"Фантастика 2026-155". Компиляция. Книги 1-20 (СИ), стр. 542

Дежурившая в особом блоке медсестра отлучилась со своего поста: буквально на десять минут, чтобы посетить туалет. И этих десяти минут хватило, чтобы фройляйн фон Берг вывела из больницы и усадила в свой электрокар безликого мужчину, особо ей приглянувшегося. Пропажи пациента никто не заметил: среди медперсонала ходил каламбур, что все безликие — на одно лицо. И дочка Корнея Оттовича со своим приобретением благополучно прибыла к себе на квартиру.

Жуткая внешность потенциального секс-раба барышню не смутила. Она решила, что наденет на него какую-нибудь подходящую маску, коих у неё имелось предостаточно. Но сперва она решила произвести пробный прогон: как-никак, это был её первый опыт подобного рода с безликими. Если бы Ирма не стала производить эту пробу, всё еще могло бы и обойтись — для её подруги Аделины.

Но Ирма начала действовать. И в руки следователей впоследствии попала видеозапись, которую девица сама же и сделала, установив камеру на штативе. Барышня фон Берг, красивая блондинка чуть старше двадцати лет, раздела своего подопытного донага, усадила на стул, а сама устроилась на ковре возле его босых ступней. После чего направила свой энтузиазм на репродуктивный орган безликого. И, работая рукой, довольно быстро привела этот орган в эрегированное состояние. Трансмутант оставался при этом безмолвным и апатичным, а его лицо, лишившееся своих природных черт, по-прежнему было обращено к полу. Но вид его налившегося кровью пениса явно впечатлил Ирму. Она повернулась к видеокамере и произнесла:

— Уверена, многим захотелось бы испытать такую штучку в деле! Мы с тобой озолотимся, Ада, если поставим это на поток.

Похоже, Ирма уже строила планы, как применить обнаруженные ею ресурсы для удовлетворения фантазий богатых скучающих дамочек. Однако она всё-таки показала себя барышней осторожной: не стала рисковать и раньше времени ставить эксперимент на себе. Решила, что доведет дело до конца, применяя только мануальное воздействие.

Дочка главврача явно не хотела испачкаться, так что надела своему подопытному презерватив. А затем энергично продолжила проверку. Однако её задача оказалась не из простых. Ирма покрывалась потом и несколько раз меняла руку, тело безликого ходило на стуле ходуном, так что его свисающая голова моталась туда-туда, как у мертвой ощипанной курицы, а разрядка всё не наступала. Поначалу Ирма даже восхищалась стойкостью подопытного: говорила на камеру ядреные непристойности, из которых следовало, что ей в руки попал и вправду выдающийся экземпляр. Но потом девица, должно быть, подустала — стала цедить сквозь зубы какие-то ругательства. И в этот самый момент в её квартире раздался звуковой сигнал дверного звонка: без приглашения и предупреждения в гости к подруге заявилась Аделина Розен.

Ирма поначалу откровенно ей обрадовалась.

— А я уже хотела тебе звонить — звать сюда, на помощь! — весело воскликнула она.

К её радости явно примешивалась гордость: она смогла похвалиться своим приобретением, показать его подруге во всей красе, не дожидаясь, пока Ада посмотрит видеозапись.

Фройляйн Розен издала восхищенный возглас, когда увидела безликого во всей его красе. И камера запечатлела то алчное выражение, которое возникло у неё на лице. Но Ирма фон Берг ничего не заметила.

— Давай — помогай мне! — велела она. — Нужно выяснить, сколько времени он продержится. И сможет ли нормально кончить — знаешь, ведь есть любительницы…

Она не стала продолжать — только глянула на Аделину со смешком. И та явно её поняла: шутливо — вроде бы шутливо — ткнула подругу кулачком в бок. И они принялись за дело уже в четыре руки.

Примерно через три четверти часа подопытный наконец-то исторг семя в презерватив. И обе барышни, отдуваясь, поднялись с ковра. Пенис безликого естественным образом утратил рабочее состояние, но Ирма сказала:

— Устроим ему антракт, а потом поглядим: как он себя покажет во втором акте. — Она снова хихикнула, однако Аделина её шутку не оценила: осталась серьезной.

— Вот что, подруга, — сказала она, — этот будет моим. А ты себе другого раздобудешь: в больнице у твоего папашки таких много.

Камера всё еще продолжала работать, и на записи ясно было видно, что Ирма чуть не задохнулась от возмущения.

— С ума сошла? — воскликнула она. — Мы же не знаем, как он дальше себя поведет. Сейчас-то он сидел спокойно, а что потом он может вытворить?

— У меня сидеть спокойно он уж точно будет, — заверила её Аделина. — Понимаю, тебе жалко его отдавать. Но подумай вот о чем: что будет, если в СМИ попадут сведения о пропаже из одной рижской больницы особых пациентов? И о том, что их использует для сексуальных утех дочка главврача?

— Ну, Ада, ты и… — Ирма явно хотела без обиняков сказать подруге, кем та является по её мнению; однако её собственное положение и вправду было рискованным. — …хитрая бестия, — с незлобивым смешком закончила она фразу. — Ладно, забирай его. Всё равно нам понадобятся другие экземпляры — если мы собираемся сделать то, что задумали.

Смысл их задумки был ясен: создать нечто вроде фабрики экзотических развлечений, на которой круглосуточно трудились бы безликие.

— Только, — прибавила Ирма, — ты всё-таки соблюдай с ним осторожность. В миссионерской позе его не используй: будь сверху, чтобы ты могла контролировать ситуацию.

— Я всегда её контролирую, — сказала Аделина, а потом подошла к камере и выключила её.

Так что информацию обо всех дальнейших событиях следователи «Перерождения» собирали по крупицам: опрашивая свидетелей и материально поощряя их. И Макс хорошо знал, что случилось потом. Чего он не знал — так это причины, по которой Аделина Розен решила пренебречь разумнейшим советом своей подруги. Ощущала себя всесильной? Жаждала по-настоящему острых ощущений?

В своих размышлениях он едва не проехал нужный ему дом. Но его заставил остановиться запах гари, потоком хлынувший в приоткрытое окно автомобиля.

Глава 8. Тайная дверь

28 мая 2086 года. Вторник. Рига

1

Макс въехал на своей винтажной машине в арку подворотни, за которой располагался квадратный двор: сплошь заасфальтированный, без единого деревца или хотя бы газона. Дом, выходивший в этот двор-колодец, выглядел, как горелый пирог у плохой хозяйки.

Но пожарные всё же поспели к его тушению: судя по всему, полностью выгорели квартиры только в третьем подъезде, где проживала Настасья. С той стороны всю наружную стену покрывали черные разводы и полосы, а стекла в окнах полопались. Но квартиры в двух других подъездах наверняка пострадали не так сильно. Их еще можно было бы отремонтировать и продолжать в них жить. Только — жильцы-погорельцы вряд ли стали бы это делать. Найти пустующую жилплощадь не составляло сейчас проблемы. Да, в дивном новом мире еще оставались вечные ценности: продовольствие, услуги специалистов. Однако жилье среднего уровня комфортности к числу таких ценностей уж точно не относилось.

И теперь посреди двора громоздились груды скарба съезжающих жильцов — впрочем, умеренные по размерам. Никто явно не собирался тащить к новому месту жительства всё свое имущество. Возле вещей суетились немногочисленные граждане и гражданки, и Макс поразился: ни одного привлекательного или просто симпатичного лица! Какой-то лысоватый мужичок со впалой грудью запихивал громадную сумку в багажник электрокара — возможно, только сегодня найденного им на улице. Какая-то женщина неопределенного возраста, с короткими иглами седых волос на голове, пыталась втиснуть в салон другого кара полированный комод. Какой-то чернявый мальчишка — подросток лет четырнадцати — старался пристроить в общей груде вещей (вероятно, принадлежащих его семье) облезлый велосипед. А поверх грязной белой майки на мальчишке был надет разгрузочный жилет с множеством карманов — на вид новенький.

Макс вышел из машины, запер её и двинулся прямиком к мальчику.