Чёрт из Чертаново. Том 2 (СИ), стр. 20

Демон обязуется не причинять вреда смертнику и его близким собственными руками, а также руками подчиненных, наемников и прочих субъектов, действующих во вред смертнику.

— А вот на такое я подписываться не собираюсь, — ознакомившись с дополнением, отрезал Абаддонский, и в его голосе прорезался утробный бас.

— Игорь Геннадьевич, — я постарался, чтобы голос звучал ровно, хотя колени предательски подрагивали. — Вам действительно важнее прикончить слабака вроде меня, чем поглотить десять процентов рынка, которые контролирует «Белсинтез»?

— Что ж, ты прав, — кивнул он после долгих секунд молчания. — Твоя жизнь ничего не стоит. Я согласен.

Перед глазами появилось новое сообщение:

Контракт заключен. Сделка скреплена кровью и нотариально заверена. Ваш Мир.

По цеху прокатился лязг, и все двери разом распахнулись, впуская сквозняк и далекий шум автомобилей. Я высвободил ладонь, на которой не осталось и следа от пореза, подхватил рюкзак и бочком двинулся к воротам, ожидая подвоха.

— Деньги верни, — прогудело мне в спину.

Ну разумеется, про аванс он не забыл. Вздохнув, я вернулся, выгреб из рюкзака пачки пятитысячных и отдал их владельцу завода.

— Проваливай, и помни, у тебя месяц, — бросил Абаддонский. — Не уничтожишь «Белсинтез», я уничтожу всех кто тебе дорог, а после и тебя.

Я нервно сглотнул, кивнул и вышел из цеха не оглядываясь. Снаружи вовсю светило солнце, и от этой мирной картины на меня нахлынул ещё больший ужас. Люди живут и даже не знают что по соседству с ним себя прекрасно чувствуют чудовища.

Я вызвал такси прямо к проходной и всё время ожидания простоял у шлагбаума, прислушиваясь к каждому шороху за спиной. Охранник же спал сном храбрых, а на руке у него снова появился гвоздь, который я немногим ранее убрал. Всё понятно. На территории Абаддонского, он царь и бог, а мне пора сваливать и неплохо бы купить мазь от ожогов, или попросить Линду лечь под бочок, может так пройдёт эта чёртова боль.

Глава 7

Такси я так и не дождался, вместо желтой легковушки из-за поворота вынырнул старенький Ланос и притормозил прямо у шлагбаума. За рулем сидел Егор Константинович. Он окинул взглядом мой наряд, точнее его жалкие остатки, голый торс в волдырях да одинокий кроссовок, после чего облегчённо выдохнул и опустил стекло.

— Садись, прокатимся.

Спорить я не стал, отменил заказ в приложении и забрался на переднее сиденье, пристроив на коленях рюкзак со срезанными лямками. Зачем я его таскаю с собой? Всё равно он уже бесполезен.

После кожаного нутра крузака, ланос смотрелся мягко говоря небогато. Зато здесь никто не собирался меня убивать, это уже плюс.

Ланос развернулся и поскрипывая выцветшим пластиком покатил в сторону дамбы. Первые пару минут Егор Константинович вёл машину молча, а после покосился на меня.

— А ты легко отделался, — произнес он, возвращая взгляд на дорогу. — Я уж думал, и трупа твоего не найдём.

— А вы тоже?.. — я замялся, подбирая слова, чтобы не звучать пациентом дурки.

— Видящий я. Уже лет тридцать, — буднично отозвался Егор Константинович и включил поворотник.

— То есть вы… Все это время вы знали, что я одарённый? — от подобного признания мысли спутались.

— А чё тут знать? Ты же сам во дворе прокуратуры нарыв очищал. Прямо у меня на глазах, конспиратор хренов. — хмыкнул Константиныч. — По вопросам понимаю что одарённым ты стал недавно, а раз так, то сразу поясню разницу между нами с тобой. Видящие получать уровни не могут. А вот системные предметы использовать запросто, да и навыки учить нам никто не запрещал.

Он отогнул полу пиджака, и я увидел потёртую кобуру, из которой выглядывала рукоять тускло светящегося револьвера. Сосредоточившись на оружии, я прочитал описание:

Револьвер «Миротворец».

Редкость: Эпическая.

Описание: Выпущенная пуля преследует цель в течение одной секунды, а значит при всём желании не промахнёшься, ковбой.

Эпический предмет в кобуре воронежского прокурора… Кажется, теперь я видел в этой жизни все.

— Это трофей. Остался после покойного одарённого, — пояснил Егор Константинович, возвращая полу пиджака на место. — От вашего брата куча предметов остаётся, если духи растащить не успевают, конечно. Вот и приходится нам, видящим усиливаться чем попало.

В памяти сама собой всплыла его давняя оговорка: «Нашли мы твоего пожирателя, тьфу, поджигателя в смысле». Тогда я списал её на усталость и выкинул из головы, сейчас же истинный смысл слов раскрылся. Константиныч знает намного больше меня, и перемену в крысюке Артёме у ворот СИЗО он не почуял, а разглядел.

— Ну и чего молчишь? Не хочешь просветить почему ты всё ещё жив? — поинтересовался Егор Константинович, притормаживая на светофоре.

— Заключил контракт с Абаддонским и теперь я должен обанкротить «Белсинтез».

Константиныч тяжело вздохнул и побарабанил пальцами по рулю.

— Ты хоть представляешь, какой штраф за это тебе влепит Мир?

— Ага. Штраф, несовместимый с жизнью. — криво усмехнулся я смотря перед собой.

— И что будешь делать?

— Егор Константинович, а что мне остаётся? Только думать и искать лазейку. Иначе меня либо Абаддонский прикончит, либо Мир. Но если выбирать между Миром и Абаддонским, то я выберу чтобы меня убил Мир, так как он моих родных не тронет, а вот Абаддонский в первую очередь ими и займётся.

В машине стало тихо. Константиныч свернул на дамбу и остановилась у обочины. Вокруг не было ни души, лишь в сотне метров от нас дремал над удочкой одинокий рыбак. Мы выбрались наружу и облокотившись на поручни встали у воды. По водохранилищу гуляла мелкая рябь, вдали полз прогулочный катер. Я смотрел на это и не вери, что час назад меня собирались искупать в кислоте.

— Егор Константинович, я сейчас спрошу одну вещь, вы только не обижайтесь. Вот вы вроде делаете свою работу, а прямо у вас под носом живут демоны. Похищают людей, убивают, заражают энергетическими паразитами. Вот объясните мне, какого хрена одарённые до сих пор не зачистили демонов? — повысил я голос от нервов и тут же взял себя в руки.

Егор Константинович пожевал ус, вытащил из кармана пачку сигарет, повертел её в руках и будто нехотя закурил.

— Да потому что Дима, — он выдохнул облако белёсого зловония и продолжил, — тридцать лет назад зачистили самих одарённых. Резня была такая, что трупы с улиц вывозить не успевали. Местный губер, тоже одарённый был, заставил СМИ всё списать на лихие девяностые, а сам с рогатыми о перемирии договорился. Мол они не трогают нас, а мы не трогаем их.

— Как же не трогают? Сын Абаддонского хотел убить мою… — на этом месте я запнулся. А действительно, кого? Девушку? Просто хорошую знакомую? Даша уехала не попрощавшись, и кто мы теперь друг другу, я и сам не знаю.

— Случается, что и убивают, — Егор Константинович стряхнул пепел. — Только тут тонкая грань, понимаешь? Если человека прибил мелкий бес, мы этого беса в расход пустим, и никто слова поперёк не скажет. А вот если убийцей окажется сынок большой шишки… — Константиныч посмотрел на меня и цокнул языком как бы говоря «тут наши полномочия как бы всё».

— И тут право сильного, — буркнул я. — Вроде в цивилизованной стране живём, а ничего не поменялось с древних времён.

— Дима, никогда, ничего и не поменяется. Всегда будут те, кто пытается взять свое силой, и такие, как я, пытающиеся их остановить. По мере своих возможностей разумеется.

— И как? Получается остановить? — с сарказмом спросил я, хотя понимал что злюсь не на Константиныча, а на всё вот это. На систему, на мироустройство, на ситуацию в которой оказался.

Егор Константинович затянулся в последний раз и щелчком отправил окурок в воду.

— С переменным успехом, Дима. С переменным… — он помолчал и добавил уже другим тоном: — Тебя домой подкинуть?

— Да, было бы отлично.