Вечно голодный студент 9 (СИ), стр. 54

— Это необходимая жертва, — ответил Проф. — Они приносят в тысячу раз больше пользы, чем причиняют ущерба. К тому же, с тебя не убудет — получишь полную компенсацию и бонус за жертву.

— Всё равно, это капец, Проф… — проговорил я.

— Очень нужный нам капец, Студик, — сказал он. — Если бы не доктор Галыгин, мы бы не приблизились к пониманию происходящего ни на шаг. Теперь, по результатам его труда, мы хотя бы знаем, что это наномашины, а не какие-то бактерии или вирусы.

— С трудом верится во все эти наномашины и прочую научно-фантастическую поеботу о сверхсекретном НИИ, — поделился я своим мнением.

— Это лишь версия доктора Галыгина — о сверхсекретном НИИ, — ответил Проф. — Но наномашины — это факт, с которым невозможно спорить. И мы до сих пор не знаем, какие цели преследовал их создатель. Доктор Галыгин — это наш шанс узнать что-то ещё. Скоро он должен будет установить, содержатся ли наномашины в мозговой ткани КДшников. Если да, то это окончательно подтвердит теорию о связи интерфейса и наномашин.

— А разве это не понятно и так? — спросил я.

— Нужны доказательства, — сказал Проф. — Догадки и интуиция — это ненаучно. Надеюсь, теперь ты понимаешь, насколько важна работа Аркадия Львовича и его команды.

— Нет, то, что это важно, я понимал изначально, — ответил я ему. — Но они вырезали мне почку!

— Да, — кивнув, произнёс Проф. — Но ты получишь полную компенсацию, как я уже сказал. К тому же, это разовая акция — доктор Галыгин хочет оценить степень воздействия другой климатической зоны на твой организм, сравнить результаты анализов с предыдущими, а также изучить все произошедшие в тебе изменения. Мы не знаем точно, как это поможет ему продвинуться в исследованиях, но даже если это продвинет исследования на маленький шажок, это оправдано.

— Ладно, — пожав плечами, сказал я. — Меня звали к себе мастера — пойду к ним.

— Давай, успехов, Студик, — ответил Проф и вернулся к своему компьютеру.

Нарк похвастался мне, во время переписки в чате, что Фронтир — это единственное государства на планете Земля, в котором достигнута 100% цифровизация. Никто не использует бумажные документы, расход бумаги нулевой, всё изучается и подписывается строго в цифровой среде, что ускоряет решение проблем в разы.

Раньше такое было лишь мечтой и ни одно государство не могло внедрить у себя такое, а мы, построив Фронтир с нуля, изначально заложили в его структуру передовые принципы.

Ну и надо всегда помнить, что у нас не полноценное государство с кучей присущих ему проблем, а больше город-государство, как в Средневековье, но с самыми свежими технологиями.

То есть, большинства проблем, стоявших перед государствами Старого мира, перед нами не стоит — мы крайне милитаризованное, максимально мобилизованное и выживающее общество.

Но проблем дохрена и больше, потому что мы тащим за собой багаж прошлого. У нас уже, по словам Ронина, начинается имущественное расслоение — кто-то лутает бабки за счёт собственной предприимчивости, кому-то везёт, а кто-то работает микрообщиной и представляет интересы накопленных ею бабок.

Вот эти электротачки, что гоняют по Волгограду — их не выдают населению, а продают за бабки, поэтому мало кто может их себе позволить. Я могу, но мне не нужна тачка, чтобы быстро перемещаться по городу.

И Проф считает, что это неправильно, потому что имущественное неравенство — это индивидуализм. А мир вокруг очень любит ебать индивидуалов, поэтому нужен жёсткий общинный коллективизм, который, в нынешних условиях, никак не желает вырабатываться.

Идеи Профа я знаю — он топит за социализм, потому что большую часть жизни провёл при советском режиме, но нравится его идея не всем.

Я в это лезть не собираюсь, так как, во-первых, не шарю ни в социализме, ни в капитализме, ни в фашизме и даже не разбираюсь в монархизме, хотя, казалось бы…

Если меня будут впутывать в эту политику, то я буду сопротивляться, возможно, с применением рук и ног.

Но зерно рациональности в идеях Профа есть: индивидуалов и индивидуалок ебут. В одиночку ты не можешь почти нихуя, а даже если можешь что-то, то, рано или поздно, чокнешься от одиночества.

Это значит, что в нынешних условиях нам нужен коллективизм, общинность, работа сообща — только так можно бросить вызов окружающему миру и иметь шансы на победу.

Захожу в лифт и спускаюсь в паркинг, где, как и прежде, размещены мастерские, ремонтирующие технику и оружие, а также производящие оружие, боеприпасы и индивидуальную броню.

— Здоров, Студик! — приветствовал меня Фазан, отошедший от станка с ЧПУ. — Что-то ты припозднился — мы тебя вчера звали.

— Зашёл, блядь, с дуру, в НИИ КД… — ответил я ему. — Даров-даров… Чего звали-то?

— Да хочу показать тебе твою новую саблю, — сообщил мне Фазан. — Айда за мной.

Он провёл меня на склад, где сразу же открыл стоящий на столе деревянный ящик и вытащил из него мою саблю.

Лезвие не претерпело никаких изменений, но вот рукоять теперь другая, а ещё появилась корзинчатая гарда, для защиты кисти.

— С балансом поколдовали, залили немного свинца в полость рукояти, ну и вот эту гарду я выковал лично! — похвастался Фазан. — Попробуй!

Вооружаюсь саблей, отхожу на пару метров и делаю серию пробных взмахов. Стало очень сильно лучше — по моим субъективным ощущениям, баланс идеален, управляемость выросла кратно, ну и колоть, из-за правильного наклона рукояти, стало гораздо удобнее.

Это то, что я видел перед глазами, когда делал свою саблю, но получилась у меня, разумеется, хуйня на палке…

— Ну-у-у, — протянул я. — Это. Просто. Охуенно.

— Не хочется тебя обижать, но то, что ты сваял на коленке — это говно, — сказал Фазан.

— Да знаю, — ответил я. — Я был ограничен технологиями своего региона. А Лапше сделали саблю?

Рассматриваю корзинчатую гарду, которую Фазан исполнил в виде металлической паутины с напылением золотого цвета.

— Сегодня, ближе к вечеру, будет готова, — ответил он мне. — С этой гардой, чтоб ты знал, пришлось серьёзно поебаться — четыре заготовки ЧПУ запорол, а пятую закончил, но потом пришлось доводить напильником. Очень сложный проект, что тут скажешь?

— Спасибо, — поблагодарил я его. — Это очень круто. А напыление — это золото?

— Конечно! — ответил он. — И это требование Профа — он сказал, чтобы выглядело очень дорого. Дорого выглядит?

Рассматриваю саблю повнимательнее и вижу на плоском навершии какую-то гравировку. Написано «POWER (UNLIMITED)».

— Ха-ха-ха! — рассмеялся я. — Да, выглядит капец как дорого!

— Значит, не зря старались, — произнёс Фазан. — Лапше делаем ещё дороже, ну, чтобы у вас потом не было скандалов на этой почве. Но это ладно, Студент. Айда в соседний цех — я хочу кое-что узнать о пластинах, что ты привёз.

Проходим в соседнее помещение, где, судя по всему, проводятся различные эксперименты с металлами и оружием.

— Вот как, блядь? — спросил Фазан и потряс передо мной слоновьей бронепластиной. — Вот что это, блядь?

— Я не знаю, — ответил я. — Там внутри какая-то взрывчатка, которая бурно реагирует при контакте с воздухом — кажется, я говорил вам.

— Говорил ты нам… — подтвердил Фазан. — Не прислушались… Так и получилось — как говорил ты нам…

— Пожар был? — поинтересовался я.

— Был, — тяжело вздохнув, ответил он. — К счастью, удалось вовремя потушить его, поэтому обошлось без жертв и серьёзных потерь. Учёные требуют, чтобы мы как-то извлекли это вещество и дали им на исследование, но как? Вот как?

— Спроси чего-нибудь полегче, — попросил я его. — Да и нахрена оно им надо? Эти пластины отлично сгодятся для защиты бронетехники — я навырезал их просто дохрена. Ещё куча осталась на рубке буксира, которую я обшил этими пластинами.

— Их уже собрали и доставят в Волгоград ближайшим рейсом, — сказал Фазан. — У нас есть большие запасы динамической защиты «Контакт-1» и «Контакт-5», но это… Это что-то другое — её не пробивает даже ПГ-7ВЛ, а это 500 миллиметров бронепробития! Скоро займёмся подготовкой нового испытания — жахнем по ней из «Метис-М». Ракета пробивает до 900 миллиметров гомогенной стали, поэтому, если эта слоновая ДЗ отразит и её, то популяции африканских слонов грозит массовое истребление, в недалёком будущем.