр. 46

— Давайте споры оставим? — с улыбкой предложила Лида. — Нам интервью надо взять и подготовить вас к встрече с другими журналистами.

Хозяйка отвела рыжеволосого мужика к стенке и начала шушукаться, поглядывая на гостей.

Журналистка воспользовалась паузой, чтобы обойти магазин. Игорь последовал за ней и невзначай коснулся пальцев Лиды рукой. Черных убрала ладонь, улыбнулась, шепнула «потом» и ускорилась.

В дальнем углу за стеллажом с платками сидел парень в инвалидной коляске. Лет двадцати пяти, впалые щёки, тёмные круги под глазами, аккуратная стрижка. Руки лежали на деревянной заготовке, резец замер.

Лида скользила взглядом по полкам. Резные маленькие идолы, вязаные вещи, самодельные обереги из кожаных шнурков и дерева.

Над открытыми деревянными стеллажами висела большая фотография с чёрной лентой: мускулистый парень, светлые волосы, широкое лицо, полуулыбка.

Журналистка перевела взгляд на хозяйку. Зинаида прищурилась, перестала шептаться и спросила у координатора Лиги Магов:

— Может, расскажешь своей девочке, как вы слугу Морока отказались спасать?

— А как я ему должна была помочь? — спросила Анна, поправляя перчатки. — Он двух чоповцев убил. Перешёл в чёрный список и был ликвидирован при задержании...

— Трое полицейских расстреляли его в упор! — крикнул в ответ рыжеволосый мужчина.

— Он и их пытался убить, одному кисть отрубил, — парировала кураторша.

— Это трагично, но давайте поговорим о капище? А то ваш магазин через пару дней разнесёт Белая Община, — голос журналистки стал холодней, кепка сама спала, белая чёлка упала на глаза.

В зал выехал колясочник с деревянным чёрным вороном в полную величину. Зубастый клюв птицы был открыт в безмолвном крике, кровавые каменные глаза смотрели по сторонам, крылья замерли в расправленном состоянии.

— Чернобог, Мара и Морок не дадут нас в обиду, — заявил парень, выставляя фигурку перед собой как икону. — Их тень укроет нас от бед!

— Чернобог тысячу лет назад исчез, Мару в двенадцатом веке раскололи на девять частей, Морокам на вас плевать, — ответила кураторша, потирая переносицу.

В ответ послышались возгласы: «Богохульница!», «Магичка!», «Отступница!».

Глаза Анны вспыхнули оранжевым пламенем, свечение залило руки и спину. Женщина резко выхватила фигуру ворона из рук инвалида и одним ударом превратила её в щепки. Труха разлетелась по магазину, кусок крыла и лапы упали на пол.

— Вот это магия! А не ваша чушь про заговоры, богов, капища и обереги! Лида права, вас завтра придут убивать, а вы хрень несёте!

Парень в инвалидном кресле заплакал. Рыжеволосый мужчина подошёл к кураторше, рыча и поднимая кулачищи.

Магиня, окутанная свечением, одним движением схватила стокилограммового мужика за шею, приподняла на десять сантиметров над землёй и медленно поставила. Рыжий схватился за горло, согнулся, закашлялся.

— Я вызову полицию! — закричала женщина за прилавком, выхватывая смартфон из кармана джинсов.

— ОМБ надо звать, — рыкнула в ответ кураторша. — А лучше своих Чернобогов и Мороков призывай. Почему они не спешат вас спасать?

Лида скользнула, встав между Анной и неоязычниками, раскинула руки и сказала:

— Остановитесь, давайте лучше как в старые добрые времена? Можно я попробую? — Белый силуэт за спиной Черных медленно начал сгущаться.

— Давай, только учти, что эти остолопы ни хрена не понимают! Плюнешь в глаза, они скажут, божья роса! Только зря эссенцию потратила, — кураторша отошла и заняла место у входа.

Лида подняла кепку с пола, кинула в сумку вместе со снятыми очками. Шагнула, хрустнув подошвой по щепкам. Встала у прилавка напротив хозяйки, достала блокнот из сумки, включила диктофон на телефоне и спросила:

— Зинаида, когда вы последний раз были на капище?

Хозяйка не ответила. Вышла в зал, подняла с пола самый крупный обломок — часть лакированного крыла, повертела и положила на прилавок рядом с кассой.

— С вас пятьдесят тысяч, — сказала Зинаида, глядя на кураторшу у двери. — Сын полгода резал по вечерам. Платите!

Рыжий молча ушёл за занавеску. Загремел ящик, и вернулся через пять секунд с бронзовым амулетом на кожаном шнурке. Подошёл к щепкам на полу, встал на колени и начал водить амулетом перед обломками, напевая:

— Чернобог, исцели разрушенное, восстанови разорванное, дай силу священному древу, — рыжий пел монотонно, с закрытыми глазами.

— Не работает ваша самодельная хрень? — бросила кураторша от двери, не оборачиваясь. — И Чернобог древний дух смерти и разрушения, Мокоши тогда уж молись. Она тоже не услышит, но это как-то логичнее...

Рыжий не открыл глаз. Амулет покачивался, щепки на полу не шевелились.

Парень в коляске вытер слёзы, подъехал к обломкам, наклонился и подобрал два красных круглых агата.

— Это испытание, — вымолвил инвалид, обращаясь к маме. — Морок проверяет нашу верность. Ворона можно вырезать заново, а вот если мы отступимся...

— Испытание? — Зинаида хлопнула ладонью по прилавку. — Когда ты уже научишься ценить свою работу? Часов пятьдесят ты эту фигуру вырезал, пусть платят!

— Не для золота служим мы богам, — ответил парень, сжимая камни в кулаке. — Морок посылал мне образ каждую ночь. Пошлёт снова, и я вырежу лучше прежнего.

— Не Морок посылал, а Чернобог через Мару! — подал голос рыжий с пола, не открывая глаз и продолжая раскачиваться, стоя на коленях.

— Зинаида, лучше подумайте о будущем погроме, — Лида раскрыла блокнот и постучала ручкой по чистой странице, — я видела, как Стражи Реальности готовят материал для телевизора. Пентаграмма из мела, свечи, бутылка кетчупа вместо крови.

— Кетчупа? — переспросила хозяйка, всплеснув руками.

— Ага, кровищу будут изображать и скажут, что вы кошек на капище резали, — подтвердил Игорь от стеллажа. — Злые язычники сломали весь водовод одним ритуалом! Удобно ведь?

— И поддельную листовку Лиги Магов в центр круга свечей положат, — подхватила Лида, подмигивая Игорю. — Скажут, что вы их шестёрки. По приказу магов делали ритуал, чтобы город без воды оставить.

— Это неправда! — крикнула Зинаида, хмурясь.

— Слуги распятого бога опять оболгать нас хотят, — поддержал рыжеволосый, поднимаясь с колен.

— Наши боги даруют защиту и покарают врагов! — парень в коляске воздел руки.

— Мара послала меня помочь, — Лида закрыла глаза, улыбнулась, силуэт за спиной сгустился. — Дедушка Чернобог говорит: «Слушайтесь Лиду, ибо через неё я вам помогаю!»

— Ага, а то погибнете, как тот мужик из притчи, отказывающийся от помощи людей в лодках и ждущий, когда бог лично спустится, — усмехнувшись, добавил Игорь, запуская запись видео.

— Мы при этой богохульнице ничего говорить не будем... — загундосил рыжий.

— И счёт ей на пятьдесят тысяч выставим, пусть платит! — подхватила хозяйка лавки.

— Если ты посланник Чернобога, покарай еретичку! — добавил парень в коляске.

— Покарает, но позже, — отозвалась Анна, снимая перчатки. — И понятие «еретик» неприменимо для язычников. Пойду в кафе, сока выпью, не буду вам мешать! Досудебную претензию потом пришлёте.

Кураторша вышла из магазина. Дверь хлопнула, колокольчик зазвенел и замолк.

Лида пригласила жестом всех за стол в центре зала. Язычники и журналисты расселись. Черных говорила быстро и чётко:

— Вы помните, что было с антикварной чародейской лавкой?

— Пожар, лет пять уже прошло? — тихо ответила хозяйка.

— Поджог, там тоже сначала показали репортаж. — Лида говорила ровно, не повышая голос. — Сын владельца чуть не погиб в пожаре.

— Пускай приходят, — сказал инвалид. — Предки нас уберегут, не дадут...

— Я посланница богов и ваш единственный шанс на защиту, — ответила Лида, потягивая шею вбок и разминая пальцы. — Будете слушаться, и беда минует!

— А зачем тогда с сектанткой магов пришли, почему сразу не открылись? — рыжий мужик прищурился и подался вперёд, упираясь брюхом в стол.

— Испытывала крепость вашей веры, негоже посланнице богов помогать маловерным, — Лида заговорила медленнее, чуть нараспев. — Враги хотят заставить вас оговорить себя. Скажете на камеру Чернобог, и вас обвинят во всех проблемах города.