Вечно голодный студент 9 (СИ), стр. 68
— Литл бит, — неуверенно ответила она.
— Тогда это просто замечательно! — воскликнул я, перейдя на английский. — Как тебя звать?
— Хлоя Нгаи, — назвалась она. — А как тебя зовут?
Английский у неё хреновый, но мне всё понятно — сам на таком говорил, исторически не так давно.
— Студик, — представился я. — Но можешь звать Константином или Костяном, если тебе так нравится — не обижусь.
— Вы можете вытащить меня отсюда? — спросила Хлоя.
На вид ей ближе к тридцатнику, но внешний вид КДшников обманчив — во-первых, а ещё она вся в грязи — во-вторых.
По относительно чистым участкам кожи на лице видно, что она не прямо чёрная, а, скорее, цвета молочного шоколада, то есть, на пару тонов светлее Настюхи или Хабуун.
Черты лица у неё сейчас, как у ярой фанатки «Оземпика», то есть, «оземпик-фейс», (1) вызванный сильным недоеданием, зато в глазах горит огонёк надежды…
— Вон тот бибизьян хочет, чтобы я поговорил с тобой — почему? — спросил я.
— Он хочет, чтобы я научила вас языку жестов, — ответила она.
— Как будет «окей» на языке жестов? — спросил я.
Она продемонстрировала мне классический знак «окей».
Поворачиваюсь к седому гусару и показываю ему этот знак.
— Как они владеют этим языком? — спросил я. — В смысле, как люди или как тупые обезьяны?
— Не хуже людей, — ответила Хлоя. — Они полноценно общаются между собой на этом языке.
— Их же ему кто-то научил? — спросил Зулус на английском.
У меня возникла кое-какая теория о том, что здесь происходит…
Я думаю, эти гусары взяли в плен кучу КДшников, которых заюзали в качестве источников знаний — это объясняет их продвинутую тактику, сложное самодельное оружие, а также вот это вот место, построенное будто бы людьми.
— Тут была одна белая из ООН, которая владела языком жестов, — ответила Хлоя. — Её звали Даниэллой. Она научила Могучего этому языку, а он научил ему своих самок и те распространили его по всей стае.
— Могучий — это? — спросил я.
— Седой, — ответила она. — Он вожак этой стаи и все остальные беспрекословно подчиняются ему. И это он придумал тут всё.
— Что «всё»? — уточнил я.
— Он придумал, что можно отлавливать людей, сажать их в клетки и заставлять их учить обезьян всему, что знают, — объяснила Хлоя.
— Так тебя тоже поймали? — поинтересовался Зулус.
— Как и вас, — ответила она.
— Ну, нас не поймали, — покачав головой, сказал я. — Мы дали этим бибизьянам пизды — оказалось, что они уважают силу. Ну, как все.
Всё дело было лишь в объёме выданных пиздюлей — морально-волевая крепость даже самых крепких ребят довольно-таки точно измеряется в пиздюлях…
— Тогда почему вы с ними разговариваете? — со скепсисом спросила Хлоя. — Почему вы не перебьёте их всех, раз такие сильные?
— Нам это просто невыгодно, — ответил я. — Мой протеже, как видишь, ранен, а эти бибизьяны настроены покончить с нами — мы просто уменьшаем риски. А так, мне ничего не мешает завалить тут всех — я могу, но просто не хочу. Ладно, давай, показывай нам своё жестовое кунг-фу…
— Начнём с «да», — заговорила Хлоя.
Она выставила руку перед собой и однократно поманила нас соединёнными вместе указательным и средним пальцами.
— Повторите, — попросила она.
Повторяю движение в точности.
— Хорошо, — улыбнувшись, прокомментировала она. — Вот это — «нет».
Она просто помахала кистью и отрицательно покачала головой, что интуитивно понятно даже человеку не из тусовки.
— Теперь «хорошо», — сказала она и показала большой палец. — Повторите.
— А мне нравится этот язык! — воскликнул я и показал ей большой палец в жесте одобрения. — Всё так понятно…
— «Плохо» — это вот так, — произнесла Хлоя и ткнула в мою сторону мизинцем. — Повторите.
Повторяем её жест.
— Теперь просьба «повтори», — продолжила гусарская пленница.
Она выставила ладонь левой руки горизонтально и поводила по ней кругом пальцами правой кисти, сложенными горстью.
Повторяем за ней.
— Следующее — «можно»… — сказала Хлоя.
Так мы и стояли с Зулусом у клетки в течение следующих двух часов, запоминая всю известную Хлое жестикуляцию и практикуясь с ней в языке жестов.
Я схватываю всё на лету, потому что у меня, вообще-то, неожиданная склонность к изучению иностранных языков, а Зулус тупит и медлит, ну, по сравнению со мной.
Гусары ходят вокруг, а седой гусар сидит на площадке и общается со своими ближайшими сподвижниками на языке жестов.
— Вы освободите меня? — спросила Хлоя, когда настало время короткого перерыва на водопой и перекус.
Я передал ей фляжку с водой, а также кусок копчёного мяса бегемота.
— Приложим все силы, — ответил я. — Кстати, а что случилось с этой женщиной из ООН и с остальными? Здесь же были и другие пленники?
— Были, — подтвердила она. — Женщину из ООН похитили другие обезьяны.
— Какие ещё, блядь, другие обезьяны? — спросил я.
— Анубисы, — ответила Хлоя. — Они налетели ночью и разбили клетки — кто-то из пленников пытался бежать, но их поймали анубисы и утащили с собой. Белую из ООН тоже утащили. Утром мартышки вернули Луи, но он не оправился от полученных ран и умер к полудню.
— Значит, это вы обучили их всему этому? — спросил Зулус.
— Пришлось, — ответила пленница. — Иначе они перестают давать еду и воду.
— Хм… — хмыкнул я задумчиво.
Моя теория подтверждена — гусары очень хорошо соображают и берут от жизни всё, что можно использовать себе на благо. По ним не скажешь, что они похожи на людей, но у них с нами гораздо больше общего, чем можно подумать.
— Возвращаемся к языку, — сказал я. — Как-как, ты говоришь, будет «отпусти мой народ!» на языке жестов?
*ЦАР, префектура Верхнее Котто, в лесу, квартиры лейб-гвардейского гусарского полка, 28 ноября 2028 года*
«Ты что, гений?» — спросила у меня Хлоя на языке жестов.
«Я способен к языкам», — ответил я ей.
«Никто ещё не учил этот язык так быстро», — поделилась она. — «Мне потребовалось две недели, чтобы достичь такого уровня».
— Ладно, короче, ты учи Зулуса, — сказал я ей. — А я пойду общаться с Мощным, по теме твоего освобождения.
Вообще, его зовут Могучим, но мне больше нравится называть его Мощным, держащим за яйца самого Дьявола…
«Здорова, отец!» — изобразил я жестами.
«Приветствую, Белый», — ответил он.
Это мой первый контакт с другим разумным видом, поэтому я в лёгкой прострации — он только что выразил чёткую мысль жестами и это просто охуенно…
«Отпусти мой народ!» — жестикулировал я.
«Вы из разных народов», — возразил мне Мощный. — «Зачем?»
«Нет, мы — один народ», — ответил я ему. — «Люди. Вместе. Сила».
«Это бессмыслица», — сказал Мощный. — «У вас разная шерсть — это другой народ».
«Это неважно», — ответил я, решив не спорить. — «Мне нужна эта женщина — что ты хочешь взамен?»
«Твоё оружие», — назвал Мощный цену, указав на мою саблю.
«Моё оружие — это не предмет торга», — отрезал я. — «Это вопрос чести».
«Тогда мне нужно огненное копьё», — выдвинул он контрпредложение.
«Вам будет мало толку — оно работает только в наших руках», — ответил я ему. — «Я могу научить вас чему-нибудь полезному — это будет хорошей ценой за женщину?»
«Например?» — спросил Мощный.
«Например — я могу улучшить ваши копья», — ответил я. — «Наконечники держатся плохо — это можно изменить».
«Этого мало за женщину», — сказал Мощный.
«Я добавлю ещё кое-что», — предложил я. — «Мне известен способ, как метать копья далеко — это усилит вас. А ещё я знаю способ хранить воду и еду — это поможет вам делать запасы».
Гусары знают, что такое запас и даже умеют коптить мясо, правда, для этого они не используют соль — мы же используем соль обязательно, так как она защищает мясо от порчи, но у гусар соли нет, поэтому у них мясо хранится не так долго, как могло бы.