Полиция нравов (СИ), стр. 31

— Вот и молодец, — сказал я. — А теперь вытрись, стоишь весь в кровище, как будто я тебя бил.

Он снял бандану и принялся вытирать ей лицо, попутно пробормотав:

— А ты как будто этого не делал…

— Я тебя не бил, — поднял я вверх палец. — Я тебя задерживал. И если ты продолжишь пререкаться — сделаю это снова. А теперь скройся с глаз моих, чтобы я тебя больше никогда рядом с моей машиной не видел. В следующий раз пристрелю без предупреждения. Все, иди, пока я не передумал.

Парень закончил вытирать лицо, засунул окровавленную бандану в карман, собрал с асфальта свои вещи, которые я разбросал при обыске, и быстрым шагом вышел из переулка.

Я же опустил глаза, наклонился, поднял с земли банку кофе, осмотрел. Да уж, ничего себе ее помяло — от души я приложился. Крепкая у парня башка.

Снял крышку, которая чуть приоткрылась от удара, но до конца не слетела. Алюминиевая мембрана под крышкой, которая герметизировала банку, тоже слегка отслоилась в одном месте, и я оторвал ее. Заглянул внутрь — почти весь кофе на месте, совсем немного высыпалось. Надо же, даже тут повезло.

Закрыл изуродованную банку крышкой — дома пересыплю кофе в целую— и положил ее между сидений. Завел двигатель и выехал из переулка, направившись в сторону Карсона.

Глава 15

В «Пять долларов» мы встретились в обед. Да, именно так, мы с Ником собирались пить пиво в обед, и кто нам мог запретить это? Ведь у нас законный выходной, когда мы можем делать вообще все, что угодно. Не нарушая при этом закона, естественно.

Барменша, та же, что и в прошлый раз, заметила нас с порога и сразу же подошла к кранам. Посмотрела на Ника, потом на меня, после чего сказала:

— Майк, ты сегодня очень хорошо выглядишь.

— Спасибо, — кивнул я. — А откуда ты мое имя знаешь?

— Ник сказал, — беззастенчиво ответила она и надула большой пузырь жвачки, который тут же лопнул. Но она собрала ее в рот и продолжила пережевывать. — Нет, правда. В прошлый раз ты ломаный-переломанный был, а теперь вот хорошо. И приоделся и, кажется, даже в плечах раздался немного.

— Тренируюсь, — кивнул я.

Она засмеялась и сказала:

— Ну да, конечно, от тренировок. Я, кстати, Памела.

Я достал из кармана бумажник. Внимание ее мне было приятно, конечно, но… У меня ведь Сара есть, и мне совсем не хочется заводить роман еще где-то на стороне. Потому что я не хотел бы того же самого от нее. А мне с детства говорили: не делай того, чего не хочешь, чтобы сделали с тобой.

— Пэм, можно нам кувшин «Миллера»? — сказал я, а Ник молча положил на стойку купюру прежде, чем я успел открыть бумажник. Точно, он ведь сегодня проставляется за то, что уснул на операции.

— Да, конечно, — ответила она и принялась наливать. — Кстати вы как сегодня, на весь вечер?

— Нет, — ответил я. — У нас еще дела.

— А я заканчиваю к часу ночи… Как раз должна закончить с уборкой.

Она поставила кувшин и бокалы на поднос. Я взял его, после чего кивнул и сказал:

— Памела, спасибо за пиво.

И мы двинулись в сторону столика в углу. В баре было почти пусто, день все-таки, да еще и рабочий. Но нас это не касалось, так что мы расположились и Касселс сразу же наполнил наши бокалы из кувшина, и проговорил:

— Интересно наблюдать за тем, как ты обращаешься с людьми, которые к тебе неравнодушны. Она о тебе, между прочим, спрашивала еще с прошлого раза.

— Я не сказал ей ничего такого, — ответил я, принимая бокал. Сделал глоток и добавил: — Я вежливо поблагодарил ее за пиво.

— Ты ее проигнорировал, — сказал он.

— Я ее не проигнорировал. Я поблагодарил и пошел за стол. Именно так поступают вежливые люди.

— Она явно рассчитывала на другое, — Ник усмехнулся.

— Ник, — сказал я. — У меня есть Сара.

— Понятно, — кивнул он. — Кстати, ты о ней ничего не рассказал.

Я отпил еще пива, осмотрелся по сторонам. На телевизионных экранах повсюду шел спорт: на одном бейсбол, на другом баскетбол, где-то американский футбол. Вот его правил я тоже не знаю, а придется разбираться же. Мало ли, вдруг у меня родится сын, и его придется воспитывать. И тогда точно придется отдавать его на футбол, растить спортсменом, чтобы он получил спортивную стипендию и пошел в колледж. Потому что с зарплаты детектива за обучение я заплатить точно не смогу.

Хотя у этого тела есть сын. Надо будет выделить время, съездить в Вашингтон и хоть познакомиться с ними, что ли. Или хотя бы позвонить. Разорюсь на междугороднем звонке, конечно, но все же.

— Да нечего рассказывать, в общем-то, — сказал я. — Хорошая девчонка, работает координатором мероприятий в Уорнер Брос. Любит кино и бейсбол. Мы с ней проводим время.

— И у вас все серьезно?

— Время покажет, — ответил я.

— Понятно, — он ухмыльнулся. — А у нее нет подруги? Ну, такой же нормальной девчонки?

Я посмотрел на него. Ну да, Ник сейчас один, он рассказывал, что с девушкой они расстались из-за работы. Как, в общем-то, и я с женой.

— Ты хочешь, чтобы я попросил свою девушку познакомить тебя с кем-то? — спросил я.

— А что, — сказал он. — Звучит неплохо.

— Это звучит как-то, о чем я просить не буду.

— Почему нет?

— Потому что мы с ней знакомы всего неделю. Если не считать первой встречи.

— Ну и что, — пожал он плечами и отпил еще пива. — Это нормально.

— Это не нормально, — ответил я. — Ты сначала подожди, когда у нас все устаканится, а потом, может быть, встретимся в общей компании. Расскажешь им о том, какие мы с тобой героические копы, и все девчонки будут твои.

— А когда у вас все устаканится? — тут же спросил он.

— Понятия не имею.

Мы какое-то время сидели, попивая пиво. В бар тем временем приходили люди — по-видимому, те, кому не надо на работу сегодня. Работяги в большинстве своем, в простой одежде, на их фоне Ник сильно выделялся. Да и я тоже — я же рубашку надел, несмотря на то, что выходной. Надо бы, кстати, постираться съездить.

— Кстати, она сама-то в курсе, что ты участвовал в производстве кино? — спросил он.

— Чего? — не понял я.

— Ну, я же устроил тебя консультировать киношников. Они, кстати, заканчивают скоро, говорят, что получается неплохо. Аутентично.

Я чуть не расхохотался, вспомнив о том, какая аутентичность у них должна быть. Я ведь им наговорил самой разной чуши. Но я это посмотрю, пожалуй. Интересно, кинотеатральный прокат будет, или придется брать на прокат в видеосалоне? Хотя у меня и кассетника-то нет.

Хотя, наверное, у Сары есть, и можно будет сходить к ней. Почему бы и нет?

— Кстати, — вспомнил я о том, что хотел высказать ему предъяву. — Ты зачем мне наврал, что связан с киноиндустрией?

— В каком смысле? — не понял он. Или просто прикинулся, что не понял.

— Да ты говорил, что знаешь людей, — сказал я. — Только вот это не голливудский фильм, они снимали какое-то дерьмо.

— Ну, смотри, — он поднял перед собой руки и принялся загибать пальцы. — Они — люди, так? Я их знаю — это два. И они делают кинопродукт. Какой из этого вывод? А такой, что я знаю людей из киноиндустрии. И это факт, который у тебя опровергнуть не получится.

— Ага, очень логично, — кивнул я.

— И я познакомил тебя с нормальными людьми, — сказал он. — С настоящими. Из серьезных продакшнов.

— Ты познакомил меня с человеком, который снимает фильм про майора Виктора Чернобыля.

— И что?

— А то, что это ерунда, — я махнул рукой и подлил себе еще пива в бокал. Недрогнувшей рукой, так сказать, всем трезвенникам назло. — Я в следующий раз скажу им, что советские милиционеры ловили преступников верхом на медведях. И думаю, они даже этому поверят.

— А что ты им наговорил? — спросил он.

Я вкратце пересказал, и пока рассказывал, лицо Ника мрачнело все сильнее и сильнее. Похоже, что он решил, что я испортил ему репутацию, наговорив ерунды. Однако когда я закончил, он посмотрел на меня и спросил: