Вечно голодный студент 9 (СИ), стр. 70
«Стабилизаторы!» — посетила меня мысль о решении проблемы.
Для стабилизации нужны перья и смола, но перья опциональны, так как если есть смола, можно изготовить их хоть из листьев или расщеплённых деревяшек.
Показываю Мощному знак «Всё окей» и возвращаюсь в свою лабораторию, то есть, в лес.
Расщепляю нужное количество деревяшек, придаю им подходящую форму, быстро изготавливаю из обнаруженных ранее волокон примитивную верёвку и сооружаю чудовище Франкенштейна, столь же уродливое, сколь же функциональное. То есть, получилось симпатично.
— Я нарекаю тебя «Стрелой-2», — сообщил я дротику.
Возвращаюсь к стене, выхожу на тот же рубеж в двести метров, заряжаю «Стрелу-2» в «Атлатль-1М» и бросаю.
Дротик нового типа стабильно пролетает всё отмеренное расстояние и врезается в стену на приличной скорости, из-за чего разбивается в щепки.
Я думаю, всё это не бесполезно, так как я открыл для себя, что даже если окажусь в совсем глухой жопе, смогу выработать себе оружие, способное поражать цели на такой гигантской дистанции.
Правда, есть один катастрофический минус — разброс составляет, ну, по моим оценкам, примерно пять метров. С такой точностью можно попасть, разве что, в слона, но ему будет глубоко похуй.
И всё же, если надо будет достать кого-то на дистанции в сотню метров, то атлатль имеет право на жизнь.
Мощный подошёл ко мне и уставился на атлатль выпученными глазами, как на священный Грааль.
«Как ты это сделал?» — спросил он жестами.
«Держи», — сказал я ему и протянул «Атлатль-1М» с заряженной «Стрелой-2».
Несмотря на то, что принцип действия у моделей один и тот же, Мощному потребовалось некоторое время, чтобы освоиться с «Атлатлем-1М» — получилось быстрее, так как дротик теперь находится в гнезде и больше не нужно следить за его положением и контролировать момент спуска.
Правда, его сил хватает только на то, чтобы закинуть дротик максимум на дистанцию 100–120 метров, что тоже, вообще-то, очень хорошо.
«Всё, ты получил первое оружие — делайте такое же и всё у вас будет», — жестами сообщил я Мощному, когда тот попал в стену. — «Теперь жди крепление для наконечников».
Перелезаю через стену и иду к ожидающему меня Зулусу, стоящему у клетки Хлои.
— Короче, — заговорил я отвечая на общий безмолвный вопрос. — Я договорился с бибизьянами о том, что выкуплю тебя, Хлоя, в обмен на технологии. Мощный сейчас балуется с атлатлем, который я сконструировал для его племени — осталось разобраться с технологией по производству клея, быстро освоить гончарное дело, а также изобрести лук. Зулус, ты умеешь что-то из этого?
— Зачем ты вооружаешь их, Константин? — спросила Хлоя.
— Чтобы освободить тебя, конечно же! — ответил я. — Это не меняет ничего принципиально — они и так, рано или поздно, выебут всю Центральную Африку. Рано или поздно — какая нам разница?
— Я никогда не занимался ни изготовлением луков, ни гончарным делом, ни производством клея, — сказал Зулус. — Тут я тебе не помощник.
— Эх, сам, всё сам… — пробурчал я. — Ладно, я иду на своё опытное производство, а вы тусуйтесь тут — я думаю, Мощный не захочет портить с нами отношения, до тех пор, пока я не передам ему технологии, поэтому вы в безопасности.
— Надеюсь, ты знаешь, что делаешь, — произнесла Хлоя.
— А какой у тебя выбор? — задал я риторический вопрос. — Всё, удачи, ребята.
Возвращаюсь в лес, по дороге сказав Мощному, что иду искать вдохновение, и начинаю искать смолу.
Смолу подходящего типа я нашёл примерно в двух километрах от крепости гусар — какая-то хищная тварь расцарапала стволы деревьев, чтобы показать, что она тут главный мачо на районе, с самыми большими яйцами и полуметровым членом, а на месте царапин просочился сок, который загустел.
Сок этот имеет липучие свойства, поэтому я собрал его и сделал дополнительные надрезы сразу на десятке деревьев, но за полчаса наблюдения я понял, что такой хоккей нам не нужен — сок будет сочиться сутками.
И всё же, источник подтверждён, а собранного материала будет достаточно для моих экспериментов.
Решил попробовать смолу на вкус и лизнул её, но она оказалась абсолютно безвкусной, будто я лизнул канцелярский клей-карандаш. И всё же, этот мув оказался стратегическим, так как я сразу же заметил, что эта смола не обладает водостойкостью и это значит, что если я использую её, как есть, то крепление быстро разъебётся даже не во время дождя, а просто от влаги.
Эту проблему нужно решать, потому что не хочется так жестоко кидать братьев по разуму, в связи с чем я снова начал соображать.
Первое, что пришло на ум — это древесная зола, с которой можно разбодяжить эту смолу и зола будет впитывать в себя влагу, но до определённого предела. Значит, нужно что-то ещё — наверное, жир или воск.
Пчелиный улей я уже видел по пути — придётся заняться разорением природы…
Поиск и добыча ингредиентов отняли у меня гораздо больше времени, чем я ожидал, потому что мне пришлось нажечь золы, разорить улей ради воска и, каюсь, мёда, а также набрать дополнительной смолы, которую пришлось поискать.
В итоге, сев на камень, я начал работу и смешал первый клеящий состав Студика, с помощью которого попытался приклеить самопальный наконечник к самопальному древку копья.
Сразу стало понятно, что я переборщил с золой и её нужно меньше, ну и воск я добавил зря.
Тринадцать попыток и два пополнения ингредиентов спустя, я получил почти идеальный состав, который отлично держит наконечник на копье и защищён от влаги — я даже плюнул на место крепления и растёр, но состав удержался и не потёк.
— Нарекаю тебя «Составом №13», — сообщил я итоговой версии состава.
Несколько раз тыкаю копьём в ближайшее дерево, клеящий состав не выдерживает и отваливается. То ли я хуёвый изготовитель клея, то ли хуёвый изготовитель копий — тут либо что-то одно, либо оба варианта верны…
Плюнув на это дело, изготавливаю новое копьё из слегка обработанного куска кремня и того же древка, но уже с применением сложного крепления с просверливанием гнезда для размещения основания камня на клей, с дополнительным сквозным отверстием для верёвки, чтобы примотать всё это насмерть.
Теперь получилось очень крепко — копьё с достоинством пережило целых четыре слабых укола по стволу дерева, что означает для меня успех.
Следующей целью стала разработка гончарного круга для изготовления глиняных изделий, но я в этом деле новичок, поэтому решаю начать с азов — просто слепить какую-нибудь хуергу, напоминающую кувшин, обжечь её и посмотреть, что получится…
*ЦАР, префектура Верхнее Котто, в лесу, квартиры лейб-гвардейского гусарского полка, 30 ноября 2028 года*
— Может, предложишь ему какую-нибудь другую технологию? — спросила Хлоя.
— Ты заткнись! — яростно рявкнул я на неё и отбросил испорченную заготовку. — Я въебал на это двое суток! Двое суток, блядь! Я не могу всё это просто так бросить!
Оказалось, что гончарная технология — это вообще хай-тек и лоу-лайф, потому что я уже изготовил удобоваримый лук, позволяющий стрелять на дистанцию до 50 метров, усовершенствовал атлатль до модели «Атлатль-2У», а дротик улучшил до модели «Стрела-2М», но вот глина…
Помимо апгрейда уже изобретённых технологий, научился художественно расхуяривать древесину каменным топором, побочным изобретением, изобретённым ради удобства, что сильно помогло мне в изобретении дощатого щита — теперь у гусар есть технология изготовления щитов, которые помогут им защищаться от метательных снарядов и ударов зверей. И это было самое простое дело, которое я только делал за последние несколько дней.
Но гончарное дело…
Сначала я думал, что это я просто гончар с руками из жопы, поэтому глина трескается в печи, потом я подумал, что печь не та и в ней всё неправильно обжигается, а потом я подумал, что использую не ту глину, но всё это не так — всё то.