Очень приятно, Царь! Блюдо третье (СИ), стр. 52

Первая волна — это бодрящий, насыщенный запах свежесваренного эспрессо. Того самого, что помогает просыпаться по утрам. Такой густой… С лёгкой горчинкой и теми самыми кремовыми нотками, которые обещают крепкий старт. А следом за ним нежно пробивался сливочно-сладкий аромат кофейного ликёра. Первая волна не сбивала с ног. Она нежно ласкала и успокаивала, делая вкус коктейля понастоящему теплым и уютным.

После первой волны, где-то на фоне, словно элегантный шлейф, начинал мелькать тонкий, чуть травянистый аромат водки. Он как будто оттенял кофейные ноты, не давая им стать приторными и слишком яркими.

Славя не успела прийти в себя, как очутилась в одном из своих воспоминаний. Это был маленький домик Дяди Эштона посреди горной европейской деревушки. Вокруг Слави бегали маленькие детишки… Внуки Дяди Эштона. Они весело смеялись, разбивая тишину вдребезги. Всё было таким настоящим! Неподдельным… Без намёка на фальшь.

И тогда впервые Славя испытала лютую зависть. Ведь она не могла позволить себе ничего подобного. Потому что, такое не купишь за деньги. И не возьмёшь силой.

Всё это было настоящей искренней радостью.

В первый и последний раз Славя ощущала, что её по-настоящему любят…

А затем… мрак.

Славя провалилась на следующий уровень. Это была новая волна воспоминаний.

— Бренден… — холодно произнесла маленькая наследница клубной империи: — Бренден-Бренден-Бренден… А я знаю, что ты делал на озере прошлым летом.

— Что? — здоровяк испуганно огляделся по сторонам: — Чего тебе надо, Теньшина?

— Дружи со мной. И я никому не расскажу, что ты курил.

— Чего⁈ Ты с ума сошла⁈ Нет… Не надо мне такого счастья!

— Тогда я всем расскажу.

— Рассказывай. Уж лучше получить от родителей, чем дружить с такой, как ты… — фыркнул здоровяк и поспешил скрыться во мраке коридора.

Следующее воспоминание.

Славя уже в девятом классе гимназии Харитоновки.

Она поймала Зину Звонарёву и прижала к стенке.

— Я сдам тебя сестре. Просто заверну в подарочную ленту и подарю!

— Ты этого не сделаешь! Ты совершенно не знаешь Изольду… И как она ко мне относится…

— А вот и сделаю.

— Чего тебе от меня надо⁈ — всхлипнула миниатюрная блондинка.

— Чтобы ты познакомила меня с Лерой Воскресенской. Вы же друзья, да?

— Но… Зачем тебе это?

— Просто. Я так захотела.

— А сама не можешь к ней подойти?

— Не хочу. Ты меня представишь.

— Это всё?

— Всё. — радостно ответила Славя.

— Какая же ты мерзкая… — тихо выдохнула Зина и убежала.

Очередное воспоминание… На этот раз Славя зажала в угол Милу Жданову.

— Ты же понимаешь, что если кто-нибудь узнает об этом… Начнётся скандал!

— Это шантаж?

— Ага. — улыбнулась Славя.

— И чего ты хочешь за молчание?

— Твою дружбу.

— Эм-м… Ты серьёзно? Или это пранк?

— Это не пранк. Я реально хочу с тобой общаться.

— Ты в этом уверена?

— Абсолютно!

Славя обожала ставить ногу на грудь поверженной цели. Только вот… Что было после? Теплота? Эмоции? Может быть, хоть что-нибудь? А на самом деле — ничего, кроме мимолетного ощущения совершенно холодного удовлетворения.

Её сердце зачерствело. Покрылось сухой коркой, за которой уже практически потух маленький огонек души… Тот самый полумёртвый остаток собственного «Я», что всё ещё хотел любви. Заботы. Искренности. И самое главное — взаимности.

Такой же яркой! Звенящей… Как те веселящиеся детишки в деревенском домике Дяди Эштона.

— Ну, как? — поинтересовался Искандер: — Почувствовала?

— Да. — всхлипнула Славя, а затем жадно допила коктейль: — Как ты это сделал? Я не верю, что всё дело в соли.

— О… Конечно же, дело не в соли. Я просто вкладываю в каждое своё блюдо душу. А ещё — могу улучшить рецепт, который оттачивался годами. Поэтому твой коктейль — идеальная схема. Точность, возведённая в абсолют. Твёрдая пятерка для отличницы! А мой коктейль — это в первую очередь вкус, способный достучаться до души. Я много пробую. А ещё — много экспериментирую.

— Вот как… — Славя посмотрела на арбитров: — Думаю, вы знаете, что делать.

— Искандер Цареградцев. Единогласно! — ответил один из наших судей.

— Я согласна с их решением. Он действительно… такой чувственный. Эмоциональный. Настоящий! Без фальши и прочего.

— Всё правильно. В этом и есть суть «добавления души» в блюдо. — ответил Дерек и так по-доброму улыбнулся, что из сердца Слави по всему телу начало пульсировать тепло. Может быть… это любовь?..

— Спасибо тебе… Я, наверное, пересмотрю своё отношение к людям. А ещё… Мне стоило бы извиниться за то, что я тебе наговорила. Да, что там? Мне надо извиниться перед всеми… Простите меня, ребята! Я была настоящей тварью…

— Главное, что ты это поняла. — просияла Зина Звонарёва: — Но все мы совершаем ошибки. Так что, не переживай! Из тебя выйдет толк.

— Спасибо… — впервые за много лет Славя почувствовала облегчение. Да никакая она не завоевательница! В первую очередь, Славя — девчонка, которая хочет нормальную девчачью жизнь.

Дерек подошёл ближе.

Славя мечтала быть душой компании! Хотела окружить себя настоящими друзьями… Мечтала искренне смеяться. И не прятать за улыбкой свою боль, отчаяние и кромешное одиночество…

Дерек приобнял её за плечо.

Славя всегда хотела искренности. Хотела чувствовать! По-настоящему любить и быть любимой.

Ладонь Дерека скользнула вниз и незаметно легла на попу девушки.

— Эм-м… Котик, а ты чего? — слегка испуганно поинтересовалась Славя.

— Я рад, что ты пробудилась. Но уговор — дороже денег, зайка. — тихо прошептал он.

— Уговор… — Славя опасливо сглотнула, а затем резко указала на потолок: — Нифига ж себе!!! СЕВЕРНОЕ СИЯНИЕ!!!

— Где⁈ — все тут же уставились на то место, куда показала облапанная блондинка. Воспользовавшись отвлекающим манёвром, Славя припустила в коридор.

Это же была сказка! А Дерек — принц… Принц, который спасает принцессу! Он не должен был всё портить… Не должен был так поступать!

Выбежав в коридор, Славя пулей полетела в сторону своего номера. Сердечко так колотилось от пробуждения, раскаяния, радости, легкой романтичности и… ужаса, ибо Дерек довольно быстро её нагнал.

— НЕТ!!! — пискнула бедолага: — Только не за попу!!! Я денег дам…

— Уговор — дороже денег, зайка. — Дерек бесцеремонно погрузил Славю на плечо, а затем понёс в неизвестном направлении: — Но ты не переживай! Я просто немножко закреплю результат твоей восхитительной метаморфозы…

— Ты же меня просто полапаешь и всё? — с надеждой спросила жертва коктейля.

— И полапаю. И всё… остальное.

— КИ-И-И-Я-Я-ЯХ-Х-Х-Х!!!!!!!!

Впервые Славя чувствовала свою абсолютную беспомощность перед сильным мужчиной. И к своему дичайшему стыду… ей это очень нравилось.

Глава 20

— Мне казалось, что мы договаривались только на потрогать… — смущенно выглядывая из-под одеяла, тихо произнесла Славик.

— Так я тебя и потрогал.

— Это… Мягко говоря, чуть больше, чем «потрогал»…

— Вообще-то, мы с тобой не условились, чем именно я буду тебя трогать. К тому же, неужели ты недовольна?

— Почему? Довольна! Просто… Я представляла себе это совсем иначе.

— В плане?

— Ну… Что это будет особенный день. И особенное место… — Славик застенчиво отвела взгляд и накрылась одеялом.

— Отборочный тур. Бронзовая ночь. Отель Господина Симонова! Разве же всё это — не особенное?

— Так-то ты прав… У меня даже аргументов нет.

— Вот видишь? — я засунул руку под одеяло: — Давай, вылезай! Мне нравится на тебя смотреть.

— Нет! Я без одежды… К тому же, ты наделал мне делов на лицо! И даже несмотря на салфетку, я всё равно чувствую себя… Ну, ты понимаешь…

— Даже с «делами» на лице — ты прекрасна.

— Смущаешь…

— Как бы… Немножко поздно смущаться.

— Ещё больше смущаешь!

— Ой, да ладно тебе. — я стащил со Славика одеяло: — Давай представим, что мы в…